Глава 10: «Победа сомнительная»
Под звуки рога атака русичей казалась еще грознее. От топота копыт чудь всполошилась, зря всадников у себя за спиной, да только толку в том не было – время ушло.
Воины в строю, увидав сечу, закричали в восторге. Ростислав был перед ними, и ничто не бодрит дух сильнее, чем воевода, лично ведущий людей в прорыв.
Отроки Ростислава явили мастерство конного боя, коим славилась Русь. На скаку они разили врага стрелами, и многие дикари пали с пробитыми ликами. Чудь впервые видела всадников, бьющих издали, и ряды их дрогнули, давая русичам путь.
Подойдя ближе, они привычно повесили луки на седла, выхватили кавалерийские пики и направили их на врага.
Те же сорок мужей, коих Ростислав набрал из ополченцев, были лишь для счета – в седле они держались плохо и умели только рубить сверху вниз. Впрочем, они нужны были для шума и натиска, остальное не имело веса.
Сердце Ростислава бешено колотилось, отдаваясь в ушах. Когда кони пошли в разгон, весь мир для него сузился до тех нескольких врагов, что стояли впереди.
В руках его сверкала сталью пика, а в глазах отражались полные ужаса лица чуди.
Когда острие пробило тело врага, кольца кольчуги брызнули в стороны – доспех не спас воина перед мощью сего удара.
Князь налег всем телом, отшвыривая мертвеца. Древко пики с треском лопнуло, а тело врага влетело в толпу соплеменников, сея панику.
Удар конницы стал для чуди погибелью. В миг, когда пики опустились, пали десятки: кто пронзенный, кто под мечом, а кто растоптанный копытами боевых коней.
Увидев сие, дикари бросились наутек. Воины бросали оружие и товарищей, бежав с поля боя без оглядки.
Ростислав отбросил обломок древка и мечом срубил копейщика, что пытался перерезать поводья. Дерзкий варвар пал с рассеченной головой.
Вкруг него всадники вовсю рубили бегущих, расчищая путь и оберегая себя.
Отроки показали, на что способны. Хоть и молоды годами, но мечами владели люто и искусно. Враги вкруг них либо падали замертво, либо в ужасе бежали прочь.
И в довершение пехота Ростислава, узрев добрый знак, ринулась в контратаку.
Дружинники, словно наконечник копья, врубились в толпу. Полагаясь на крепость брони, они кромсали врага направо и налево. Храбрецы быстро множили груды тел, и кровь обагрила снега. Щитами они опрокидывали врагов, а следом летели топоры и мечи. Деморализованные язычники не могли ничего противопоставить ярости русичей, и их грязные меха окрасились в багряный цвет.
Когда Ростислав лично зарубил знаменосца и стяг чуди рухнул, войско врага окончательно рассыпалось.
Все – от вождей до последних общинников – позабыли о чести и бежали спасать жизни, а всадники Руси шли по их пятам.
Однако Ростислав властно велел отрокам вернуться, а пехоту придержали его дружинники. Битва еще не стихла на других краях, и он обязан был держать войско в узде.
…
Покончив с делами на левом крыле, Ростислав поднялся на холм, дабы зрить всё поле. И узрел он, что везде битва уже идет к концу.
В центре «кабанья голова» чуди была разбита в прах. Под натиском русичей враг пятился, оставляя за собой горы трупов. Воронье уже слеталось на пир, не дожидаясь тишины.
На правом крыле дружина Вышаты давила последние очаги сопротивления. Варвары бежали, подобно воде при прорыве плотины.
— Похоже, победа за нами. Трубите в рога, пущай воины преследуют бегущих.
Ростислав, видя, что враг боле не опасен, отпустил своих людей. Пущай ловят рабов и собирают добычу – ради чего еще простому ратнику идти в поход, как не ради наживы?
Почуяв волю, русичи, подобно зверью, кинулись вслед за чудью.
Впрочем, не все бросились в погоню. Многие остались обирать павших да искать раненых: своих несли в тыл, врагов же добивали на месте.
Ростислав наконец выдохнул. В кистях рук отозвалась тупая боль – слишком долго он махал мечом. Видать, придется рукам его долго отдыхать.
— И это всё? Так просто победили? — Янь, знаменосец, стоял в изумлении. С начала сечи прошло едва ли полчаса, и такая скорая победа казалась ему мороком.
Янь был весь в крови – чужой крови. В этой схватке он сразил троих. Для первой сечи – начало славное.
— На сей раз и впрямь легко вышло, — Ростислав вспомнил рассказы отца о долгих битвах. По сравнению с ними этот бой десяти тысяч воинов казался коротким мгновением.
— Гваран, на тебя возлагаю присмотр за телами, — велел князь. Гваран, высокий и грозный, стоял позади, сжимая топор, покрытый кровью и мозгом, словно берсерк. На приказ он лишь молча кивнул.
Оставив живых заботиться о мертвых, Ростислав поскакал к деду.
На невысоком кургане он нашел его. Великий князь беседовал с Вышатой, и слова их долетели до ушей Ростислава.
— Уж не слишком ли слаба чудь? Стойкость их в сей раз была… никудышной, — Вышата явно сомневался в правдивости этой победы.
— Будто комедию нам разыграли? — Великий князь прищурился. — Ты зоркий, Вышата, но ныне нам не хватает вестей. Не ведаем, что Алар замышляет, а значит, пойдем не спеша. Посмотрим, какую еще хитрость удумали эти язычники. Впрочем, я уже приготовился. Не тревожься.
Раз Великий князь так молвил, Вышате оставалось лишь смириться. В этот миг они приметили подъезжающего Ростислава.
…
http://tl.rulate.ru/book/159510/10267708
Сказали спасибо 11 читателей