Готовый перевод Grinding experience starting from Naruto / Хьюга: Система Мастерства: Глава 14. Первая встреча с Итачи

Глава 14. Первая встреча с Итачи

Хосими наблюдал за тем, как Учиха Итачи стоит неестественно прямо, словно проглотив лом. В его глазах застыла такая вселенская скорбь и мудрость, какая не снилась и многим старикам, не то что пятилетнему ребенку. Это зрелище вызывало смешанные чувства.

«Похоже, слухи не врут, и Итачи уже успел хлебнуть военного лиха», — безошибочно определил Хосими.

В груди поднялась волна глухого раздражения, направленного на гордого отца семейства.

«Нормального ребенка взяли и сломали. "Злой Глаз" Фугаку… и как только тебе в голову пришла эта "гениальная" идея? Взять четырехлетнего сына на поле боя, на бойню, где кровь мешается с грязью! Ты называл это "закалкой духа", "воспитанием характера"? Идиот. Ты просто взял и разбил его психику вдребезги».

Вид растерзанных тел, запах гари и гниющей плоти, жестокость, не имеющая оправдания — всё это обрушилось на неокрепший разум. Неудивительно, что в четыре года Итачи вместо игр в ниндзя начал философствовать о смысле жизни и смерти.

«Разве это то, о чем должен думать ребенок? — мысленно негодовал Хосими. — Будь ты хоть трижды гением, психика есть психика. Бедный пацан».

В его взгляде, устремленном на маленького Учиху, сквозило неприкрытое сочувствие. И, поскольку Хосими не считал нужным скрывать свои эмоции, чувствительный Итачи, словно оголенный нерв, мгновенно уловил это настроение.

Он резко повернул голову. Их глаза встретились. Итачи нахмурился, не понимая, почему этот незнакомый мальчик смотрит на него так странно.

Взгляд Итачи скользнул по одежде Хосими. Светлые глаза, характерный крой кимоно…

«Хьюга? — догадался Итачи, и его глаза опасно сузились. — Этот парень… он что, жалеет меня? Считает меня слабым, потому что я младше?»

Умный не по годам, Итачи быстро нашел объяснение, которое укладывалось в его картину мира. И это объяснение привело его в ярость. Глубокие размышления о бренности бытия тут же вылетели из головы. Мальчишка, забыв о своей "взрослой" сдержанности, вперил в Хосими гневный взгляд, пытаясь испепелить наглеца на месте.

Будь это кто-то другой, Итачи, возможно, просто проигнорировал бы такой взгляд. Но Хьюга… Это было личное. Кланы Учиха и Хьюга веками соперничали за звание сильнейшего в Конохе, и эта неприязнь, казалось, передавалась с молоком матери. Гордость Учиха не позволяла терпеть снисходительность от вечных конкурентов.

Итачи решительно отпустил рукав отцовского хаори. Его маленькие ножки твердо зашагали по брусчатке прямо к обидчику.

Подойдя вплотную, Итачи вдруг осознал досадную деталь: в свои пять лет он был ниже Хосими почти на полголовы. Этот факт заставил его стратегически отступить на шаг назад, чтобы не задирать голову слишком сильно и сохранить остатки величия.

— Эй, ты, из клана Хьюга! — звонко, стараясь придать голосу стали, произнес он. — Что означает твой взгляд? Ты смеешь смотреть на меня свысока?

Глядя на раздувшегося от праведного гнева Итачи, который сейчас больше напоминал сердитого хомячка, чем будущего истребителя клана, Хосими едва сдержал улыбку. Проигнорировав враждебный тон, он сделал широкий шаг вперед, нарушая личное пространство маленького гения, и навис над ним.

— А как ты думаешь, — лениво протянул Хосими, глядя на него сверху вниз с напускным высокомерием, — должен ли я смотреть на тебя иначе?

Он подмигнул, всем своим видом показывая: «Догадайся сам, малыш».

Конечно, Хосими просто развлекался. Встретить ключевого персонажа истории, живую легенду, и не потыкать в него палочкой? Это было выше его сил. Сердце билось чуть быстрее от азарта.

Однако для пятилетнего Итачи это была не игра, а объявление войны. Действия Хосими нанесли критический урон не по телу, но по самолюбию. Урон был колоссальным.

Лицо Итачи залилось краской — то ли от смущения, то ли от бешенства. Разница в росте была фактом, против которого не попрешь, но гордость Учиха требовала сатисфакции.

— Хмпф! — фыркнул он, скрестив руки на груди. — Подумаешь, вымахал! Я тоже вырасту, и ещё как! Я стану великим ниндзя, слышишь? А ты… такие как ты, будут глотать пыль позади меня!

Маска хладнокровного философа треснула и осыпалась, обнажив обычного обиженного ребенка. Хосими не выдержал. Его руки сами потянулись к лицу Итачи, и он, не церемонясь, ущипнул будущего нукенина за мягкую детскую щеку.

— Да-да-да, конечно-конечно, — проворковал Хосими тоном, которым успокаивают капризных младенцев. — Ты же Учиха, у тебя на роду написано стать крутым. Кто бы сомневался!

Это был нокаут. Итачи почувствовал себя так, словно со всего размаху ударил кулаком в подушку. Вся его агрессия увязла в этом добродушном издевательстве.

— Ты… ты невыносим! — выкрикнул Итачи, отбиваясь от рук Хосими. — А ну убери лапы!

В его голосе проскользнули нотки смущения. Он яростно тер щеку, но, к удивлению Хосими, настоящей злобы в его чакре не чувствовалось.

«Вот так-то лучше, — с теплотой подумал Хосими. — Тебе всего пять, парень. Зачем тебе все эти думы о вечном? Твой папаша сам в них запутался, куда уж тебе? Просто живи, расти, будь ребенком».

Смейся, когда весело. Плачь, когда больно. Бей, если лезут. Хватай то, что нравится. Простые истины, которые шиноби забывают первыми. Даже если ты оружие, ты всё равно человек из плоти и крови. Зачем превращать свою жизнь в бесконечную скорбь у бездны?

В прошлой жизни, глядя аниме, Хосими испытывал к Итачи сложную гамму чувств. Восхищение талантом, уважение к стальной воле, гнев за его выбор, отвращение к жестокости… Но в сухом остатке всегда оставалась жалость. Горькая, как полынь.

«Что бы сделал я на его месте? — часто спрашивал себя Хосими. — Не знаю. Но точно не вырезал бы свою семью под корень».

Любой человек с хоть каплей морали не смог бы поднять клинок на родителей. Но Итачи… без вмешательства извне, этот мальчик обречен. Данзо, Третий, собственный отец — все они загонят его в угол, превратят в монстра во имя «высшего блага».

Но теперь здесь есть Хосими. И переменная «Хосими» не входила в уравнения судьбы.

«Я хочу сломать этот сценарий, — решил он, глядя на покрасневшего Итачи. — Не только ради спасения твоей души, парень. Я хочу посмотреть, что станет с кланом Учиха, если у них будет нормальный лидер, а не сломленный инструмент в руках деревни. Что если Итачи вырастет с нормальной психикой?»

Без Итачи-палача конфликт Конохи и Учиха пойдет по иному пути. Более кровавому? Возможно. Но этот конфликт прикует к себе внимание всех. И пока они будут грызть друг другу глотки, Хосими получит идеальное прикрытие для своего переворота в клане Хьюга.

Цинично? Да. Мечта важнее сентиментальности. Но если по пути можно спасти кого-то от ада — почему бы и нет?

Пока Хосими витал в облаках стратегии, сцена с двумя детьми привлекла внимание. Обычно на возню мелюзги никто не смотрит, но когда один — наследник Учиха, а второй — Хьюга, это уже политика.

Вокруг начали собираться зрители. Шепотки, любопытные взгляды. Казалось, вот-вот начнут делать ставки.

Даже Фугаку, увлеченный беседой, заметил неладное. Обернувшись, он увидел, что его сын, его гордость, ведет себя неподобающе громко.

Нахмурившись, глава клана Учиха прервал разговор и медленно, с достоинством, подошел к спорщикам. Вид раскрасневшегося, потерявшего лицо Итачи ему категорически не понравился.

— Итачи! — властный голос отца прогремел как гром среди ясного неба. — Успокойся немедленно! В чем дело?

http://tl.rulate.ru/book/159021/9978403