Готовый перевод Naruto: I am Invincible in the Ninja World with Full Favorability. / Наруто: Непобедим в мире шиноби с полной благосклонностью: Глава 82

Глава 82. Еда Кушины и проверка Лиса

Группа остановилась у подножия живописного водопада. Минато обернулся и улыбнулся ученикам:

— Здесь будет в самый раз.

— Минато-семпай, не слишком ли тут шумно? — Ханеда повысил голос, перекрикивая грохот падающей воды.

— В самый раз. Нельзя же надеяться, что враг будет соблюдать тишину, пока ты рисуешь печать, верно? — подмигнул Минато, доставая два свитка. — Печать Четырех Символов — это высший пилотаж, начнем с основ. Сегодняшняя тема: Печать Пальцевой Гравировки и Контрактная Печать.

Он раздал свитки и продолжил лекцию:

— Печать Пальцевой Гравировки, или Сикоку Фуин, позволяет сконцентрировать чакру в кончике пальца, создавая высокую температуру. Это позволяет выжигать текст на любой поверхности — от камня до человеческой кожи. Обычно используется для срочной передачи разведданных. Это техника С-ранга, идеальна для разминки.

Услышав про выжигание на коже, Ханеда сразу вспомнил смерть Джирайи. Именно этой техникой легендарный Саннин оставил зашифрованное послание на спине Фукасаку перед тем, как уйти на дно.

Ханеда развернул свиток. Чернила еще пахли свежестью — Минато явно готовил учебные материалы сам, накануне ночью.

— А что насчет Контрактной Печати, учитель? — спросил Какаши. — Это связано с призывом?

— Верно, Какаши, — кивнул Минато, поднимая указательный палец. — Она используется, чтобы разорвать контроль противника над призывным животным. Кстати, у тебя ведь уже есть призыв?

— Да. Восемь Псов-Ниндзя. Отец подарил мне контракт на день рождения.

На лице обычно сдержанного Какаши появилась теплая улыбка. Белый Клык знал о любви сына к собакам и лично объездил всех заводчиков, чтобы выбрать лучших. Эти псы были умны, понимали речь, а некоторые, как Паккун, и сами болтали без умолку.

— А у тебя, Ханеда? — Минато посмотрел на Учиху. — Полагаю, нин-неко? Боевые коты?

Минато вспомнил прочитанные книги о вечной вражде кошек и собак и усмехнулся:

— Говорят, кошки и собаки не ладят. Интересно, правда ли это?

— Мои псы воспитанные, они не будут драться, учитель. Думаю, кот Ханеды тоже, — серьезно ответил Какаши.

— Правда? — с любопытством спросил Минато.

— Кхе-кхе... У меня пока нет контракта призыва, Минато-семпай, — неловко признался Ханеда.

Да, клан Учиха тесно сотрудничал с кланом Нин-неко, и большинство соклановцев подписывали контракт именно с ними. Но у Ханеды были запросы повыше. Ему нужны были звери уровня Трех Великих Святых Мест — могучие, огромные, обладающие сендзюцу. Котики, при всем уважении, до этого уровня не дотягивали. Поэтому вопрос призыва он пока отложил в долгий ящик.

Заметив смущение Ханеды, Минато тактично сменил тему:

— Что ж, тогда начнем с Пальцевой Гравировки. Сначала изучите теорию, потом я покажу, а затем — практика.

Сикоку Фуин действительно оказалась несложной. Главное — точный контроль чакры. Ханеда и Какаши освоили базу за несколько попыток, после чего принялись исписывать иероглифами прибрежные валуны.

С Контрактной Печатью дело ограничилось теорией — без животного практиковаться было не на чем. Остаток времени Ханеда посвятил расспросам о тонкостях Летящего Бога Грома.

...

Полдень.

К водопаду подошли Обито и Рин. Едва завидев учителя, Обито начал жаловаться:

— Учитель Минато! Сестрица Кушина просто тиран! Она только и делает, что лупит меня по голове! И вообще, она обещала тренировать нас с Рин, а сама сбежала куда-то посреди занятия!

Минато нахмурился. Кушина исчезла? Он уже открыл рот, чтобы спросить Рин, как вдруг знакомый голос раздался у него за спиной:

— Обито, ты опять ябедничаешь, а?

Из-за деревьев вышла Кушина с большой плетеной корзиной. Она достала розовый, украшенный сердечками бенто и протянула его Минато.

— Держи, Минато. Я приготовила обед. Ешь, пока горячее.

Вручив первую порцию мужу, Кушина повернулась к Ханеде. В её глазах на долю секунды промелькнула вина, но она тут же сунула ему в руки коробку с едой. Третья порция досталась Какаши.

— Пф-ф... Чего ты стыдишься? — раздался в её голове голос Девятихвостого. — Он же не умрет. Ну, пронесет его пару раз, подумаешь. Живот поболит.

«Это всё из-за тебя, блохастый!» — огрызнулась Кушина.

Добавить в еду Ханеды "особый ингредиент" (сильное слабительное) потребовал Лис. Зачем — Кушина не понимала, но он поставил это условием для обучения её Биджудаме. Отказать она не могла.

Увидев Рин, Кушина мгновенно сменила гнев на милость:

— Держи, Рин, это тебе, — её голос стал сладким, как мед. — Ах, какая же ты милашка! Вот бы все дети были такими хорошими!

Она не удержалась и потискала Рин за щеки. Обито, увидев, как "мучают" его возлюбленную, фыркнул и демонстративно отвернулся.

Но Кушина уже нависла над ним, уперев руки в бока:

— Эй! Я тут старалась, готовила, тащила эту тяжесть, а ты нос воротишь? Где твои манеры, даттебане?!

— Я тебя не просил! И вообще, я не голоден! — буркнул Обито, не поворачиваясь.

Ханеда с трудом сдерживал смех. Наруто полжизни мечтал о стряпне матери, а Обито нос воротит. Впрочем, учитывая ситуацию с Рин, всё было логично.

Ур-р-р...

Предательское урчание живота Обито разорвало тишину, как гром среди ясного неба.

Неловкая пауза.

Ханеда потер виски. Надо спасать ситуацию.

— Обито, иди сюда, — позвал он. — Садись, я поделюсь с тобой своей порцией.

— Да садись уже, неудачник, — добавил Какаши, открывая палочки. — Ты же знаешь, Кушина-нека готовит отлично.

— Заткнись, Бака-Какаши!!

БАМ!

Кулак любви Узумаки обрушился на макушку Обито. Волосы Кушины взметнулись кровавым ореолом.

— Сказано есть — значит, ешь!!

— Ай! Женщина-горилла!!

— Что ты вякнул?!

БАМ! БАМ!

Получив еще пару профилактических ударов, Обито с тремя шишками на голове притих и покорно сел есть.

Кушина, наблюдая за этим, чувствовала странную смесь облегчения и вины. Облегчение — потому что Обито не съест порцию Ханеды, в которой был "сюрприз". Вина — перед самим Ханедой.

Она пристально следила за Учихой. Ложка за ложкой, Ханеда спокойно уплетал обед, нахваливая вкус. Никакой реакции. Ни боли, ни спазмов, ни бледности.

Кушина точно помнила, что сыпанула дозу, способную свалить слона, как и просил Лис.

Внутри неё Девятихвостый положил морду на лапы, его глаза сузились в щели.

«Значит, всё-таки Тело Мудреца...» — подумал он.

Обычный человек уже катался бы по земле, но этот мальчишка переварил яд как ни в чем не бывало. Если бы не черные глаза и шаринган, Лис мог бы поклясться, что перед ним потомок Сенджу или даже сам Рикудо в молодости.

Вспомнив о "Дитя Пророчества", о котором говорил старик Шести Путей, Лис лишь фыркнул. Столетия прошли, а стариковские сказки так и остались сказками.

http://tl.rulate.ru/book/158751/9720575