Готовый перевод Архитектор Системы: Глава 62: Презентация Алексея

Алексей поднялся на трибуну. В отличие от Когана, он не стал произносить вступительную речь. Он просто кивнул Лене, сидевшей за ноутбуком.

— Прошу внимания на экран, — сказал он.

В зале погас свет. На огромном экране началась минутная магия. Анимационный ролик, который они готовили с такой тщательностью.

Тишина в зале стала абсолютной. Люди, только что слушавшие пафосные речи о вечном камне, увидели нечто из другого мира. Они увидели здание, которое дышало. Они видели, как оно меняется, как играет светом, как взаимодействует с городом. Музыка нарастала, достигая крещендо в финальной сцене, где ночной фасад взрывался фейерверком цифрового искусства.

Когда ролик закончился и в зале зажёгся свет, повисла пауза. Это была не вежливая тишина, как после выступления Когана. Это была тишина ошеломления. Даже пожилые профессора смотрели на экран с открытыми ртами.

Алексей дождался, пока эффект пройдёт, и только потом начал говорить.

— Мы считаем, что музей XXI века — это не склад для артефактов. Это живой, динамичный организм. Общественное пространство, которое постоянно меняется и взаимодействует с городом и его жителями. Наш проект — это не здание. Это холст.

Он вывел на экран первый слайд — техническую схему фасада.

— Аркадий Зиновьевич выразил опасение по поводу надёжности. Это справедливое опасение, когда речь идёт об инновациях. Поэтому я передаю слово нашему главному конструктору, Петру Ивановичу, который расскажет о технической стороне вопроса.

Выход Петра Ивановича был сильным ходом. Старый, уважаемый инженер, которого многие в зале знали лично, внушал доверие. Он спокойно, без лишних эмоций, за три минуты рассказал о гибридной технологии, о немецком стекле и японских актуаторах, о тестах на надёжность и гарантиях от производителей. Он говорил на языке цифр и фактов, и его аргументы были неоспоримы.

Затем Алексей вывел на экран план зала-трансформера.

— Нас спросили о гибкости пространства. Вот наше решение. — Он показал несколько вариантов конфигурации зала. — Наш музей адаптируется под любую выставку, под любую кураторскую идею. Мы даём художникам и кураторам не стены, а свободу.

Директор музея, сидевшая в жюри, подалась вперёд, не скрывая своего восторга. Это было именно то, о чём она мечтала.

Дальше был слайд от Кирилла — интеграция в городскую среду. Зелёная крыша-парк, амфитеатр.

— Наш музей не отгораживается от города каменными стенами. Он открывается ему. Он приглашает людей не только внутрь, но и на себя, и вокруг себя.

И, наконец, финальный аккорд от Валентины Петровны. Слайд с экономикой.

— Да, наш фасад — это сложная технология, — сказал Алексей. — Но за счёт простой и эффективной конструктивной схемы, использования стандартных материалов внутри и энергоэффективных решений, итоговая стоимость строительства нашего проекта на 7% ниже, чем сметная стоимость проекта Аркадия Зиновьевича. А эксплуатационные расходы, по нашим расчётам, будут ниже на 15%. Мы предлагаем вам не только более современное и функциональное, но и более выгодное решение.

Он закончил. Презентация заняла ровно пятнадцать минут.

Он посмотрел в зал. Он посмотрел на жюри. Он видел в их глазах смятение, интерес, удивление. Он видел, как их preconceived notions, их уверенность в том, что победитель уже известен, рушатся на глазах.

Он посмотрел на Когана. Мэтр сидел бледный, сжав губы. Он впервые в жизни столкнулся с противником, который играл по совершенно другим правилам. Он принёс на битву тяжёлый рыцарский меч, а против него выставили лазерный бластер.

— Спасибо за внимание. Я готов ответить на ваши вопросы, — сказал Алексей.

И он знал, что теперь это будет не допрос. Это будет диалог. Он не просто представил проект. Он изменил саму повестку дня.

http://tl.rulate.ru/book/158613/9700637