Готовый перевод Became a stepmother: how to raise four children / Стала мачехой: как поднять четверых детей: Глава 110. Награда в сто лянов

Цинь Яо понятия не имела, что у закона есть и вторая часть. Она знала лишь первую половину: «Убийство разбойника не является преступлением». О том, что за это полагается ещё и награда, ей никто никогда не говорил.

Собственно, простые люди помнили только о безнаказанности. Вторая часть, сулящая серебро и должности, казалась чем-то из разряда легенд.

Увидев выражение лица Цинь Яо, словно она только что упустила сто миллионов, Управляющий Фань тяжело вздохнул:

— Эх, не вини себя. Уездные власти никогда не афишируют это правило. Большинство простолюдинов неграмотны, они могут смотреть на законы, вывешенные у городских ворот, и видеть лишь чернильные закорючки. Неудивительно, что до народа информация доходит с искажениями.

К тому же, выплата награды во многом зависела от того, как сам уездный начальник толкует закон. Даже если бы Цинь Яо пришла тогда, не факт, что она получила бы всё, что ей причиталось.

Да и времени прошло слишком много, говорить об этом теперь было поздно. Управляющий Фань упомянул об этом лишь к слову, встретив старую знакомую.

— Впрочем, ты женщина, так что должность мелкого служащего в ямене тебе бы всё равно не светила, — с лёгкой усмешкой добавил он.

Цинь Яо улыбнулась в ответ, допила последний глоток супа из баранины и погрузилась в молчание.

Она вспомнила тех стражников, что приезжали в деревенский храм предков в начале года для допроса. В их взглядах тогда читалось удивление, но его было немного. Скорее, там сквозило облегчение, граничащее с пренебрежением: «А, баба... Ну и ладно».

Вероятно, они прекрасно знали о законе и награде. Узнав, что подвиг совершила женщина, они расслабились — ведь не нужно было ломать голову, как пристроить её на службу.

Что касается денежной награды... Не только она, но даже Староста деревни, ездивший в уезд, не увидел ни единого вэня.

Разговор с Управляющим Фанем помог ей лучше понять устройство этого мира и ещё больше укрепил желание, чтобы Лю Цзи всё-таки сдал экзамены и получил хоть какую-то степень. Пусть даже самую малую — степень сюцая. Тогда в следующий раз, когда ей доведётся устранить главаря бандитов, власти, возможно, соизволят сообщить ей, что за такой подвиг полагается денежная награда.

— Ты уезжаешь завтра? — с ноткой искреннего сожаления спросил Управляющий Фань.

Цинь Яо кивнула:

— Дома полно работы в поле, да и заказы на водяные колёса ждут.

— Эх, — тяжело вздохнул старик, — я-то надеялся выучить у тебя ещё пару приёмов кунг-фу, а ты уже уходишь.

Цинь Яо подарила ему лёгкую, тёплую улыбку:

— Будет время, приезжайте к нам в гости в деревню Лю.

— Правда можно? — взволновано переспросил он, и его глаза загорелись.

Получив подтверждение, он рассмеялся:

— Признаться, мне очень любопытно взглянуть, как ты живёшь. В прошлом году ты добыла медведя, так что, должно быть, прикупила немало хороших полей? Ты, небось, теперь самая богатая в своей деревне?

В нормальной ситуации всё было бы именно так, как предполагал Управляющий Фань. Увы, в семье Цинь Яо имелось одно «ненормальное» стихийное бедствие по имени Лю Цзи.

Поэтому она лишь сдержанно ответила:

— Мы всё ещё работаем над этим.

Управляющий Фань неловко хохотнул, почувствовав, что затронул больную тему, и отправил её отдыхать в гостевую комнату, а сам вернулся к делам за стойкой.

Цинь Яо сняла обычную одиночную комнату. Вместе с ужином, порция которого была рассчитана на пятерых обычных людей, но съедена ею одной, это обошлось в сто двадцать вэней.

Ночь прошла спокойно. Рано утром Цинь Яо сдала комнату, попрощалась с Управляющим Фанем и собралась в обратный путь.

Перед тем как покинуть город, словно повинуясь какому-то внутреннему чувству неудовлетворённости или невидимой силе, она свернула с намеченного пути и, двигаясь против потока людей, направилась к главным воротам уездной управы Кайян.

Улицы кипели жизнью, повсюду сновали люди, стоял шум и гам.

И только здесь, на огромной пустой площади перед казённым зданием, было тихо и безлюдно. Лишь изредка кто-то останавливался перед доской объявлений, установленной у ворот.

К сожалению, грамотных людей было мало. Те же немногие учёные мужи, что подходили прочесть указы, обладали свойственным их сословию высокомерием: если никто не просил их прочесть вслух, они молча уходили, не снисходя до просвещения толпы.

Изначально Цинь Яо планировала просто взглянуть на управу и уйти. Но, увидев, как два студента, прочитав что-то на доске, молча удалились, оставив площадь пустой, она поддалась любопытству и подошла ближе. Что же там пишут власти?

Стоило ей приблизиться, как первое, что бросилось в глаза, был плакат с портретом человека и огромным иероглифом «НАГРАДА», обведённым жирными красными чернилами.

При виде этого обведённого слова сердце Цинь Яо пропустило пару ударов и забилось быстрее.

Текст объявления был длинным и витиеватым. В нём красочно описывались преступления конных бандитов и выражался праведный гнев народа и чиновников.

Мозг Цинь Яо автоматически отфильтровал всю эту «воду», вычленив сухую суть:

«В последнее время бандиты стали невыносимо дерзкими и жестокими, их зверства перешли все границы. Посему объявляется награда. Призываем храбрецов уезда действовать! Тому, кто обезглавит главаря бандитов и поможет властям уничтожить шайку, независимо от происхождения, статуса, пола и возраста, будет выплачена награда — СТО ЛЯНОВ СЕРЕБРА!»

— С-с-с... — Цинь Яо глубоко втянула в себя горячий утренний воздух.

Этот вдох подействовал как чистый адреналин. Сто лянов!

Она быстро подавила волнение, трижды перечитала текст, чтобы убедиться, что ей не померещилось количество нулей, и решительным шагом направилась к воротам, где дежурили два стражника.

— Как принять этот заказ? — спросила она прямо.

Каждая секунда промедления была оскорблением по отношению к этим ста лянам!

Стражники явно не расслышали её или решили, что ослышались. Висевшее объявление уже полгода мозолило глаза, но никто не решался его сорвать. Каждый раз, когда чернила выцветали под дождём и солнцем, секретарю приходилось переписывать его заново и вешать на то же место.

— Как принять заказ на награду? — повторила Цинь Яо громче.

Стражники переглянулись с удивлением. Один из них, с выражением нетерпения на лице, махнул рукой в сторону доски:

— Да просто сорви его, и всё!

Цинь Яо кивнула. Она развернулась, подошла к доске и резким движением — Ррр-раз! — сорвала лист.

Под ошарашенными взглядами стражников она вернулась к воротам, держа объявление в руке.

— Я сорвала. Что дальше? Просто принести голову того, кто нарисован? Или нужно сначала зарегистрироваться? И как потом получить деньги?

Это был её первый опыт работы охотником за головами в древнем мире. Здесь не было постапокалиптических терминалов с автоматической регистрацией и мгновенным переводом средств на счёт после сдачи квеста в Гильдии.

Хотя суть работы оставалась прежней, бюрократические процедуры были ей незнакомы. В голове пульсировала только одна мысль: «Сто лянов». Свирепая рожа бандита на портрете в её глазах теперь выглядела милее самого красивого пейзажа.

В то же время её грызло сожаление: почему она не пришла к управе раньше? Если бы она знала о награде, разве позволила бы этим бандитам дожить до сегодняшнего дня?

— Я вас спрашиваю, чего молчите? Или награда — фальшивка? — Цинь Яо начала терять терпение. Нельзя задерживать её на пути к деньгам!

Только теперь стражники поняли: эта женщина не шутит.

Один из них сорвался с места и бросился внутрь управы, истошно вопя:

— Секретарь! Советник! Кто-то сорвал плакат с розыском!

Второй стражник всё ещё с недоверием указывал пальцем на бумагу в её руке:

— Женщина, ты хоть понимаешь, что там написано?

— Понимаю. Сто лянов серебра за голову главаря конных бандитов. Я ведь ничего не перепутала? — на всякий случай уточнила Цинь Яо.

Стражник начал расспрашивать её: имя, фамилия, откуда родом. Цинь Яо отвечала чётко и спокойно. Убедившись, что перед ним не сумасшедшая, он наконец пропустил её внутрь.

Цинь Яо и представить не могла, что её первый визит в уездную управу произойдёт при таких обстоятельствах.

Самого уездного начальника она не увидела. Её встретили Секретарь (советник по делам) и Начальник уездной стражи — человек, по должности соответствующий современному начальнику полиции.

Простолюдины обязаны вставать на колени перед чиновниками. Цинь Яо, следуя правилу «в чужой монастырь со своим уставом не ходят», опустилась на одно колено — формально, без подобострастия — и кратко изложила суть дела: она сорвала объявление и готова выполнить задачу.

Никто не посчитал её поступок глупой шуткой. Женщина, осмелившаяся на такое, по определению не могла быть простой.

А когда Цинь Яо упомянула, что в начале года уже отправила на тот свет одного из мелких главарей этой банды, в глазах Начальника стражи вспыхнул огонёк надежды.

http://tl.rulate.ru/book/158556/9849207