Готовый перевод In Search of Love / В поисках любви: Глава 96

Глава 96

Лю Сян вернулся в свои покои в ямыне и долго сидел в оцепенении. Он не мог описать, что творилось у него на душе.

Стоит ли паниковать? Может ли смерть Ло Линъэр привлечь внимание заинтересованных лиц, которые начнут расследование и в итоге выйдут на него? В конце концов, между Нинъанем и Пинчжоу было приличное расстояние, его поездка туда и обратно заняла много дней. Этот временной промежуток действительно мог вызвать большие подозрения. Но они не должны найти доказательств. За долгие годы службы он усвоил: подозрение — это всего лишь подозрение. Пока никто не сознается, пока нет других железных улик, подозрение так и останется подозрением.

Он чувствовал, что не паникует. Но сегодня он видел лицо Ло Линъэр.

Су Сяо Пэй сказала, что мелькнувший силуэт, тот призрак, что появился в бамбуковой роще, словно желая заговорить с ней, был инсценировкой кого-то с определённым умыслом. Но он-то знал, что видел лицо Ло Линъэр. Хоть тень и промелькнула очень быстро, он видел его отчётливо.

На самом деле, ему не следовало слишком много думать о словах Су Сяо Пэй, он это знал. Господин [1] тоже предупреждал его, что эта женщина весьма способна, и не стоит слишком много слушать её и размышлять над её словами, чтобы не попасть в ловушку. Сначала, когда она заговорила о явлении духа во сне, он действительно был настороже. Устраивать мистику, чтобы выведать у них что-то или заставить передать её слова в ямынь, дабы подозреваемый себя выдал, — он понимал этот замысел. Он не боялся. Он раскусил её намерения и, естественно, был начеку. Поэтому он не стал уклоняться и даже решил, что будет неплохо постоянно сопровождать их, чтобы знать, что она задумала. Он был очень бдителен и не боялся попасть в ловушку.

Но её сегодняшние действия были совершенно неожиданными. Она сказала, что у Ло Линъэр был старый друг, и этот друг устраивает мистику, чтобы добиться для неё справедливости. Её вывод был ошибочным. Никакой старый друг не собирался добиваться справедливости для Ло Линъэр. Никто ничего не знал, кроме него и Господина.

Лю Сян окончательно запутался. Если Су Сяо Пэй хотела разыграть мистику, то ей следовало продолжать в том же духе, пугая их россказнями о призраках. Но теперь, когда призрак действительно появился, она, наоборот, назвала это инсценировкой. Что это значит?

Ни она, ни этот Жань Фэйцзэ не были из Нинъаня. У них здесь не было старых друзей, кроме людей из ямыня. А всех в ямыне он знал, и никто бы не стал им помогать. Поэтому Су Сяо Пэй не могла так быстро найти женщину, которая бы переоделась призраком и предстала перед ними. И даже если бы кто-то согласился изображать призрака, как бы он проник в поместье Чан? Когда они выбежали из комнаты, тот слуга, что проходил мимо, не мог ничего не видеть.

И самое главное — он ясно видел, что у призрака было лицо Ло Линъэр. Маскировка? Но сколько раз Су Сяо Пэй видела Ло Линъэр, могла ли она запомнить, как та выглядела? Создать такую маску она бы не смогла. Неужели... это действительно была Ло Линъэр? Но ведь был белый день. Лю Сян встряхнул головой. Днём призраков не бывает.

Однако сама Су Сяо Пэй вернулась из мёртвых. Он знал это. Она действительно умерла, а когда появилась снова, была жива. Если в этом мире и существует искусство воскрешения, то, вероятно, оно подвластно только Су Сяо Пэй.

Лю Сян вдруг подскочил. Воскрешение, возвращение из мёртвых. У этой Су Сяо Пэй есть удивительные и странные способности, неужели она может общаться с духами и божествами, и они ей помогают? Она хочет расследовать дело, так неужели она собирается сделать это через Ло Линъэр? Неужели она действительно вызвала душу Ло Линъэр, чтобы та помогла ей разгадать тайну? Но она знает, что сверхъестественные вещи нельзя представить как доказательства, поэтому она намеренно говорит, что это старый друг Ло Линъэр добивается для неё справедливости.

Лю Сян заходил по комнате. Чем больше он думал, тем больше убеждался, что только так всё и можно объяснить.

Если это так, то Су Сяо Пэй наверняка смогла узнать от Ло Линъэр всё. Она точно знает о нём, о Господине, и о том, как умерла Ло Линъэр.

Тут Лю Сян по-настоящему запаниковал. Он обвёл взглядом комнату, и ему вдруг показалось, что в ней похолодало. Неужели призраки существуют? Возможно ли это?

Лю Сян сел за стол, пытаясь успокоиться. Он расстелил бумагу, поставил тушечницу и начал растирать тушь. По привычке он должен был записать всё это, чтобы доложить Господину и предупредить остальных. Он быстро написал письмо. Процесс письма был и процессом упорядочивания мыслей, и его разум, казалось, становился всё яснее. Все те вещи, которые раньше он не мог понять, теперь обрели логичное объяснение: Су Сяо Пэй — не обычный человек, а может, и вовсе не человек. У неё есть удивительные способности, поэтому ей достаточно взглянуть на место преступления, чтобы понять, что это дело рук серийного убийцы. Ей достаточно поговорить с тобой, чтобы узнать, что ты сделал. Она определённо видит то, чего не видят обычные люди. Например, призраков, например, души. В Учжэне она даже смогла в мельчайших деталях описать личность, внешность и происхождение Господина, хотя до этого видела его всего пару раз. Но когда он услышал её описание, он сразу понял, что речь идёт о Господине [2].

Как такое возможно? Даже такой проницательный и разбирающийся в людях человек, как Господин, на такое не способен. Значит, эта Су Сяо Пэй — точно демон. Фу Янь, должно быть, что-то разглядел, он ведь тоже твёрдо утверждал, что она демон.

Лю Сян дописал письмо, сложил его и, отодвинув стол, открыл за ним потайное отделение. Он увидел, что внутри лежит одно письмо. Он достал его и положил на его место своё.

Затем он придвинул стол на место и вскрыл письмо. Оно было от Господина. В нём излагался его план и были поручения для него. Лю Сян дочитал письмо, всё запомнил и сжёг его. А потом он сидел и думал. Господин недооценил Су Сяо Пэй. Какой смысл в порученных ему делах? Они не помогут устранить Су Сяо Пэй. Чем больше они будут делать, тем больше дадут ей шансов их поймать. Ведь ей помогают призраки и демоны. Хотя, судя по нынешней ситуации, её способности тоже ограничены, иначе её не удалось бы так легко убить. Оставлять её в живых — значит навлекать беду. Она разоблачит его, а потом и Господина. И он не хотел давать ей такого шанса.

Нужно хорошо подумать, очень хорошо подумать: слушать ли Господина или действовать по-своему. Хотя ему было немного страшно. Ло Линъэр ослушалась и умерла. А что будет с ним? У него большие амбиции, он считает себя выдающимся, он терпелив и умеет сдерживаться. Его достоинства Господин разглядел с первого взгляда. Он действительно умеет видеть людей, он — настоящий Болэ [3]. Но он чувствовал, что Господин точно недооценил Су Сяо Пэй. Когда это письмо дойдёт до Господина? Не будет ли слишком поздно? Чтобы действовать наверняка, ему следует поторопиться.

Су Сяо Пэй тоже сидела в своей комнате и думала, уставившись в стену.

— Если ты не пошевелишься, я решу, что твою душу утащили, — Жань Фэйцзэ, закончив работу, вернулся и увидел, что его девушка сидит в той же позе, что и до того, как он начал прибираться. — Эта стена такая красивая?

— Ничего так, — серьёзно ответила Су Сяо Пэй.

— И в чём же её красота? — так же серьёзно спросил Жань Фэйцзэ.

Су Сяо Пэй взглянула на него и ответила:

— Твой вопрос требует умственных усилий, а мой мозг сейчас занят.

Жань Фэйцзэ рассмеялся, подсел к ней, обнял за плечи, прижал её голову к своему плечу и сам прислонился к её голове. Так, голова к голове, они вместе уставились на "красивую" стену.

— Я убрал кухню, двор и все комнаты. Какой я трудолюбивый. Девушка, ну похвали же меня.

— Воин, ты потрясающий.

— Что?

— Воин, ты и впрямь домовитый [4].

— ... — Жань Фэйцзэ нахмурился. — Ладно, в следующий раз ты будешь работать, а я тебя хвалить.

Су Сяо Пэй промолчала. Она не любила работать. Жань Фэйцзэ, подумав, добавил:

— Хотя, боюсь, это будет слишком сложно. Ты никогда толком не работала, я просто не найду слов, чтобы тебя похвалить. А врать, кривя душой, — вредно для здоровья.

— Врать вредно для здоровья? — Су Сяо Пэй окинула его взглядом. — Тогда это просто чудо, что ты, воин, дожил до сегодняшнего дня.

В последнее время он каждый день помогал ей врать, и, судя по всему, делал это с большим энтузиазмом.

— Это всё потому, что у меня база хорошая, — ответил он, не упустив случая похвалить себя даже после упрёка.

Су Сяо Пэй протянула руку и легонько хлопнула его по голове.

— Голова слишком тяжёлая, у меня своя болит.

Жань Фэйцзэ что-то недовольно пробормотал, но убрал голову, жалуясь, что Су Сяо Пэй слишком низенькая, а то можно было бы поменяться, чтобы её голова лежала на нём. Он-то крепкий, ему не страшно.

— Воин.

— Чего? — Неужели он неправ? Она ведь и правда низкая, коротышка.

— Заткнись.

Хорошо, заткнуться так заткнуться. Сидеть, обняв свою девушку, тоже было приятно.

Через некоторое время, насладившись моментом, они вернулись к делам.

— Завтра в ямыне я найду возможность заглянуть в комнату Лю Сяна. Думаешь, он всё запишет и оставит письмо?

— Да, он обязательно всё запишет. — Именно поэтому она хотела вернуться в ямынь, чтобы дать Жань Фэйцзэ возможность побыть вором. С этим письмом можно будет доказать, что он действительно заодно с Ду Чэнмином. А потом, дождавшись, когда кто-то придёт забрать письмо, можно будет выследить следующего сообщника. Но Су Сяо Пэй хотела не этого. Если в письме не будет веских улик, то и арест будет бесполезен. Она долго думала, ставя себя на место Лю Сяна, чтобы продумать всю ситуацию. Она знала, что он будет делать. Она надеялась, что он решится действовать. Только поймав с поличным, можно получить настоящие улики.

— Как думаешь, что Лю Сян будет делать, кроме как передавать донесение? — спросил Жань Фэйцзэ. Честно говоря, он не совсем понимал тактику Су Сяо Пэй. Она казалась ему немного глупой. Он понимал, что инсценировка с призраком может выявить того, у кого нечиста совесть, — он и сам так думал. Но после инсценировки вдруг заявить, что это старый друг ищет справедливости... это казалось ему запутанным. Не просто запутанным, а фальшивым. Он был уверен, что Лю Сян давно всё раскусил. Но Су Сяо Пэй настаивала на своём, и это сбивало его с толку.

— Он будет пытаться понять, что всё это значит, и будет искать способ исправить положение.

— Он точно не поверит в призраков.

— Раньше не верил, а теперь, должно быть, поверил.

— Правда? — Жань Фэйцзэ нахмурился. — Почему-то мне кажется, что вся эта история с промелькнувшей тенью призрака может напугать только такого дурачка, как Лао Лю [5].

— У всех разный фокус внимания. У Лао Лю совесть чиста, поэтому он сосредоточен на самом событии. А Лю Сян сосредоточен на мне. Что бы я ни делала, он будет с подозрением размышлять об этом. И чем больше он будет думать, тем ближе будет к тому результату, который мне нужен.

— А может, он сейчас сидит в своей комнате и смеётся над твоим неуклюжим планом.

— Нет. Люди охотно верят в то, во что хотят верить. Только то, во что они верят, становится для них фактом. И его мозг бессознательно будет подыскивать множество причин, чтобы убедить его. Когда ситуация становится запутанной, ему приходится задействовать много мыслей, чтобы во всём разобраться. Ему необходимо найти во всём логику, но он не может найти рациональное объяснение, подкреплённое фактами. И всё же он должен найти что-то, что его убедит.

— И чем же он себя убедит?

— Он связан с Ло Линъэр. Воин, разве ты не выяснил, что в те дни он брал отпуск и отсутствовал в ямыне? Значит, он точно ездил в Пинчжоу. В день, когда со мной случилось несчастье, он был в ночном дозоре. Он знает, что я умерла и воскресла.

— Всё это я знаю, но что с того?

— Воин, кроме Ло Линъэр, возможно, только он один точно, наверняка знает, что я умерла и воскресла. Может быть, он даже собственными глазами видел, как я умерла. Фу Янь, основываясь лишь на слухах и произошедших событиях, решил, что я демон. А Лю Сян видел всё своими глазами. Неужели он всё ещё думает, что я обычный человек? Раньше Ду Чэнмин давал ему наставления, и он мог сохранять спокойствие. Возможно, он даже не осознавал, насколько твёрдо в этом убеждён. Он точно всегда настороже по отношению ко мне. Что бы я ни сказала, он подсознательно будет сопротивляться и возражать, думая, что у меня есть скрытые мотивы, что я ставлю ему ловушку. Он будет убеждать себя не верить и быть осторожным. Поэтому, когда я говорю, что есть призрак, он думает, что я его обманываю. А когда я говорю, что призрака нет, а это старый друг Ло Линъэр ищет справедливости...

— Неужели он решит наоборот, что призрак точно есть? — Жань Фэйцзэ всё ещё сомневался.

— Да, решит, — Су Сяо Пэй снова уставилась в стену. — Я всё это время вела подготовительную работу. Я наблюдала за ним, проверяла его, и я знаю, как он будет думать. Он попался в ловушку, воин. Собака, загнанная в угол, и через стену перепрыгнет. — Она лишь боялась, что он будет колебаться и не решится прыгнуть. Может, стоит помочь ему принять решение.

— Только не говори, что ты задумала то, о чём я думаю, — нахмурился Жань Фэйцзэ, а затем вдруг заговорил тихим, мягким голосом: — Сяо Пэй, ты ведь знаешь, что если ты заранее поймёшь, что тебе грозит опасность, и не скажешь мне, я очень рассержусь, правда?

— И что с того? — Она же не дура, чтобы скрывать от него такое. Просто ей нужно больше оснований, чтобы точно знать, что произойдёт, а сейчас она и сама не знала. Но его угрожающий тон её раздосадовал.

— Что с того? — Жань Фэйцзэ запнулся. И правда, что он мог сделать? Неужели он и впрямь переломает ей ноги? — Кормить не буду!

Комментарии к главе:

[1] Господин (先生 - xiānsheng): Лю Сян так уважительно называет своего начальника и покровителя, Ду Чэнмина (он же антагонист Чэн Цзян И).

[2] Профиль Господина: Лю Сян вспоминает эпизод, когда Су Сяо Пэй в Учжэне составила криминально-психологический портрет антагониста, который оказался поразительно точным, что и убеждает Лю Сяна в её сверхъестественных способностях.

[3] Болэ (伯乐): Легендарный знаток лошадей в древнем Китае, чьё имя стало синонимом человека, умеющего находить и ценить таланты. Лю Сян льстит Ду Чэнмину, но также и себе, считая себя "породистым скакуном".

[4] Домовитый (贤惠 - xiánhuì): Ироничное замечание. Этим словом обычно хвалят добродетельных и хозяйственных жён. Су Сяо Пэй подшучивает над Жань Фэйцзэ, который взял на себя все домашние дела.

[5] Лао Лю (老六): Прозвище Бай Юйлана. Жань Фэйцзэ считает его простодушным и доверчивым, в отличие от хитрого и подозрительного Лю Сяна.

http://tl.rulate.ru/book/15839/7281353