Готовый перевод Sweetie Fox в мире Гарри Поттера: Глава 32: Лето в пустом замке и фантомные боли

Хогвартс-экспресс увёз последних студентов, и замок погрузился в гулкую, непривычную тишину. Большинство преподавателей разъехались по отпускам. Хогвартс опустел.

Ева осталась.

Дамблдор настоял на этом. «Так будет безопаснее, дитя моё», — сказал он с отеческой заботой, которая, как Ева уже знала, была лишь красивой обёрткой для его холодных стратегических расчётов. Оставить такой «артефакт», как она, без присмотра он не мог.

Лето в пустом замке было странным. Похожим на сон. Дни были длинными и ленивыми. Ева много гуляла по окрестностям, исследовала Запретный лес (не заходя слишком далеко), читала книги из обычной секции библиотеки. Она пыталась отдыхать.

Но это был отдых солдата в окопе между боями.

Её мысли постоянно возвращались к двум вещам: к мерцающему «зеркалу», которое она открыла, и к Снеггу.

Портал. «Дверь открывается болью». Она поняла, что не может просто ждать следующей трагедии. Ей нужно искать другие источники. Другие ключи. Она начала изучать историю Хогвартса, выискивая в ней упоминания о местах скорби, о великих битвах, о призраках. Она стала охотницей за чужим горем, за эмоциональными шрамами, оставленными на теле замка.

И Снегг.

Он тоже остался в замке. Официально — для варки сложных зелий, которые требовали летних ингредиентов. Неофициально — Дамблдор не мог отпустить своего главного шпиона далеко от себя.

Их «перемирие» стало странным, молчаливым сожительством. Они больше не устраивали ночных «уроков». Вместо этого они иногда пересекались в пустых коридорах. Обменивались короткими, ничего не значащими фразами. Но в этих фразах, во взглядах, которыми они обменивались, было больше содержания, чем в часовой лекции.

«Выглядите уставшим, профессор». (Я знаю, где вы были прошлой ночью. Я знаю, что вы снова виделись с ним).

«А вы, Волкова, кажется, слишком много времени проводите в библиотеке. Боюсь, вся ваша… природная… свежесть испарится среди пыльных фолиантов». (Я знаю, что вы ищете. И это опасный путь).

Это были их шифровки. Их способ общаться под незримым надзором портретов и привидений.

Иногда он присылал ей с домовым эльфом склянку с зельем. Без записки. Один раз — зелье от мигрени, после того как она пожаловалась на головную боль. Другой раз — укрепляющий отвар.

Это были не знаки внимания. Это были… инвестиции. Он следил, чтобы его «проблема» оставалась в рабочем состоянии. По крайней мере, он так себе это объяснял.

Ева принимала эти подношения с ироничной улыбкой. «Чёрный Рыцарь» проявлял заботу. Неуклюже. Опосредованно. Через колбы и склянки. Это было почти мило.

Однажды вечером она нашла его на Астрономической башне. Он стоял там же, где и в ночь их уговора, и смотрел на закат.

Она подошла и встала рядом. Они долго молчали.

— Они вернутся через два месяца, — сказала она, имея в виду студентов.

— Да, — глухо ответил он.

— И с ними придёт инспектор от Министерства.

— Амбридж, — выплюнул он имя, как ругательство. — Долорес Амбридж. Ходячее бедствие в розовом.

— Опасна? — спросила Ева.

— Не опаснее ядовитой жабы, — усмехнулся он. — Но так же отвратительна. Она будет искать слабости. В Дамблдоре. В Поттере. Во всех, кто не согласен с линией партии. И в вас, — он повернулся к ней. — В вас она увидит главную угрозу. Вы — всё, что она ненавидит. Свободная. Неконтролируемая. Привлекательная.

Его слова были констатацией факта, но последнее прилагательное прозвучало… лично.

— Значит, мне стоит ждать неприятностей? — спросила она.

— Вам стоит ждать войны, — ответил он. — Но на этот раз — не со мной.

Он посмотрел на её шею, на бледную кожу, не прикрытую воротником.

— Вам стоит быть осторожнее, Волкова, — сказал он тихо. — В мире есть вещи похуже некомпетентных инспекторов. И некоторые из них теперь знают о вашем существовании.

Это было предупреждение. И в нём впервые прозвучала не угроза. А неподдельное беспокойство.

Он развернулся и ушёл, оставив её одну с этим новым, странным чувством.

Чувством, что её циничная игра зашла слишком далеко. И что теперь у неё есть не только враги и союзники. А что-то гораздо более сложное и опасное.

Человек, который, возможно, действительно за неё боится.

http://tl.rulate.ru/book/157805/9413673