Готовый перевод Feigned Composure / Притворное спокойствие: Глава 8

— Ну а теперь? — Се Тунань сделал шаг вперёд и слегка наклонился. Его слова прозвучали тихо — с лёгкой издёвкой, но в них сквозила и робкая попытка разведать обстановку: — Что-то случилось?

На Цяо Муюнь обрушилась почти осязаемая волна давления. Она подняла глаза и встретилась с ним взглядом.

Глаза у Се Тунаня были по-настоящему красивы: не столько миндалевидные, сколько удлинённые, с чуть приподнятыми к вискам уголками. Глубокие чёрные зрачки всегда смотрели с холодной, отстранённой ясностью.

Чтобы избежать дальнейших неприятностей, Цяо Муюнь решила поговорить с ним разумно:

— Я не знаю, каковы ваши отношения с профессором Чжу. Просто передаю привет от отца своему бывшему наставнику.

Се Тунань пару секунд пристально смотрел на неё, и в его взгляде мелькнуло недоверие.

— Правда?

Он отвёл глаза.

— И сколько же у твоего отца таких наставников?

Вопрос прозвучал явно насмешливо.

Цяо Муюнь помолчала пару секунд, потом тихо произнесла:

— Се Тунань.

— Два года назад я ушла окончательно и чисто. Не собираюсь возвращаться и цепляться за прошлое. К тому же… — она сделала паузу и решительно добавила: — У меня есть парень.

— Пока вы, как вчера, не будете хватать меня за руки, между нами нет никакой разницы от обычных незнакомцев, — спокойно сказала Цяо Муюнь.

Её спокойствие было настолько абсолютным, что это бесило.

Как будто в подтверждение её слов, в тот же миг раздался звонок телефона.

Это был Чжан Хуайянь.

Цяо Муюнь взглянула на экран и сразу сбросила вызов.

Се Тунань успел заметить имя на дисплее. Вспомнив все предыдущие события, он презрительно фыркнул:

— Этот юный господин из семьи Чжан — известный повеса и развратник. И тебе такой нравится?

……

Цяо Муюнь понадобилось пару секунд, чтобы осознать, о ком он говорит.

Неужели он принял Хуайян за её парня?

Такое недоразумение… даже забавно.

Уголки её губ сами собой приподнялись, а в глазах заискрилась лёгкая весёлая искорка.

— Мне всё равно, — мягко склонив голову, ответила она. — Он очень добр ко мне и всегда исполняет мои желания.

Брови Се Тунаня нахмурились ещё сильнее. Его взгляд скользнул мимо Цяо Муюнь к подоконнику.

Цяо Муюнь улыбнулась ещё шире и пристально уставилась на него:

— По крайней мере, он относится ко мне лучше, чем ты.

Взгляд Се Тунаня потемнел.

Он кивнул, сделал ещё один шаг вперёд, согнул указательный палец и внезапно сжал ей подбородок, заставив встретиться с ним глазами.

Цяо Муюнь смотрела, как он медленно наклоняется, приближаясь всё ближе. Воздух вокруг будто перестал двигаться. Её тело словно поразила молния — она застыла, даже забыв сопротивляться.

Когда между их лицами осталось не больше трёх сантиметров, он остановился. Его тёмные глаза, полные холода, пристально впились в неё, но уголки губ при этом насмешливо изогнулись.

Голос прозвучал низко и медленно, с ленивой небрежностью:

— А в постели он тоже лучше меня?

Глава 7

Хотя на дворе стояло лето, пальцы Се Тунаня были слегка прохладными. Его губы едва заметно дрогнули, но взгляд оставался спокойным и ледяным.

Цяо Муюнь уже жалела, что поддалась соблазну его подразнить.

Надо было знать, что ничего хорошего из этого не выйдет, и не лезть на рожон.

Из коридора донёсся стук шагов — приближающийся, отчётливый.

Только тогда Цяо Муюнь вспомнила, что нужно вырываться.

Она попыталась повернуть голову в сторону.

Но Се Тунань не собирался отпускать её.

Он даже усилил хватку. Цяо Муюнь почувствовала боль и попыталась оттолкнуть его запястье — и тут же коснулась холодного металлического циферблата.

Се Тунань всегда носил часы, но не ради времени и не для демонстрации статуса.

На внутренней стороне его запястья тянулся довольно глубокий шрам, который он прикрывал ремешком.

Цяо Муюнь когда-то интересовалась этим рубцом, но Се Тунань лишь сказал, что это последствие детской травмы, и больше не желал обсуждать тему.

На самом деле его руки были прекрасны — длинные, стройные, чистые и сильные. Особенно выделялась маленькая выпуклая косточка на запястье, придававшая всей кисти особую холодную элегантность.

Каждый раз, когда он обнимал её сзади во сне, Цяо Муюнь упрямо хватала его руку и даже во сне не отпускала.

Если ему нужно было встать, приходилось прилагать усилия.

Однажды он спросил, почему она так делает.

— Ты как ребёнок, — сказал он.

Цяо Муюнь тогда подумала: потому что с ним спокойно.

Но она ничего не ответила, только молча играла с его пальцами. Ему это не мешало. В такие моменты он обычно был очень терпелив и позволял ей возиться сколько угодно.

Воспоминания нахлынули внезапно, и Цяо Муюнь на мгновение растерялась.

Не то расстояние стало слишком маленьким, не то воспоминания оказались чересчур интимными — но щёки её начали гореть без её ведома.

Се Тунань приблизился ещё немного, чуть склонил голову, и его нос почти коснулся её щеки.

Тень накрыла их обоих.

Их дыхание слилось в одно — остался всего один шаг до поцелуя.

Цяо Муюнь инстинктивно отстранилась, но так и не смогла вырваться из его хватки. Она полностью пришла в себя, слегка стиснула зубы, и в её прекрасных глазах вспыхнул гнев.

Гнев на его дерзость и на собственное позорное, мимолётное волнение.

Се Тунань замер, отстранился на пару сантиметров, бросил взгляд на её покрасневшие уши и через мгновение отпустил её подбородок. Медленно выпрямившись, он развернулся и решительно зашагал прочь, будто ничего не произошло.

Цяо Муюнь проводила его взглядом, закрыла глаза и глубоко вдохнула пару раз.

В коридоре с обеих сторон располагались лифты. Она направилась в противоположную от Се Тунаня сторону. Как только она вышла из корпуса больницы, резкий запах антисептика сменился палящим зноем солнца.

Цяо Муюнь достала из сумочки складной зонт. Пока она его не до конца раскрыла, в поле зрения попал серебристый «Порше», припаркованный на открытой площадке.

Рядом стоял дядя Чэн и курил, ожидая кого-то.

Кого именно — догадаться не составляло труда.

Цяо Муюнь отвела взгляд, решив сделать вид, что ничего не заметила. Но в следующее мгновение окно машины медленно опустилось, и показалось лицо Фу Хуачу — чертовски обаятельное и дерзкое.

Он высунул руку из окна и помахал:

— Госпожа Цяо!

Цяо Муюнь холодно усмехнулась.

Почти забыла, кто виновник сегодняшней «случайной» встречи. Что он не предупредил о связи между Се Тунанем и профессором Чжу — ладно, обязанности такой у него не было.

Но специально завлечь её сюда — это уже перебор.

Дядя Чэн, увидев, что Цяо Муюнь идёт в их сторону, затушил сигарету:

— Госпожа Цяо…

Остальное застряло у него в горле.

Потому что он своими глазами увидел, как Цяо Муюнь подошла и пнула ногой дверцу машины.

Дядя Чэн на секунду потерял дар речи. Ведь по его представлениям эта госпожа Цяо всегда была тихой, спокойной девушкой, не склонной к истерикам и скандалам.

Фу Хуачу сначала опешил, а потом рассмеялся.

— Эй, эй! Успокойтесь! Прошу вас, успокойтесь!

……

— Нет, серьёзно, — Фу Хуачу перевёл взгляд на какую-то точку за спиной Цяо Муюнь, и его улыбка стала ещё шире: — Вы злитесь на меня или на владельца этой машины?

Дверца осталась совершенно целой — на солнце металл блестел без единого следа.

Цяо Муюнь почувствовала лёгкую боль в пальцах ноги и равнодушно отвела взгляд.

Она думала, что за два года научилась сдерживать эмоции, освоила искусство невозмутимости и спокойного реагирования на любые ситуации. А оказалось — всё ещё не готова.

Достав телефон, она прямо перед Фу Хуачу занесла его номер и вичат в чёрный список.

Фу Хуачу:

— …

Цяо Муюнь больше не взглянула на него и ушла, отстукивая каблуками по асфальту.

— Эй! — крикнул ей вслед Фу Хуачу, затем почесал подбородок и, увидев медленно приближающегося мужчину, съязвил: — Что случилось? Ты что, сделал ей?

……

Се Тунань молча посмотрел на него.

— Расскажи, — не унимался Фу Хуачу.

Се Тунань слегка растянул губы в усмешке и бросил два слова:

— Выходи.

Фу Хуачу:

— А?

Он растерялся и не сразу понял, что происходит.

Тон Се Тунаня звучал крайне враждебно — казалось, он вот-вот ударит. Но ведь этот парень давно не дрался, так что Фу Хуачу быстро отмел эту мысль.

Да и вряд ли он стал бы из-за такой ерунды, как обман с бывшей девушкой.

Наверное, дело в чём-то другом.

Фу Хуачу вышел из машины:

— В чём дело?

— Дай телефон, — снова сказал Се Тунань.

……

Фу Хуачу так и не понял, что задумал его друг, но послушно протянул устройство.

Се Тунань взял его, поправил положение часов на запястье и наконец ответил на предыдущий вопрос:

— Да ничего особенного.

Он придержал уже закрывающуюся дверцу машины, швырнул телефон на сиденье и сам сел внутрь.

«Хлоп!» — дверца захлопнулась.

Се Тунань поднял глаза, медленно изогнул губы в усмешке и закончил фразу:

— Просто решил, что тебе сейчас слишком скучно. Лучше иди пешком.

Фу Хуачу:

— А?!...

Он всё ещё не верил своим ушам:

— Да ладно тебе, Се Тунань, неужели…

Он не договорил — окно машины поднялось. Дядя Чэн взглянул в зеркало заднего вида на выражение лица босса, молча заблокировал двери и завёл двигатель.

— Се Тунань, ты *&￥#! — последние слова Фу Хуачу заглушило тёмно-синее стекло, зато прохожие оглянулись на него с удивлением.

……

***

Выходя из дома, Цяо Муюнь торопилась и боялась пробок, поэтому доехала до больницы на метро.

От западных ворот больницы до станции нужно было идти десять минут. Под палящим солнцем Цяо Муюнь неспешно раскрыла зонт и почувствовала, как ноет подбородок.

Она достала телефон и посмотрела на себя в фронтальную камеру.

Лицо было красным.

Наверное, просто от жары.

Вернувшись на главный экран, она заметила несколько уведомлений в вичате.

Линь Сичжань: [Цяо Му Юнь?]

Сообщение пришло час назад.

Метро подъехало к станции.

Цяо Муюнь водила пальцем по экрану, дважды набрала пару слов и стёрла их.

Зайдя в вагон, она нашла место, где можно опереться, и только тогда взяла телефон:

[Ага.]

Подумав, добавила формально и вежливо:

[Здравствуйте, старший товарищ по учёбе.]

Такой знакомый стиль общения. Линь Сичжань усмехнулся.

[Ты меня помнишь?]

Цяо Муюнь: [Помню.]

Поняв, что других ответов не дождаться, Линь Сичжань сразу спросил:

[Ты в Бэйчэне?]

В голове Цяо Муюнь всплыл огромный вопросительный знак. Она неуверенно ответила:

[Да.]

Линь Сичжань уже пояснил:

[Вчера увидел тебя и подумал, что мне показалось.]

[Спросил у твоей соседки по комнате твой контакт. Хотел написать вечером, но забыл — дела навалились.]

Вчера…

Значит, на презентации.

Линь Сичжань учился на финансовом факультете, да и семья его занималась бизнесом — появление на таком мероприятии было вполне объяснимо.

Стоп.

Соседка по комнате?

Цяо Муюнь уже собиралась ответить, как вдруг обратила внимание на вторую половину сообщения.

[Я… какая соседка?]

Линь Сичжань: [Младшая сестра Цинь.]

……

Цяо Муюнь вдруг почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Линь Сичжань: [Что такое?]

Цяо Муюнь: [Ничего.]

Линь Сичжань: [Ты вернулась в Бэйчэн работать?]

Цяо Муюнь: [Нет. Приехала по делам.]

……

Поболтав ещё немного, Цяо Муюнь сослалась на занятость и завершила разговор.

Она пролистала список контактов и нашла имя «Цинь Цзюцзю». Открыла чат — последнее сообщение было вчера: Цзюцзю спрашивала, чем она занята, и Цяо Муюнь небрежно ответила: «Гуляю по Сианю».

Как раз кстати.

Прямо после этого она появилась на презентации в Бэйчэне.

Неизвестно, рассказал ли Линь Сичжань о встрече, но скорее всего — да. Раз пока тишина, значит, Цзюцзю ждёт, когда она сама признается.

Цяо Муюнь задумалась, и когда снова подняла глаза, метро уже проехало несколько станций.

Она не спешила домой и просто доехала до университетского городка. Выйдя, неспешно пошла вдоль дороги.

Было слишком жарко, и, проходя мимо кафе с напитками, Цяо Муюнь зашла и наугад заказала стаканчик чего-то прохладного. Найдя самый дальний столик в углу, она села.

Напольный кондиционер в углу гудел, выпуская струи холодного воздуха. Цяо Муюнь наконец пришла в себя, надела наушники и набрала номер Цзюцзю.

Через десяток секунд звонок ответили, и раздался звонкий женский голос:

— Как тебе Сиань, дорогая?

Если прислушаться, в голосе чувствовалась ледяная кромка.

Цяо Муюнь подумала и ответила:

— Нормально, наверное?

— Цяо, — глубоко вздохнула Цзюцзю, пытаясь пробудить в ней совесть.

Цяо Муюнь тихо «агнула», и дальше молчала.

……

Ладно.

Помолчав две секунды, Цзюцзю решила не ходить вокруг да около. Ведь по сравнению с ней собеседница сейчас явно никуда не спешила.

Поэтому Цзюцзю прямо спросила:

— Сколько дней уже здесь?

— Четыре, — честно ответила Цяо Муюнь.

……

— А.

Четыре дня — и ни звука. Ещё и соврала, что в Сиане.

— Можно расходиться.

Она уже собиралась положить трубку.

В этот момент Цяо Муюнь сама сказала:

— Я приехала по делам. Если всё пройдёт хорошо, скоро уеду.

http://tl.rulate.ru/book/157704/9378421