Готовый перевод Opening a Dojo: My First Disciple is Batman / Открыл школу боевых искусств, мой старший ученик — Бэтмен: Глава 81. Крестный отец и волшебная метла

: ]

Глава 84. Крестный отец и волшебная метла.

— Но я хочу тебя предупредить: Истинная Ци при усилении неживых предметов должна течь, а не просто покрывать их. Следи, чтобы она двигалась без остановки. От скорости её циркуляции напрямую зависит предел усиления.

Он уже мысленно пытался вывести формулу усиления для живых и неживых тел, связывающую объём и скорость потока Истинной Ци.

Но пока что эта сила, дарованная ему словно чудом, ни разу не применялась им на деле. Он только начинал осознавать её возможности.

Под руководством Ду Му Питер узнал ещё больше тонкостей работы с Истинной Ци – особенно в способах приложения силы при ударе, хотя сейчас тренировался немного рассеянно.

До сих пор ему не приходилось сталкиваться с преступниками, обладающими Сверхспособностями – одной лишь физической силы и паутины хватало, чтобы справиться с любой проблемой.

Куда труднее оказывались потерявшие управление машины, сходящие с рельс поезда, обрушенные несущие стены или пожары – одним словом, стихийные бедствия.

Ду Му, наблюдая за Питером, легко догадался, о чём тот думает, и после короткого раздумья спросил:

— Я видел, что твой костюм скрывает тело с головы до ног. Ты ведь патрулируешь город и вмешиваешься, когда происходит преступление?

— Откуда вы знаете? — удивился Питер. — Только потому, что в прошлый раз я был в маске?

Ду Му покачал головой:

— Мой старший ученик когда-то делал то же самое.

— Старший ученик? — удивился Питер.

Его встречи с Ду Му и обучение проходили скорее случайно – почти как в старых восточных фильмах, где Великий Мастер берёт под опеку одарённого юношу. Питер, хоть и стал увереннее после получения сил, всё же оставался немного стеснительным.

И только сейчас Учитель впервые упомянул того, кого Питер никогда не видел.

— Тогда... — смущённо почесал он затылок. — Мне, наверное, стоит тоже звать вас Учителем?

Ду Му удивлённо посмотрел на него.

Он начал обучать Человека-паука в первую очередь ради обратной связи, укрепляя собственное мастерство. А с Бэннером и Гарри общался больше как старший, не требуя обрядов.

Когда-то он принял Брюса как ученика, думая, что только формальный ученик способен дать духовный отклик, и считая, что Школа Боевых Искусств теперь связана лишь с Готэм-Сити. Поэтому он относился к этому с большой серьёзностью.

Позже, когда выяснилось, что отдача идёт и без церемонии Посвящения в ученики, он перестал настаивать.

Но молодой американец Питер проявил такую искренность – это подкупало.

После короткого молчания Ду Му улыбнулся:

— Раз ты считаешь, что знания, полученные от меня, достойны слова «Учитель», тогда налей мне чаю.

Сказав это, он заложил руки за спину и направился в Лекционный зал боевых искусств.

— Хорошо, Учитель! — радостно отозвался Питер, поспешив за ним.

Занятия в тот день затянулись. К тому времени, как Питер закончил, Халк уже успел провести «время для прогулки» и вернуться в облик Бэннера.

Бэннер не захотел мешать Учителю и повёл Ли Сяоци в боковой двор, где продолжил занятия с детьми.

После короткой церемонии Посвящения Ду Му формально принял второго ученика.

Выбор этот был на редкость спонтанным.

Питер не был таким растерянным, как Брюс, и таким зависимым от поддержки, как Гарри. В нём ощущалась внутренняя сила – решимость двигаться вперёд без колебаний.

Когда Питер упомянул лишь тётушку Мэй и ни слова не сказал о дяде Бене, Ду Му сразу понял, что перед ним мальчик, переживший утрату близкого и слишком быстро повзрослевший.

Эта встреча действительно напоминала естественную ситуацию «ученик и наставник».

— Кстати, Учитель, — вдруг спохватился Питер, — я ведь не спросил: сколько нужно заплатить за обучение?

Ду Му с улыбкой ответил, чувствуя пульс своей огромной Внутренней силы:

— Сколько сочтёшь нужным. Для меня лучшая награда – видеть, как ты растёшь.

Питера пробрала волна уважения. Учитель, казалось, излучал саму Ауру Великого Мастера – настоящего мудреца, чья доброта и сила не требовали слов.

Но, разумеется, принимать это буквально он не собирался – денег у него едва хватало с временных подработок.

Ду Му вдруг произнёс фразу, от которой Питера охватило смутное беспокойство:

— Раз ты уже овладел Внутренним искусством, приходи в следующий раз отдохнувшим. Я устрою тебе несколько боевых тренировок.

При этих словах у Питера тут же сработало Паучье чутьё: по коже побежали мурашки.

Но он быстро успокоился. Если бы Учитель хотел причинить вред, мог сделать это давно – одним неверным потоком энергии в его теле. Едва ли кто выжил бы после такого удара по внутренним органам.

Когда Питер ушёл, Ду Му поднял взгляд к небу. Время подходило к Церемонии распределения по факультетам. Он использовал кровь Гарри и шагнул через Ворота школы боевых искусств, вернувшись в Хогвартс.

На том месте, где стояли Гарри и Сириус Блэк, их уже не было. Оба стояли у окна Библиотеки, глядя наружу.

Сириус показывал на дальний Коридор и рассказывал Гарри, как они с Джеймсом в юности под плащом-невидимкой пробирались в Волшебный городок за Сливочным пивом. Потом указал на огромное дерево у края Запретного леса – Гремучую иву – и усмехнулся, вспоминая, как однажды та едва не сломала ему руку.

«Видимо, они весь вечер проговорили», – подумал Ду Му.

Гарри слушал, затаив дыхание – история отца и его друзей будто оживала перед глазами. В сердце юного волшебника впервые проснулось восхищение родными стенами школы, желание пройти этот путь заново, следуя за Поколением отцов.

Ду Му заметил, что, говоря, Сириус нервно тер ладони и сжимал пальцы – напряжение выдавали едва заметные движения.

Наконец он умолк.

Гарри всё ещё с воодушевлением смотрел в окно, не замечая молчания учителя.

— Гарри… теоретически я твой крестный отец, — произнёс Сириус, не глядя ему в глаза.

Гарри удивлённо повернулся к нему.

— Твои родители назначили меня твоим опекуном, на случай, если с ними что-нибудь случится… — Сириус запнулся и, не выдержав, болезненно закрыл глаза.

Он мог сбежать из Азкабана много лет назад – стоило лишь обратиться в свою форму собаки, пролезть между решетин. Но не сделал этого.

В его глазах главной причиной гибели Джеймса и Лили был именно он. Да, Питер Петтигрю оказался предателем, но Сириус был тем, кто предложил поменять Хранителя Секрета, решив, что друг слишком неприметен и потому безопасен.

Та мелкая хитрость обернулась страшной дуростью.

Он не подумал, что тот, кто ищет выгоды, первым воспользуется доверием – и продаст его.

Настоящим убийцей Джеймса и Лили стал Волан-де-Морт, но причина, привёдшая его к их дому, – глупость самого Сириуса.

Именно поэтому он добровольно понёс наказание.

Прежние радости – дружба, веселье, юные приключения – после Предательства превратились для него в Яд, в вечную боль. Эти воспоминания были слишком яркими, слишком мучительными даже для Дементоров – вот почему он не сошёл с ума.

Для всего Мира волшебников это оставалось загадкой – газеты неделями обсуждали «непонятно как сохранившего разум заключённого».

Если бы Гарри и Ду Му читали те Газеты, они бы знали, что имя Сириуса не сходит с первых полос вот уже три выпуска.

В строках судьбы всё складывалось иначе: по замыслу, Питер Петтигрю должен был быть разоблачён, и Сириус, очистив имя, должен был обрести луч надежды. Тогда он и осмелился предложить Гарри жить вместе.

Но сейчас… всё шло по иному пути.

Сириус, хоть и вышел на свободу по приглашению, внешне выглядел достойно, но внутри оставался тем же – полным сожаления узником.

Гарри, увидев его закрытые глаза, тихо похлопал по тыльной стороне ладони.

Сириус вздрогнул, взглянул на мальчика и нерешительно спросил:

— Прости… но, возможно, ты хотел бы жить со мной?

— Простите, — мягко ответил Гарри, — но у меня есть дом и друзья, которые нуждаются во мне.

Он сказал это искренне, но с утешающей улыбкой.

Сириус почувствовал, будто из сердца вырвали кусок – но, глядя на зрелость Гарри, испытал и гордость.

«Ты и Лили воспитали бы его именно таким, Джеймс», – подумал он.

С усилием собравшись, Сириус улыбнулся:

— Хорошо, Гарри. Я уважаю твоё решение.

На лбу выступил пот, волосы прилипли к коже, глаза заблестели. Гарри вдруг подумал, что в эту минуту крестный похож на одинокую собаку, бродящую по городу.

— Гарри, хоть ты и не хочешь уехать, Сириус всегда может приходить тебя навещать, — вдруг произнёс Ду Му.

Голос прозвучал неожиданно, но Сириус мгновенно оживился:

— Правда? То есть я могу приходить сюда, и никому не будет помехой?

Он сиял, словно мальчишка. Гарри, видя это неподдельное счастье, почувствовал, как к горлу подступает комок.

И в ту же секунду внутренне признал его своим крестным.

— Конечно, — с лёгкой улыбкой сказал Ду Му. — Это ведь не столь уединённое место.

На самом деле он просто хотел изучить природу превращения Анимага – возможно, овладеть этой магией с помощью собственной Магической силы.

Ему было любопытно, в какого зверя он бы превратился. И как изменились бы Меридианы – остались ли бы человеческими, куда утекала бы Ци – а может, Дхарма‑сила?

Ну а если превратиться в бесполезное существо, не беда – попробует один раз и бросит. А вот если удастся обернуться орлом… вот это уже другое дело.

В этот момент Филч, аккуратно держа кошку, осторожно подошёл:

— Другие ученики уже подходят к школе, скоро начнётся Церемония распределения, профессор Ду Му.

Гарри выглянул в окно и увидел толпу учеников, направляющихся к замку.

— Я знаю короткий путь, следуйте за мной! — сказал Сириус.

Гарри кивнул и посмотрел на Ду Му.

— Что ты смотришь на меня? — усмехнулся тот. — Я же не знаю дороги. Пойду за вами.

Гарри рассмеялся и побежал вслед за Сириусом. Ду Му шагал позади, внешне неторопливо, но умудрялся сворачивать за каждым поворотом почти мгновенно – не отставая дальше, чем на два виража.

Он и не планировал участвовать в Церемонии, но решил всё же показать ученикам лицо – впереди столько Маленьких волшебников, которых можно будет Посвятить в ученичество.

…

— Сейчас я назову имя, — громко произнесла профессор Макгонагалл, — и тот, кого я позову, надевает шляпу и садится на стул.

— Ханна Эбботт! — прозвучало первое имя.

Маленькая девочка с косой неуверенно выступила вперёд и надела Распределяющую шляпу.

Ду Му сидел на месте, где в прежней истории был профессор Квиррелл, и невольно посмотрел на профессора в чёрном – Северуса Снейпа.

Снейп выглядел погружённым в себя, без привычной резкости – будто его мысли были далеко отсюда.

Что ж, теперь, когда Волан-де-Морт больше не существует, роль двойного агента перестала быть нужной. Интересно, станет ли его стиль преподавания другим?

Взгляд Ду Му скользнул к худому мальчику в конце строя – тот стоял тише всех. Гарри, по совету Сириуса, незаметно примкнул к группе первокурсников, но список студентов зачитывался по алфавиту.

— Гарри Поттер! — раздался голос Макгонагалл.

Зал мгновенно стих. Ученики переглядывались, не веря ушам.

Когда мальчик встал и прошёл через весь зал к стулу, тысячи взглядов устремились на него – и толпа загудела.

— Это тот самый Гарри Поттер?

— Может, однофамилец?

— Не может быть! Волшебный мир не знает другой семьи Поттеров!

— А я ведь весь путь по поезду прошёл – ни одного Гарри Поттера не было! — удивился кто-то.

— Странно, как он оказался здесь? — зашептались другие.

Но Гарри не обращал внимания на шёпот. Он знал Историю своей семьи от Дяди Ду и понимал, почему его называют Мальчиком, который выжил. Все эти разговоры для него были лишь фоновым шумом.

Он сел на стул – и шляпа опустилась на голову.

Ду Му попытался услышать, что она говорит, но безуспешно…, очевидно, разговор шёл через прямой мозговой контакт. Этот принцип, возможно, лежал и в основе магий вроде Заклятия Империус или Легилименции – искусств, которые Ду Му собирался изучить.

«Гриффиндор!» – прозвучало наконец.

Зал Львиного факультета взорвался аплодисментами. Пусть они и не знали Гарри лично, но гордились, что легенда пополнила их ряды.

Ду Му заметил, как чей‑то силуэт мелькнул за дверью и тут же скрылся. Это был Сириус. Очевидно, мальчик снова выбрал Гриффиндор – на этот раз из‑за него.

«Настоящий Львенок», – усмехнулся Ду Му.

Впрочем, иного он и не ожидал: каким бы ни был выбор, Гарри уж точно не стал бы Слизеринцем – там царила частица души Волан-де-Морта.

Церемония подошла к концу, столы наполнились Изысканной едой.

В этот момент до Ду Му донёсся голос Дамблдора:

— Отбор игроков в Квиддич команды Гриффиндора состоится во второй неделе семестра…

«Квиддич… значит, волшебные метлы», – пробормотал Ду Му.

Он постучал пальцами по столу и мысленно добавил к списку исследований ещё один пункт – магические средства передвижения.

http://tl.rulate.ru/book/157347/9310594