Готовый перевод The Crown Prince’s First Love Becomes a Widow / Первая любовь наследного принца стала вдовой: Глава 44

На следующее утро.

Вышла статья о возвращении Иана.

[В прошлое воскресенье, «Иан Уиндем» был замечен на восточном вокзале.

Его возвращение раньше обычного привлекло внимание многих к Белламонту.

...(пропущено)...

Иан Уиндем вернулся в столицу с красивой вдовой. По какой причине он приехал в столицу именно сейчас?]

То, что в газете, освещающей экономику и научные технологии, возвращение одного человека украсило первую полосу.

Непонятно, считать ли это чем-то великим или удивительным.

«Иан… я и не знала, что он настолько известная личность».

Иан Уиндем.

Во времена, когда Эстелла действовала в столице, она не слышала этого имени.

Лишь смутно доходили слухи, что в семье графа Уиндема было два сына.

«Неужели он стал знаменитым, пока я была в отъезде».

Пока она размышляла об этом в одиночестве, вошёл Иан с толстой пачкой карточек.

Это были приглашения.

Эстелла пробежалась взглядом по лежащим приглашениям.

Всего было получено тридцать шесть приглашений.

— Это всё мероприятия, которые пройдут на этой неделе.

— Я и не знала, что проводится так много светских мероприятий.

И неудивительно, ведь Стелла Риверс была из «рабочего класса», далёкого от высшего общества.

Светское общество и светский сезон — всё это было ей чуждо.

— На самом деле, по сравнению с прошлыми годами, это немного.

— ...Это немного?

— Да. Поскольку я постоянно отказывался, в этом году их стало гораздо меньше.

Иан взял одно приглашение и протянул ей.

— Мы пойдём по приглашению графини Роланд.

Графиня Роланд.

Женщина, которую называли королевой светского общества, а её муж в настоящее время занимал важные государственные посты, включая министра финансов.

— Если это чаепитие, то мне придётся пойти одной.

Иан надеялся на бал, а не на чаепитие.

Однако, в отличие от прошлых лет, графиня Роланд прислала приглашение на чаепитие только для женщин на имя «баронессы Вансен».

Для Эстеллы, которая ни разу в жизни не была на светских мероприятиях, это было довольно обременительно.

— Вы справитесь? — спросил он с беспокойством во взгляде, на что Эстелла слегка приподняла и опустила брови.

— Не умру же.

В худшем случае, стану лишь темой для женских сплетен.

— Я пойду одна.

На этот ответ поистине в стиле Эстеллы Иан тихо усмехнулся.

* * *

Утро чаепития.

Шёл дождь.

Это был не такой сильный ливень, как летний, но прохлада, наступившая после дождя, была не менее угрожающей, чем зимний дождь.

Слегка сцепив руки в перчатках, Эстелла подумала.

«Вот почему я не люблю весенний дождь».

Он притворяется мягким и моросящим, но больнее всего бьёт по тем, кто расслабился.

Поэтому Эстелла не любит весенний дождь.

«Всем, должно быть, холодно, но они неплохо держатся».

Она, делая вид, что смотрит на влажные от капель розы и зелёные листья, окинула взглядом женщин, сидящих за столиками в саду.

«Я думала, что на чаепитие соберётся довольно много народу».

Хозяйкой этого чаепития была не кто иная, как графиня Роланд, которую называли королевой светского общества.

Более того, её муж занимал важные посты, включая пост министра финансов.

Поэтому такое небольшое чаепитие, где за одним столом собрались всего пять знатных дам, было довольно неожиданным.

«Я думала, оно будет помасштабнее».

Но, несмотря на неожиданность, для Эстеллы это было даже лучше.

Потому что так у неё будет больше шансов перекинуться хоть словом с целью.

Немного подумав об этом, Эстелла тихо выдохнула.

Оттого что после дождя температура упала, изо рта пошёл пар, похожий на неясное облачко.

В этот момент дама средних лет, сидевшая слева от графини Роланд, заговорила.

— Вчерашний вечерний концерт, устроенный госпожой Кланд, был просто великолепен. Не так ли?

Когда она садилась, её представили, но всё произошло так быстро, что она не запомнила.

Поэтому, не зная, кто эта дама средних лет, она молчала, и тут ей ответила молодая женщина, сидевшая справа от графини Роланд.

— Хо-хо, верно. Но некоторые произведения были немного незнакомыми. Одним словом... опережать время — это хорошо, но стоило ли идти вперёд настолько, чтобы терять аристократическое достоинство, не так ли? Хо-хо-хо.

— Я тоже так почувствовала. Думаю, многие почувствовали то же самое.

Они обменялись парой фраз, а графиня лишь изредка кивала с лёгкой улыбкой.

За этим столом молчали только Эстелла и сидевшая рядом с ней «баронесса Мейнард».

Тогда дамы обратились к баронессе Мейнард.

— А что думает баронесса Мейнард?

Молодая дама, легонько обмахиваясь веером, улыбнулась.

— И вправду. Интересно. Ведь ваш второй сын всегда опережает своё время.

Дама средних лет отвернулась, сдерживая смех. А лицо баронессы мгновенно окаменело.

Наблюдая за этой сценой, Эстелла молча отпила чай.

«Иан был прав».

「В настоящее время положение баронессы Мейнард очень шаткое.」

Причина в том, что её семья сейчас в упадке.

Изначально они не были выдающейся семьёй, но из-за слабохарактерного барона и своенравных детей они всё дальше отдаляются от чести и власти.

Правда, барон Мейнард занимает пост главного казначея в министерстве финансов... но и это было получено благодаря чужой славе. Баронесса с трудом добилась этого места благодаря давней дружбе с королевой светского общества, графиней Роланд.

「Поэтому, хоть она и самая старшая в этой компании, её больше всех презирают.」

Словно в подтверждение этих слов, молодая дама добавила.

— Хо-хо, это шутка, шутка. На самом деле, опережать время — это выдающийся талант. Не так ли? Конечно, увлекаясь новым, можно порой забыть об аристократическом достоинстве.

Лицо баронессы Мейнард побагровело.

Но на этом всё и закончилось.

Баронесса Мейнард не осудила и не остановила тех, кто оскорблял её сына. Она лишь опустила голову и плотно сжала губы.

Может быть, такая реакция показалась им неинтересной? На этот раз стрелы молодой дамы полетели в Эстеллу.

— Кстати, мы что-то разговорились между собой. Вы баронесса Вансен?

Эстелла спокойно ответила.

— Да.

— А вы что думаете?

Неоднозначный вопрос без чёткого содержания. Но скрытый в этой неоднозначности умысел был очевиден.

Это ловушка.

Они подстроили ловушку, в которой, какую бы сторону она ни приняла, в итоге оказалась бы в изоляции.

«Если я вступлюсь за баронессу Мейнард, меня сочтут неспособной читать атмосферу».

Но если она согласится с мнением тех двух женщин и станет критиковать второго сына баронессы Мейнард, которого даже в глаза не видела?

«Меня заклеймят легкомысленной женщиной и сделают посмешищем».

Но что с того?

Ловушка это или нет, Эстелле было всё равно.

Почему? Потому что изначально у неё была лишь одна цель.

— Взаимосвязь между стремлением к новому и аристократизмом.

Эстелла с непроницаемым выражением лица поставила чашку и, ни на кого не глядя, спокойно сказала.

— Что ж. Мне кажется, что именно безбоязненное совершение чего-то непривычного и есть проявление аристократизма.

Когда Эстелла всё-таки высказала мнение в защиту Генри Мейнарда, молодая дама, сверкнув глазами, вцепилась в неё, как гиена.

— О, вы и вправду так думаете? Что погоня только за новым — это и есть «аристократическое достоинство»?

Это было сильное преувеличение.

Но это не имело значения. Эстелла была не из тех, кто попадётся на такие словесные игры.

— Нет. Я говорю не о погоне «только» за новым, а о стремлении «в том числе» и к новому.

— Это одно и то же. В любом случае, это значит, ослепнув от новизны, пренебрегать ценностью классики, не так ли?

Эстелла посмотрела на молодую даму и тихо спросила.

— Вы случайно не из-за границы?

Это был совершенно невинный вопрос, без всякого злого умысла.

Возможно, поэтому молодая дама не поняла намерений Эстеллы и лишь моргнула.

Эстелла неторопливым голосом сказала ей.

— Мне кажется, вы постоянно искажаете мои слова. Вот я и подумала, может, вы плохо знаете язык империи.

http://tl.rulate.ru/book/156965/10452618