Готовый перевод Attaining the Dao in the Mortal World, I am a Living True Immortal / Я думал, я просто путешествую, а оказалось — я уже бессмертен: Глава 157. Гигантский змей и юноша

Глава 157. Гигантский змей и юноша

Свирепая голова змея замерла на полпути. Услышав слова мальчика, он с живым интересом взглянул на него.

— О? И какую же цену ты можешь заплатить?

Мальчик окинул змея взглядом и твёрдо ответил:

— Себя.

— Хе-хе-хе… — раздался хриплый смех змея.

— Если бы я захотел съесть тебя, я бы сделал это прямо сейчас. И ты предлагаешь себя в качестве платы?

— Я знаю. Поэтому я добровольно отдам себя тебе на съедение, лишь бы ты спас деревню.

— Ты это серьёзно?

Смех змея утих, и он посмотрел на мальчика уже совсем другим, серьёзным взглядом.

— Абсолютно серьёзно, — в глазах мальчика по-прежнему сияла чистота. В них была мольба, но ни капли страха.

— Ты должен понимать лучше меня, что в этой твоей так называемой деревне полно жадных людей с отвратительными рожами. Ты жертвуешь собой ради них, а они не то что не скажут тебе спасибо, так ещё и обвинят во всём. Скажут, это ты навлёк на них Нечисть, что ты хотел принести их в жертву тому Демону-Медведю.

— Их глупым головам и вдомек не придёт, что, съев тебя, он не остановится и примется за них?

— Более того, это и мне может навредить. Из-за тебя меня самого могут заклеймить Нечистью.

— Да, у тебя от рождения Изысканное Сердце Семи Отверстий, съесть тебя — большая удача для совершенствования. Тот Демон-Медведь тоже хочет тебя съесть. Но для меня съесть тебя — значит больше потерять, чем приобрести. Неужели ты не понимаешь такой простой истины?

— Ты что, хочешь и меня за собой в могилу утащить?

Взгляд змея, устремлённый на мальчика, стал жестоким.

Лицо мальчика залилось краской стыда. Хоть у него и было Изысканное Сердце Семи Отверстий, хоть он и был умён от природы и всё схватывал на лету, он всё же был всего лишь крестьянским сыном, и его кругозор был ограничен.

— Прости, но… в деревне не все злые. Тётушка Лю, Эр Гоуцзы, дядюшка Ван — они все хорошие люди. Я, может, и не понимаю, как устроен этот мир, но если я не спасу их, если просто отвернусь, моя душа не будет знать покоя.

— Все говорят, что у меня Изысканное Сердце, но мне кажется, что это не к добру!

С этими словами мальчик пал ниц.

В лесу воцарилась тишина.

Змей, глядя на упрямство мальчика, на мгновение умолк. Ни во внешнем мире, ни в этом он ещё не сталкивался с подобным.

Он повидал немало разных Демонов и людей, но тот, кто сам просил его съесть, встретился ему впервые.

Он невольно задумался. Как ни крути, съесть этого мальчика было невыгодно, но он колебался. Он действительно колебался.

Интересно, как бы поступил отец на его месте? Что есть добро и что есть зло — эти мысли вихрем пронеслись в его голове.

Будь на его месте сестра, она бы и бровью не повела.

Иногда он даже завидовал её хладнокровию, или, вернее, безразличию. Но он не был сестрой. В нём, возможно, всё же была капелька, самая малость… добра?

Но можно ли считать поедание человека добром? Вряд ли.

Мальчик поднял голову и, взглянув на змея, словно разгадал его внутреннюю борьбу. Он даже слегка улыбнулся.

— Я делаю это по своей воле, по велению сердца. А в велениях сердца нет ни добра, ни зла. Съев меня, ты должен будешь мне помочь, и это навлечёт на тебя беду. Добро и зло неопределённы, всё решают выгода и расчёт.

— Твой расчёт уже дал ответ: съесть меня — себе в убыток.

— Значит, помочь мне — это добро…

— Так в чём же твои сомнения?

— Странный ты человек. Я согласен, — холодно фыркнул змей.

— Тогда благодарю тебя и желаю тебе обрести Дао.

— Счастливого пути. В следующей жизни родись в хорошей семье, — змей разинул свою кровавую пасть и одним глотком проглотил мальчика.

*Глоть* — и всё было кончено. Он проглотил его целиком, и мальчик умер, не испытав ни малейшей боли.

Змей вытянулся, и по его телу пробежала волна странной энергии. Кости затрещали, позвонок за позвонком, и он начал сбрасывать старую кожу.

В небесах над ним сгустились тучи, предвещая Небесную Скорбь.

«Я съел одного, чтобы спасти целую деревню. Он сам этого хотел, и моя совесть чиста. За что же ты собираешься меня карать?!»

Под сброшенной змеиной кожей оказался юноша, который с вызовом взглянул на небеса.

Старая кожа обратилась в одеяние, укрывшее его плечи. Лицо юноши было отчасти похоже на лицо того мальчика, но в нём угадывались и его собственные черты.

От этого безмолвного вопроса грозовые тучи в небе на миг замерли. Гром Небесной Скорби ослаб, но молния всё же ударила, хоть и была слабее, чем прежде.

Юноша думал, что будет бояться этой кары.

Но теперь страх отступил. Он взглянул в сторону деревни, а затем вдаль.

Его Небесная Скорбь привлекла ненужное внимание, но это было неважно. Теперь он, кажется, мог с этим справиться. Но прежде нужно было выполнить обещание, данное тому мальчику.

Он сделал несколько шагов и в мгновение ока оказался в центре деревни.

Там, посреди площади, сидело огромное чудовище. Двери и окна всех домов были наглухо заперты — люди в тщетной надежде пытались укрыться за хрупкими стенами. Но это было лишь самообманом.

Чудовище, когда ему хотелось есть, просто выхватывало людей из домов, и тонкие двери не были ему помехой.

У его ног валялись обглоданные кости. Он заживо глотал людей, его тучное тело и руки были перепачканы кровью, а на груди висело ожерелье из человеческих черепов.

Это был ужасный гигантский медведь.

Внезапное появление юноши изрядно напугало его.

— Ты…

Демон-Медведь уставился на юношу своими маленькими глазками-бусинками, принюхался, и на его морде отразился вполне человеческий ужас. Тучное тело с невероятной скоростью отпрянуло назад.

Земля содрогнулась, и на месте, где он сидел, осталась глубокая воронка.

Мало того, тучи Небесной Скорби последовали за юношей и теперь висели над деревней.

Юноша поднял голову и спросил:

— Не мог бы ты немного подождать?

Гроза всё ещё собиралась, но молнии медлили ударить.

Этот чистосердечный юноша, вкупе с Изысканным Сердцем Семи Отверстий, и впрямь был силой, с которой нельзя не считаться. Его слова, казалось, могли влиять на сами законы мироздания, превосходя по силе даже небесные сокровища.

Демон-Медведь, увидев это, перепугался до смерти. В его голове осталась лишь одна мысль — бежать.

Его грузное тело сделало несколько прыжков и исчезло, устремившись прочь. Он чувствовал исходящую от юноши жажду убийства.

Оглянувшись, он увидел, что юноша исчез.

Леденящая аура убийства заставила Демона-Медведя резко обернуться. Прямо перед ним, склонив голову набок, стоял юноша.

Он появился слишком внезапно, и огромное тело медведя по инерции неслось вперёд, не в силах остановиться.

— Ты тот змей?! Так это ты сожрал того мальчишку, что сбежал…

— А если и так? Ты уже придумал, как хочешь умереть?

Юноша поднял руку, и в его ладони сгустилась Демоническая Энергия. Он ударил Демона-Медведя в живот. По жирному брюху пошла рябь, и в месте удара образовалась огромная вмятина.

Раздался оглушительный грохот — *Бум!*

Демон-Медведь отлетел на сотню метров, изрыгая кровь — то ли свою, то ли тех, кого он съел.

Он приземлился на все четыре лапы и, резко затормозив, пропахал в земле четыре глубокие борозды.

В тот же миг юноша снова атаковал.

Его нога со всей силы неслась к голове медведя.

http://tl.rulate.ru/book/156771/9148564