Готовый перевод The Multiverse Network Mage, The Magic Emperor / Маг Всеобщей Сети, Император Магии: Глава 90. Истинные имена сверхъестественных вещей

Второй этаж маяка.

Лин Бо решил завести особую тетрадь, посвященную алхимии истинных имен. И начать он решил сегодня же.

В купленных им учебниках по базовым дисциплинам было множество проверенных рецептов для начинающих. Путь любого ученика-алхимика всегда начинается с воспроизведения старых формул.

Лин Бо планировал, воспроизводя рецепты, записывать руну истинного имени каждого ингредиента, отмечать, как руны разрушаются, изменяются и пересобираются на каждом этапе эксперимента, и в конце фиксировать истинное имя готового эликсира. Он пытался создать базу данных рун, чтобы найти закономерности в их трансформации. Это было знание, доступное лишь истинному магу, — наука, которую можно было бы назвать фусинологией.

Истинные имена и магический язык, обладающие силой, требовали для записи особых материалов. На обычной бумаге руна истинного имени самопроизвольно искажалась и рассеивалась, а иногда бумага могла даже самовозгореться или промокнуть.

Лин Бо зашел на торговую платформу, чтобы выбрать бумагу. Цены варьировались от одной монеты бедствия за десять листов до нескольких тысяч, а то и десятков тысяч за один. Бумага из растительных материалов делалась из различных магических деревьев, чьи листья и кора от природы были превосходными носителями для рун. Пергамент из кожи животных был самым распространенным вариантом: даже обычная овечья кожа могла хранить руны несколько месяцев, а лучшая драконья кожа – вечно. Однако торговая платформа предупреждала, что изготовление некоторых видов пергамента зачастую связано с темными и запретными знаниями, и советовала покупать с осторожностью. Кроме того, существовали и твердые носители, такие как каменные плиты, раковины и костяные пластины. Они также неплохо держали руны, но из-за неудобства письма и переноски популярностью не пользовались.

Лин Бо купил недорогую, но и не самую плохую бумагу. Пока что он имел дело только с рунами древнего языка дорэ, поэтому бумаги из кроваво-фигового сока по пять монет бедствия за лист и специальных чернил по две монеты за флакон должно было хватить для сохранения записей как минимум на десять лет.

Он не был настолько расточителен, чтобы тратить целый лист на одну руну. Разрезав лист на множество кусочков, он наклеивал их на обычную бумагу. На магической бумаге он писал только руну, а все пояснения и комментарии – на обычной. Если бы на магической бумаге можно было писать с двух сторон, он бы точно заполнил и оборот.

Бумага из кроваво-фигового сока была довольно плотной, на ощупь напоминала крафт-бумагу, с едва заметными кровавыми прожилками. Писать на ней было одно удовольствие – действительно, цена соответствовала качеству.

Первым рецептом, который Лин Бо записал, стал рецепт овощного супа, который он узнал сегодня утром. Он приготовил две перьевые ручки: одну заправил специальными магическими чернилами, другую – обычными. Но в руки их не брал, а управлял ими с помощью истинного слова контроля. Эта идея пришла ему сегодня вечером, когда он писал письмо Вилену Перлу. Тогда Лин Бо управлял напрямую чернилами, и письмо получилось коротким не потому, что он не хотел писать больше, а потому, что красиво выводить буквы оказалось на удивление сложно.

Истинное слово контроля – поток первого уровня позволяло управлять движением вещей, но его сила была направлена на скорость и резкость, ей не хватало плавности. Поэтому, чтобы писать каллиграфически, требовался особенно тонкий контроль.

Лин Бо вел свои заметки на родном китайском языке и был знаком с основами каллиграфии, что как раз подходило для тренировки истинного слова контроля – поток.

Надев Лик Мага, он успокоил дыхание, сел за стол и, как обычно, сперва заставил железную пилюлю парить в воздухе, практикуя Сплавление разума и действия, а затем взглядом опустил ручку на бумагу.

Управлять ручкой с помощью истинного слова контроля было сложнее, чем напрямую чернилами. Он не мог с первого раза определить силу нажима, а движениям пера не хватало уверенности. Буквы получались похожими на клубок червей. Но именно потому, что это было сложно, в этом и был смысл тренировки. Он продолжал писать, раз за разом обдумывая, как улучшить технику, пока сила заклинания не иссякла, и парящая в воздухе железная пилюля не упала на стол.

Донг!

【Применение навыка успешно. Базовая опытность [Истинное слово контроля – поток] +1】

【...】

【Опыт вдохновения +2 (Я узрел более высокий пейзаж)】

【Итоговый результат: опыт [Истинное слово контроля – поток] +4.8】

Лин Бо взглянул на уведомление Комплексной игровой сети и удивленно поднял бровь. Пояснение к опыту вдохновения было весьма интригующим.

«Более высокий пейзаж?» — он мысленно вернулся к только что законченной практике. Письмо состоит из начала движения, ведения линии, поворота и завершения, но сила и направление нажима постоянно меняются. — «Истинное слово контроля – поток первого уровня подобно бурной реке, его суть – в стремительности и напоре. Похоже, на втором уровне оно будет связано с изменением направления силы, подобно тому, как в каллиграфии за кажущейся прямотой линий скрываются подводные течения».

Это было неожиданное открытие.

Лин Бо выпил флакон зелья из китового жира и решил впредь чаще использовать каллиграфию для тренировки истинного слова контроля – поток.

Главной же целью на сегодня было воспроизведение алхимического рецепта.

Активные металлические нити Безумного Карлика выходили за рамки начальной алхимии. Даже имея подробные инструкции от Счастливчика-Мусорщика, Лин Бо решил не рисковать и не начинать со сложного. Он выбрал издание Роскошного Сада Оки, сборник для заклинателей «Домашняя алхимия для чайников», и нашел там рецепт для начинающих — «громовая смола».

Готовая громовая смола была сверхъестественным магическим веществом, однако ее ингредиенты не содержали магии. Через многократное беление и желтение обычная сосновая смола приобретала удивительные свойства: нанесенная на поверхность предмета, она окружала его слабым электрическим током.

Лин Бо выбрал этот рецепт именно потому, что все его компоненты были обычными вещами, а значит, он мог узнать их истинные имена.

Для изготовления громовой смолы требовался базовый реактор, и Лин Бо использовал для этого скороварку. Раз уж книга называлась «Домашняя алхимия», то и скороварка вполне могла сойти за алхимический инструмент. Все логично.

Собирать ингредиенты самому было бы хлопотно, поэтому он обратился к Тошиулусу за услугой «Алхимические материалы без забот» от Роскошного Сада Оки. Вспомогательное сознание Тошиулуса быстро подготовило для него десять стандартных наборов для громовой смолы за три монеты бедствия. Стоимость самих ингредиентов составляла одну монету, остальное – плата за услугу.

Прежде чем приступить к алхимическому эксперименту, нужно было узнать истинные имена ингредиентов. Три основных компонента – сосновая смола, селитра и горькая соль. Вспомогательные – семь видов обычных трав. Он пробовал различные комбинации, смешивая их во рту, чтобы по столкновению ароматов услышать подавленный язык. Он повторял это до тех пор, пока не узнал истинные имена всех составляющих и не занес их в свою тетрадь по фусинологии. Только после этого можно было начинать.

На индукционной плите зашипела скороварка. Лин Бо вдыхал исходящий от нее пар эликсира, но не спешил начинать медитацию. Алхимический эксперимент требует оператора. Он решил сначала сделать все сам несколько раз, а когда Железный Страж-1 научится, передать дело ему. Робот записал все действия Лин Бо, а затем самостоятельно приготовил громовую смолу, и с первой же попытки у него все получилось.

Первая половина ночи прошла незаметно, и ингредиентов осталось немного. Убедившись, что Железный Страж-1 полностью освоил рецепт, Лин Бо передал ему управление, а сам сел в позу для медитации рядом с плитой, вдыхая пар эликсира и наблюдая за трансформацией рун истинных имен. Железный Страж-1 тщательно выполнял каждый шаг: загрузка, нагрев, перемешивание, выдерживание температуры – все операции были выполнены с безупречной точностью.

В котле ингредиенты проходили через циклы возврата, а руны истинных имен непрерывно деформировались и пересобирались. Погруженный в глубокую медитацию, Лин Бо наблюдал, как руны древнего языка дорэ превращаются в руны универсального языка звездных духов. Короткие, обрывочные штрихи постепенно удлинялись, словно прорастающие семена, переплетаясь и соединяясь друг с другом. Маг запоминал форму этих штрихов и то, как они перестраивались.

Ночной ветер мягко врывался в окно. В случае чего робот немедленно выбросил бы скороварку из маяка. К счастью, эксперимент прошел гладко. После многократных циклов возврата все ингредиенты в алхимической печи гармонично смешались, пар эликсира сгустился в единое целое, завершив финальную стадию краснения.

Лин Бо вышел из медитации, вырвал из блокнота чистый лист и обычной ручкой набросал черновик. Двумя быстрыми движениями он начертил сложный символ, состоящий из одной непрерывной линии. Через несколько секунд обычная бумага, на которой была начертана руна, начала потрескивать статическим электричеством. Затем вокруг символа вспыхнули дуги, прожигая в листе несколько дырочек размером с рисовое зерно и нарушая целостность руны.

Лин Бо запомнил истинное имя громовой смолы – ее начертание, семантику и звучание, — все три аспекта единого целого.

Он произнес:

— (Истинное имя) Громовая смола.

Из воздуха соткалась иллюзия комка золотистой смолы, сияющего и пахнущего карамелью и озоном.

За окном темно-фиолетовая ночь на горизонте уже начала светлеть. Звезды погасли. Близился рассвет.

Это было первое истинное имя сверхъестественной вещи, которое он постиг.

http://tl.rulate.ru/book/156734/9144276