Готовый перевод The Ultimate Dream Master / Наруто: Великий Исполнитель Мечтаний - Архив: Глава 233. Ничтожные песчинки, вам не сравниться со мной!

Едва умолкли крики ниндзя из Деревни Скрытого Камня, как атмосфера накалилась до предела.

Ох.

Внезапный звук нарушил напряженное затишье.

Тяжелая дверь Резиденции Хокаге медленно отворилась, и из проема неторопливо вышла человеческая фигура. Длинные черные волосы вошедшего развевались на ветру, их не могла сдержать даже шляпа Хокаге. Под Божественным Плащом смутно виднелись темно-красные доспехи.

Пара глубоких черных глаз холодно и пронзительно взирала на мир, а от всей фигуры исходила аура могущества, способная покорить небеса, — властная и величественная, словно явление императора.

Пришедшим был не кто иной, как Мадара Учиха.

Мадара шаг за шагом спускался по ступеням, свысока оглядывая толпу на площади. На его лице застыло врожденное высокомерие. Он просто встал, небрежно и спокойно, но от него исходило незримое давление, которое мигом подавило весь шум на площади.

Мадара остановился на ступенях и, окинув холодеющим взглядом ниндзя из Камня, с легкой усмешкой надменно произнес:

— О? Так это вы посланники Деревни Скрытого Камня?

Все его существо источало непринужденное презрение, словно эти грозные на вид ниндзя были для него не более чем стайкой самонадеянной мелюзги. После его слов лица шиноби из Камня изменились, но никто не осмелился ответить.

В рядах Конохи Данзо Шимура, стоявший рядом с Изуной Учихой, сощурился, неотрывно изучая легендарного воителя.

«Мадара Учиха...»

Это имя было для него одновременно знакомым и чужим. В реальности Мадара Учиха покинул Деревню Скрытого Листа, когда Данзо был еще ребенком. Ни в клановых документах Учих, ни в официальных летописях Конохи почти не было записей об этом легендарном человеке, который вместе с Первым Хокаге Хаширамой Сенджу основал деревню.

Если не считать таинственного Маскированного ниндзя, называвшего себя Мадарой, Данзо почти ничего не знал о настоящем Мадаре Учихе. Однако сегодня, увидев воочию ту неприкрытую властность, что он излучал, Данзо ощутил, как его сердце пропустило удар.

Мощное давление ударило в лицо, заставив его затаить дыхание. Просто стоя там молча, Мадара Учиха уже источал ауру, способную поколебать дух.

На зрительских местах Джирайя, увидев появление Мадары Учихи, сразу стал серьезным. Он резко выпрямился и уставился на экран, позабыв об Орочимару рядом. Все его внимание было приковано к Мадаре Учихе.

— Явился...

Последние несколько дней они с Какаши ломали головы в поисках разведданных о Мадаре, но так ничего и не нашли. Кто бы мог подумать, что сегодня, во сне Данзо, им доведется увидеть истинное лицо этого легендарного ниндзя. Если удастся подметить хоть какую-то зацепку, будет просто превосходно! При этой мысли Джирайя затаил дыхание, не моргая глядя на экран и боясь упустить малейшую деталь.

Пока Джирайя был поглощен происходящим, Орочимару сощурился и с едва заметной усмешкой бросил на него взгляд.

На площади ниндзя из Деревни Скрытого Камня были подавлены мощной аурой Мадары Учихи и не смели проронить ни слова. Но Ооноки был молод и горяч – теленок, не боящийся тигра. Низкорослый, но крепкий юноша шагнул вперед, гордо посмотрел на Мадару и громко заявил:

— Мы здесь, чтобы подписать мирный договор! Коноха заставила нас ждать целую вечность, и никто нас не встретил – вам не кажется, что это неуместно?!

Ооноки старался, чтобы его голос звучал уверенно и праведно, но легкая дрожь выдавала его внутреннее напряжение. Сказав это, он впился взглядом в Мадару, в его глазах читалась толика отчаяния.

Услышав упоминание «мирного договора», Данзо удивленно вскинул бровь. Он, конечно, знал историю о том, как Хаширама Сенджу собирал хвостатых зверей и заключал мирные договоры с пятью великими деревнями ниндзя. Хаширама даже был готов пасть на колени, умоляя их подписать соглашение.

Данзо сощурился. Он не мог представить, чтобы Мадара Учиха поступил так же.

И действительно, в следующую секунду Мадара презрительно усмехнулся.

— Не заблуждайся, сопляк из Камня.

Каждое его движение, каждое слово дышало высокомерием.

— В моем словаре, словаре Мадары Учихи, нет такого понятия, как «мирный договор»!

Мадара медленно обвел взглядом ниндзя из Камня и безучастно продолжил:

— Перед вами лишь один путь – покориться абсолютной силе Конохи!

При этих словах стоявшие на страже члены полицейских сил Учиха, до того бывшие в полной боевой готовности, воспряли духом, выпрямили спины и гордо вскинули головы. Вот он, их непобедимый Хокаге-сама! Всего несколько слов Мадары Учихи в полной мере явили несгибаемую позицию Конохи, и у каждого из них закипела кровь.

Напротив, многие из шиноби Камня побледнели, а в их глазах отразилась сложная смесь сомнения и гнева.

Данзо Шимура, слушая властное заявление Мадары Учихи, ощутил, как в его душе поднимаются волны изумления. Он невольно поразился про себя: «Так вот каков Мадара Учиха в роли Хокаге?!»

Столь деспотичный и жесткий Хокаге не вызывал в Данзо ни малейшего отторжения. Его взгляд метался между Мадарой и ниндзя из Камня, а мысли невольно унеслись в прошлое. После короткого замешательства в его сознании возник образ Хирузена Сарутоби – его былого лучшего друга, а также вечного политического соперника и источника сожалений.

В реальности Хирузен Сарутоби, сталкиваясь с провокациями других скрытых деревень, всегда проявлял робость и постоянно уступал. Как бы Данзо ни спорил, он не мог противостоять власти Хокаге, и ему оставалось лишь беспомощно наблюдать, как достоинство Конохи раз за разом попирается врагами. Всякий раз, вспоминая об этом, Данзо чувствовал, как в груди закипает подавленная ярость.

При этой мысли он не удержался и бросил полный ненависти взгляд на молодого Хирузена Сарутоби неподалеку. Тот как раз был ошеломлен властной аурой Мадары. Внезапно ощутив на себе злобный взгляд Данзо, он вздрогнул и втянул голову в плечи, не понимая, в чем дело.

Данзо презрительно хмыкнул и снова перевел взгляд на центр площади.

Ниндзя из Деревни Скрытого Камня, услышав полные давления слова Мадары, опомнились лишь через несколько секунд. Они растерянно переглядывались, глядя на невозмутимого Мадару, и вскоре в их рядах послышался встревоженный ропот.

— Это неправильно! Мы договаривались не об этом!

— Как так?! Ведь Хаширама-сама обещал...

Несколько ниндзя невольно выкрикнули, не в силах поверить в услышанное. Их миссией было подписание мирного договора, и Хаширама Сенджу лично обещал Деревне Скрытого Камня некие дружественные условия. Но теперь Хокаге Конохи вел себя так, будто и не собирался вести переговоры, и даже требовал от них прямого подчинения!

Ниндзя из Камня не могли с этим смириться. С выражением изумления и гнева они начали тихо жаловаться.

Ооноки позеленел от ярости. Подавив потрясение, он снова шагнул вперед и спросил:

— Как это возможно! Хаширама-сама ясно сказал...

Ооноки покраснел и от волнения даже не смог закончить фразу. Но не успел он договорить, как его прервал холодный окрик Мадары.

— Ооноки! — бесстрастно произнес Мадара Учиха, обрывая его на полуслове. — Я здесь Хокаге! В Конохе решаю я!

Его пронзительный взгляд, острый, как лезвие, устремился на Ооноки, и исходящее от него давление заставило того замолчать. На мгновение Ооноки даже стало трудно дышать от шока.

В этот момент из-за спин толпы донесся низкий, хриплый голос:

— Мадара Учиха, твои требования чрезмерны.

Не успели эти слова прозвучать, как рядом с Ооноки появилась высокая худая фигура. Пришедший был с ног до головы обмотан бинтами – это был Второй Цучикаге, Муу.

Муу больше не мог сдерживаться и, выйдя вперед, остановил его:

— Мадара Учиха, твои требования поистине чрезмерны!

— Деревня Скрытого Камня, пусть и уступает Конохе в силе, никогда не преклонит колени!

— Если Коноха посмеет применить силу, мы... мы будем сражаться до конца!

Голос Муу звучал твердо и решительно. Его глаза под тенью плаща пристально смотрели на Мадару, а вокруг его тела ощущалось готовое вырваться наружу колебание чакры. Он явно был готов к смертельной битве.

— Сопротивляться? — услышав это, Мадара вскинул бровь, словно услышал величайшую шутку в мире, и на его лице появилась надменная улыбка. — Да кто вы такие, чтобы сметь плясать предо мной?!

Голос Мадары был полон вселенского презрения. Едва он закончил, как его Трехтомойный Шаринган внезапно изменился, превратившись в ужасающий узор Мангекё! Кровавый узор бешено завращался, и в тот же миг Мадара Учиха резко хлопнул в ладоши.

— Сусаноо!

В одно мгновение ужасающая синяя чакра вырвалась из Мадары! Ослепительный синий свет взметнулся к небу, и колоссальная энергия быстро приняла форму вокруг него, за секунды превратившись в огромный призрачный образ бога войны высотой в десятки метров.

Гигант напоминал воина в доспехах, окутанного бушующим пламенем синей чакры. За спиной у него были крылья, словно у демона, а четыре мускулистые руки источали ауру разрушения. Это было высшее додзюцу клана Учиха — «Сусаноо»!

— БУМ!

Огромная фигура Сусаноо взмыла ввысь с оглушительным ревом, и гигантская энергетическая рука, сияющая синим светом, нанесла сокрушительный удар. Ооноки и Второй Цучикаге Муу не успели среагировать. Неодолимая сила обрушилась на них, и они, словно бумажные змеи с оборванными нитями, отлетели в сторону! Не успев даже вскрикнуть, они пролетели более десяти метров и тяжело рухнули на краю площади.

Вслед за ними та же участь постигла и всех ниндзя из Камня, стоявших поблизости. Ужасающая ударная волна смела их! Крики боли и ужаса смешались с глухими ударами. Фигуры, словно опавшие листья, разлетелись во все стороны, врезаясь в землю и стены.

В мгновение ока более десяти ниндзя из Камня были разбросаны по площади. Кто-то лежал без движения, кто-то пытался подняться, но, издав кашель с кровью, в ужасе понимал, что тяжело ранен.

Огромный синий Сусаноо стоял в центре площади, подобно непобедимому богу войны, взирая на смертных. Его ужасающее давление накрыло все вокруг. Площадь, еще мгновение назад полная шума, погрузилась в мертвую тишину.

Когда пыль медленно осела, взору предстала картина полного разгрома: ниндзя из Камня валялись на земле с пепельными лицами, от их прежней дерзости не осталось и следа. Некоторые, широко раскрыв глаза, в ужасе смотрели на недосягаемого гиганта Сусаноо. Другие, превозмогая боль, пытались встать, но снова падали на колени, полностью лишившись боевого духа.

Ооноки, безвольно лежа на земле, в шоке пробормотал:

— Разве подвластна человеку такая сила!

В отличие от них, стоявшие за спиной Мадары Учихи члены полицейских сил, увидев это, загорелись фанатичным восторгом. Их взгляды, полные восхищения и благоговения, были устремлены на Мадару. Мадара Учиха, скрестив руки на груди, свысока смотрел на поверженных ниндзя из Камня. На его лице снова появилось то же безразличное и величественное выражение.

— Теперь очнулись? — медленно произнес он, в его голосе не было и тени сочувствия.

— Перед лицом абсолютной силы ваше так называемое упорство и сопротивление – не более чем писк муравья.

— Вы... еще слишком зеленые. У вас нет права торговаться со мной.

Каждое холодное слово эхом отдавалось в ушах ниндзя из Камня, заставляя их краснеть. Кто-то опустил голову и дрожал в молчании, кто-то открыл рот, но не смог издать ни звука. Никто больше не осмеливался возразить Мадаре. Этот человек, подобный божеству, одолел их всех в одиночку. Такая ужасающая, абсолютная сила была им не по зубам.

На краю площади Данзо, глядя на эту сокрушительную победу, почувствовал, как по коже у него побежали мурашки, а по спине пронесся холодок. Он застыл на месте. Его рот слегка приоткрылся, но он не мог ни закрыть его, ни издать ни звука. Огромный синий Сусаноо отражался в его зрачках, словно непреодолимая гора, вызывая в глубине души трепет и благоговение. В этот момент Данзо даже забыл, как дышать. Сердце в груди бешено колотилось, а тело мелко дрожало.

Изуна Учиха заметил странное состояние Данзо и тихо усмехнулся:

— Ну как, Данзо? Испугался?

Изуна улыбался, явно довольный происходящим, словно все предвидел заранее.

Но Данзо, казалось, не слышал его. Он стоял неподвижно, ошеломленно глядя на непобедимого Мадару Учиху. «Ну как?» В одно мгновение грудь Данзо наполнило невиданное доселе фанатичное чувство, словно нечто, дремавшее годами, яростно вырвалось на свободу! Он почувствовал, как кровь прилила к голове, и каждая клетка его тела трепетала от возбуждения. «Превосходно! Просто потрясающе! Вот оно! Вот какой должна быть Коноха! Вот какое величие должен являть Хокаге! Переговоры? Компромиссы? Мирный договор? Все это не нужно! Заставить врагов трепетать перед несокрушимой силой, лишить их воли к сопротивлению навсегда – вот он, настоящий Хокаге в глазах Данзо Шимуры! Вот единственная истина, которая позволит Конохе стоять вечно!»

【Динь! Зафиксировано эмоциональное колебание от Данзо Шимуры! Эмоциональная ценность +1000!】

Данзо сжал кулаки, его глаза горели, устремленные на Мадару, подобного сошедшему на землю богу войны. Мадара спокойно парил в грудной клетке высокого и величественного синего Сусаноо, скрестив руки на груди, взирая на все свысока, презирая все! «Так вот какое величественное зрелище представляет собой Мадара Учиха в роли Хокаге?» Данзо смотрел, затаив дыхание, его сердце пылало и не могло успокоиться.

Четверо зрителей, увидев эту сцену, от потрясения лишились дара речи.

Джирайя, который долго не мог закрыть рот, первым нарушил молчание:

— Старик, Мадара Учиха всегда был таким деспотом?

Говоря это, Джирайя стал необычайно серьезен.

— Сказать по правде, когда я впервые увидел его во сне, я был немного взволнован. В конце концов, мы с Какаши как раз не могли найти о нем точных сведений... Но видя его стиль...

Джирайя покачал головой, его лицо становилось все мрачнее. Он задумчиво посмотрел на экран.

«Полагается на абсолютную силу, действует безрассудно... Иметь такого врага, скрывающегося в тени, — от одной мысли об этом голова болит». Джирайя со вздохом потер виски, на его лице отразилась тревога.

【Динь! Зафиксировано эмоциональное колебание от Джирайи! Эмоциональная ценность +300!】

Хирузен Сарутоби долго молчал. Он бессознательно потянулся к поясу за своей трубкой, чтобы успокоиться, но нащупал лишь пустоту. Замерев на мгновение, он вдруг вспомнил, что находится в пространстве сна и любимой трубки при себе, конечно же, нет. При этой мысли Хирузен горько усмехнулся и, медленно выдохнув, сказал:

— Это действительно происходило в реальности... Второй как-то упоминал об этом. И не только с Деревней Скрытого Камня, но и с деревнями Облака, Песка, Тумана... Мадара использовал похожие методы для «устрашения».

В словах Хирузена Сарутоби слышались сложные нотки воспоминаний и сожаления. Он пристально смотрел на суровое лицо Мадары на экране, словно сквозь этот сон видел реальные события многолетней давности.

Цунаде, уже имевшая опыт работы Хокаге, с недоумением спросила:

— Мадара Учиха, будучи Хокаге, так безрассудно провоцировал другие великие страны, не боясь развязать войну?

Она была полна сомнений и явно не могла понять действия Мадары. По мнению Цунаде, даже если Мадара Учиха и обладал выдающейся силой, он не должен был так открыто враждовать с остальными четырьмя Каге, ведь это только обостряло противоречия и создавало угрозу новой войны.

Орочимару тихо усмехнулся, в его золотых зрачках промелькнул загадочный блеск. Скрестив руки на груди, он лениво проговорил:

— Один лишь Хаширама Сенджу в свое время заставлял четыре великие деревни ниндзя действовать с опаской. А что, если бы между Двумя Героями Эпохи Войн так и не возникло разногласий?

http://tl.rulate.ru/book/156439/9105850