Готовый перевод Naruto: Inheriting My Infinite Deaths / Наруто: Я наследую силу своих смертей: Глава 3: «Разве это называется стричь купоны с себя?»

: ]

Глаза Цинъюаня загорелись, словно перед ним открылись новые горизонты.

Помощь джонина в решающий момент – это реальный шанс сохранить свою шкуру!

— Тогда не будем терять времени.

Вернувшись в дом, Цинъюань под недоуменным взглядом Цинъюаня-отступника достал чистый свиток и кисть.

— Что ты делаешь? Решил взяться за учебу, чтобы посмотреть, не получится ли версия «ботаника» в будущем? — спросил призрак.

— Нет, это слишком муторно. Я получил от тебя только одну технику. Другие при обучении один на один я быстро не освою, но если записать их, то можно учить постоянно, — с серьезным видом заявил Цинъюань.

Таким образом, если придет еще одно будущее «Я», он просто запишет все техники, которые тот знает.

Со временем соберется огромная библиотека ниндзюцу.

Иначе как максимизировать прибыль?

Обирать других – это грабеж.

А стричь самого себя – разве это считается грабежом?

Это как прийти на экзамен, где все списывают, только ты списываешь ответы из собственной головы.

— …

На обветренном лице Цинъюаня-отступника промелькнуло удивление.

Прошлое «Я», похоже, слегка ударилось в капитализм.

Подумав, отступник все же согласился продиктовать.

В конце концов, это его прошлое, почему бы и не помочь.

После того как Цинъюань-отступник надиктовал еще одну технику, он внезапно замер.

— Что такое? — Цинъюань подумал, что призраку нужно повспоминать.

— Кто-то идет.

Даже будучи духом, он сохранил чутье джонина.

Без этого в мире шиноби не дожить спокойно до средних лет.

Услышав это, Цинъюань отложил исписанный свиток и прибрался на столе.

— Цинъюань!

И правда, через мгновение снаружи раздался голос.

Цинъюань вышел открыть дверь и увидел красивую девушку.

Ее алые зрачки напоминали пару рубинов.

Это была Юхи Куренай.

— Куренай, — поприветствовал Цинъюань.

Юхи Куренай была его товарищем по команде, третьим был Ширануи Гэнма.

Они втроем составляли одно звено.

— Вот таблетки ниндзя, которые ты просил купить, — Куренай протянула ему небольшой мешочек.

— Спасибо за хлопоты, Куренай, — принял мешочек Цинъюань.

— Как у тебя с остальной подготовкой? — спросила она.

Через несколько дней им вместе с Командой Минато предстояло отправиться на секретную миссию.

Настолько секретную, что они до сих пор не знали ее сути, кроме того, что путь лежит к Мосту Каннаби.

Сбор информации или диверсия?

Только в день выхода командир отряда раскроет детали.

— Более-менее, — кивнул Цинъюань.

Ему особо нечего было брать.

Главное – прихватить урну с прахом отступника. В критический момент вся надежда на будущего себя.

— Как бы я хотела, чтобы война прекратилась, — Куренай, которой было чуть больше десяти, стояла в лаконичной форме ниндзя, но между бровей залегла тень печали.

Эта бесконечная война висела темной тучей над каждым.

Ниндзя и так профессия повышенного риска, а война делала ситуацию совсем уж безнадежной.

— Долго она не продлится, — сказал Цинъюань.

Суть любой войны – это коллективное насилие ради достижения политических, экономических или социальных целей.

Мировая война шиноби не исключение: просто зализали раны после Второй войны, и каждая страна снова почувствовала себя крутой.

Только на этот раз проиграют все.

Коноха потеряет огромное количество шиноби, дойдет до того, что на фронт отправят малолеток.

Скрытое Облако потеряет своего гордого Третьего Райкаге.

Треххвостый из Тумана погибнет вместе с Нохарой Рин.

Ивагакуре и Песок тоже останутся с дефицитом ниндзя, без достойной смены.

Если уж Пять Великих Стран так пострадают, то положение малых стран будет еще плачевнее – взять ту же Страну Дождя, которая превратилась в проходной двор.

— «Не продлится долго» – это сколько? — продолжала спрашивать Куренай.

— Еще пару лет. Когда людей не останется, война и остановится, верно?

Хоть это и звучало как мрачная шутка, факт оставался фактом.

— Выходит, все наши товарищи погибнут? — Куренай испугалась слов Цинъюаня.

— Думаю, нам стоит побеспокоиться о себе, — покачал головой Цинъюань.

— Но с нами же господин Минато, ничего не должно случиться. — Как и многие другие, Куренай слепо верила репутации Намикадзе Минато, считая успех гарантированным.

— На войне может умереть кто угодно, не расслабляйся, Куренай, — предостерег Цинъюань.

Разве не примером тому Саске, которому простой кунай выколол Риннеган с шестью томоэ? В мире шиноби никто не застрахован от смерти.

— Хорошо, — кивнула Куренай. — Тогда я пойду.

Сказав это, она ушла.

Цинъюань молча смотрел ей вслед.

Дух отступника все это время наблюдал за их разговором.

Находясь в урне, он лишен пяти чувств и не воспринимает внешний мир.

Но вылетев наружу, он становится подобен душе.

— Как у тебя с гендзюцу? — обернувшись, спросил Цинъюань.

Он заметил, что отступник давал только ниндзюцу.

— Паршиво, — ответил призрак.

— Логично.

Цинъюань подумал, что если только из будущего не явится какой-нибудь «Цинъюань Курама» или «Цинъюань Учиха», уровень гендзюцу вряд ли будет высоким.

Этот проклятый мир на каждом шагу доказывает теорию крови!

— Давай дальше.

После ухода Куренай Цинъюань снова взялся за бумагу и кисть, прося призрака обучать его техникам.

В конце концов, это единственный путь. Без силы не получить боевых заслуг, без заслуг не получить новых техник.

Коноха давно загнала обычных ниндзя в этот замкнутый круг.

…

Несколько дней подряд Цинъюань тренировался дома.

Опытным путем он выяснил, что изучение техник Ветра и Молнии действительно пошло намного быстрее, понимание приходило куда легче, чем раньше. Разница – как небо и земля.

Это и есть чувство наложения талантов?

Кайф!

Во дворе Цинъюань сложил печати Цучи и Тацу, в конце хлопнув в ладоши.

Он сконцентрировал чакру Ветра в ладонях и начал сжимать воздушный поток.

Вжух!

Полупрозрачный порыв ветра вырвался из ладони Цинъюаня и ударил в деревянный столб, оставив глубокую вмятину.

— Фух… — Цинъюань снова начал задыхаться.

Ничего не поделаешь, даже у Цинъюаня-отступника объем чакры, честно говоря, не дотягивал до одной «Какаши-единицы».

Если взять объем чакры элитного джонина Какаши за эталон, то отступник, лишь недавно получивший силу обычного джонина, определенно уступал.

А нынешний Цинъюань и вовсе был лишь генином.

Даже с учетом прибавки от слияния, чакры все равно было маловато.

— Битва ниндзя – это битва чакры, — потер подбородок Цинъюань.

Пока он не выполнит второе желание отступника, чакру придется расходовать экономно.

На следующий день.

Все еще погруженного в тренировки Цинъюаня вызвал Намикадзе Минато. Прибыв на место, он обнаружил, что Обито, Какаши, Нохара Рин и остальные уже в сборе.

http://tl.rulate.ru/book/156150/9412492