Готовый перевод Warhammer 40,000: My Girlfriend is the Emperor of Men / ВАРХАММЕР: Моя девушка — Император Человечества: Глава 206. Русс: «Одиннадцатый, ты ведь мой самый любимый брат!»

Глава 206. Русс: «Одиннадцатый, ты ведь мой самый любимый брат!»

890-й год 30-го тысячелетия. Недобитые ошмётки мерзкой расы Рангдан вновь сплотились вокруг своего родного мира и соседних звездных систем. Опираясь на теневую поддержку чужаков Слаугт, они поглотили множество других ксено-рас и, извратив награбленные имперские технологии, сколотили беспрецедентную по своей мощи армию вторжения.

Эта колоссальная армада Ксенос жаждала не просто кровавой мести — она намеревалась вернуть себе тотальный контроль над Галактикой.

В то же самое время до Империума докатились леденящие душу сигналы тревоги с Забытых Рубежей. Были обнаружены остовы экспедиционных флотов, пропавших без вести долгие годы назад. Изувеченные обломки ясно давали понять: Рангдан научились ассимилировать технологии человеческих пустотных левиафанов, достигнув в этом деле пугающих высот.

Но хуже всего было то, что на нескольких мирах, уже отравленных скверной Рангдан, начали фиксироваться вспышки неизвестной биологической коррозии, грозящей поглотить целые звездные сектора Империума.

Осознав масштабы возродившейся угрозы, сам Император отдал непререкаемый приказ: собрать величайшие Легионы под предводительством их Примархов в единый ударный кулак и обрушить всю ярость человечества на Центральное Ядро и родной мир чужаков.

В авангарде этой грандиозной кампании встали четыре Легиона и четверо Примархов:

Лев и его Первый Легион «Тёмные Ангелы» брали на себя орбитальные осады и непосредственное тактическое командование. Их задачей было разорвать в клочья пустотные бастионы и флагманские армады Рангдан.

Саладин, Примарх Второго Легиона «Янычары», облаченный в мантию Воителя, осуществлял глобальное стратегическое руководство. Он координировал действия смертных ауксилий и союзных флотилий, обеспечивая монолитную логистику и несокрушимую оборону на поверхности планет.

Леман Русс и Шестой Легион «Космические Волки» стали разящим клинком кампании. Делая ставку на молниеносные штурмы и свирепую резню в ближнем бою, они должны были выпотрошить основные наземные силы противника.

Гао Тай и его Одиннадцатый Легион «Драконья Стража» обеспечивали передовую технологическую поддержку как в космосе, так и на земле, параллельно выстраивая хитроумные стратегические схемы и обеспечивая войска интеллектуальным анализом данных.

Ни Император, ни Его сыновья-Примархи даже не догадывались, что в этот раз Рангдан приберегли в рукаве свой самый смертоносный и чудовищный козырь...

***

Флагман Второго Легиона, колоссальный линкор Муджихад (Священный Воитель).

В преддверии грядущей бойни Саладин созвал своих братьев на военный совет. Первым, как и ожидалось, на борт ступил Лев. Являясь живым воплощением рыцарской чести, он относился к пунктуальности с религиозным трепетом.

Когда Лев величественно сошел по аппарели десантно-штурмового корабля в сопровождении закованных в броню воинов из подразделения «Львиная Стража», Саладин уже терпеливо ожидал его в доке.

— Мой брат, мой старший брат, как же я рад нашей новой встрече, — с теплой улыбкой произнес Саладин, шагнув навстречу.

Каждая их встреча давалась Льву с легким внутренним диссонансом. Физически Лев выглядел как пышущий силой двадцатилетний юноша, в то время как его младший брат казался уставшим старцем, разменявшим седьмой десяток. Слышать обращение «старший брат» от человека с лицом убеленного сединами ветерана всегда было... странно.

К тому же... Лев отчаянно завидовал. В глубине души его грызла обида за то, что во время предыдущих Рангданских Ксеноцидов отец даровал титул Воителя именно его второму брату. Лев и сам был не прочь побороться за это звание, но, увы, к тому моменту он лишь недавно вернулся в лоно Империума.

— Здравствуй, брат мой... — Лев напряг челюсти, с заметным усилием выдавливая из себя следующее слово:

— Воитель.

Саладин лишь кротко кивнул, собираясь проводить брата в зал для приемов, когда к ним бесшумно подошел Шабаар, его верный адъютант.

— Отец, — почтительно склонил голову воин. — Ваши братья, Примархи Шестого и Одиннадцатого Легионов, запрашивают вектор подхода к стыковочным шлюзам...

— Старший брат, может, подождем их здесь? — обернувшись к Льву, предложил Саладин.

— Как пожелаешь, — безразлично пожал плечами Лев, небрежно пристегивая свой знаменитый Львиный Шлем к магнитному захвату на поясе. — Повинуюсь твоему приказу... Воитель.

Слыша этот нарочитый, скрежещущий сарказм, Саладин мог лишь тяжело вздохнуть.

— Брат, не нужно злиться, — примирительно произнес он. — Как только кампания против Рангдан будет завершена, я сам сложу с себя полномочия Воителя перед лицом отца.

С тех самых пор, как Саладин, «принявший командование над разбитым войском в час великой скорби», взвалил на свои плечи бремя Воителя, братья не упускали случая уколоть его. Особенно в этом преуспели Хорус и Лев!

— Да кто тебе сказал такую чушь?! — мгновенно вскинулся Лев, а его глаза гневно сверкнули. — Я никогда в жизни не рвался в Воители! Это всё грязные слухи!

«Ну вот, опять началось...» — мысленно простонал Саладин. Порой ему категорически не хотелось признавать кровного родства с этими несносными гордецами. Лев! Хорус! Да у них же на лбу неоновыми рунами выжжено: «Я хочу быть Воителем!».

Впрочем, размышлял Саладин, выслушивая дежурные оправдания Льва, с ним хотя бы можно было иметь дело. Куда хуже обстояли дела с Хорусом.

Стоило Хорусу пересечься с кем-то из братьев, как он тут же заводил свою бесконечную шарманку: истории про Перворождённого Сына! Байки про тридцать лет одиночества! Легенды про Кентавра! И, конечно же, гвоздь программы — Золотое Кольцо, лично подаренное отцом! Поговаривали, что даже рядовые легионеры из Легиона «Волки Сумрачной Луны» уже заучили эти россказни наизусть и могли декламировать их задом наперед.

Вскоре гул двигателей возвестил о прибытии двух десантно-штурмовых транспортов. Погрузочные рампы с лязгом опустились, выпуская наружу шестого брата, Лемана Русса, и одиннадцатого — Гао Тая.

— О-го-го! Давненько не виделись, а?! — громогласно рявкнул Русс, оскалив клыки в широкой усмешке.

— Рад приветствовать вас, трое моих старших братьев, — с изящным поклоном произнес Гао Тай.

Одиннадцатый Примарх прибыл не с пустыми руками. Подойдя к Саладину, он с уважением протянул ему изысканно украшенную коробку.

— Второй брат, это традиционные сладости с моего родного мира, — тепло улыбнулся Гао Тай. — Я слышал, ты питаешь слабость к десертам, поэтому привез их специально для тебя.

Саладин с благодарностью принял дар, глядя на младшего брата с искренней симпатией. Вот каким должен быть настоящий брат! Статный, проницательный, да еще и с превосходными манерами.

Среди всех двадцати полубогов лишь двое пользовались абсолютной, безоговорочной любовью каждого из братьев — Сангвиний и Гао Тай. Однако никто из остальных Примархов даже не подозревал, что за масками этих лучезарных миротворцев скрываются гениальные интриганы с двойным дном.

Тем временем, в нескольких шагах от них назревала буря.

Лев и Русс застыли друг напротив друга, скрестив взгляды, словно клинки. Знаменитая «битва кошки с собакой» была древней и весьма почитаемой традицией между Легионом «Тёмные Ангелы» и Легионом «Космические Волки». Всякий раз при встрече они просто обязаны были устроить показательную проверку на прочность.

«Большой Кот» Лев, сохраняя ледяную невозмутимость, с аристократическим презрением взирал на стоящего перед ним «Щенка» Русса. «Большой Пёс» Русс, в свою очередь, скалил зубы в хищной усмешке, всем своим видом провоцируя заносчивого «Кота».

Взгляд Русса медленно скользнул вниз по броне брата и намертво прикипел к покоящемуся на поясе шлему — знаменитому Львиному Шлему...

Заметив этот плотоядный интерес, Лев холодно процедил:

— Что-то не так с моим шлемом?

— М-м-м, как бы это поточнее выразиться... — лицо Русса исказила издевательская гримаса. — Если уж личности со столь... варварским чувством прекрасного лезут в кандидаты на пост Воителя, то, сдается мне, я бы тоже отлично справился с этой работенкой...

Маска ледяного равнодушия мигом слетела с лица Льва. На его высоком лбу вздулись пульсирующие вены гнева. Правая рука метнулась вперед со скоростью, неуловимой даже для глаз космодесантника.

Бум... Тяжелый, сокрушительный удар обрушился прямо в ухмыляющуюся челюсть Русса, сбив Короля Волков с ног и впечатав его спиной в палубу.

— Жалкая деревенщина! — прорычал Лев, нависая над братом. — Кого ты назвал варваром?! Это ты-то смеешь рассуждать о варварстве?!

Русс лежал на спине, раскинув руки, и даже не пытался пошевелиться. Осознав, что прилюдно потерял контроль над своими эмоциями, Лев резко развернулся. Не проронив больше ни слова, он в сопровождении своей Львиной Стражи зашагал вглубь коридоров линкора, подальше от этого унизительного зрелища.

Наблюдая за этой сценой, Саладин лишь скорбно покачал головой. Гао Тай тем временем уже спешил к поверженному брату, чтобы помочь ему подняться. Удар у старшего брата выдался на славу...

Но стоило Гао Таю подойти ближе, как Русс сам кряхтя сел на палубе. Из его разбитого носа хлестала кровь, но на губах по-прежнему играла дикая, довольная ухмылка. Приняв из рук Одиннадцатого белоснежный платок, Русс принялся вытирать кровь с лица.

— Ух ты, Одиннадцатый, а платочек-то знатный! — хохотнул Русс. — И пахнет жасмином!

— Шестой брат, ты же знаешь, какой у старшего тяжелый характер, — мягко укорил его Гао Тай. — Зачем ты каждый раз намеренно выводишь его из себя?

Русс бесцеремонно запихнул позаимствованный платок куда-то в недра своей Силовой Брони, затем поднялся на ноги и с силой хлопнул Гао Тая по наплечнику. Гао Тай предпочел тактично не заметить наглой кражи своей вещи.

— Ничего ты не понимаешь! — заржал Русс. — Хорошая драка — это залог крепкой братской любви! Если братья не могут всласть набить друг другу морды, о каком вообще доверии может идти речь?!

Услышав такую железную логику, Гао Тай смог лишь неловко рассмеяться в ответ.

— Ха-ха-ха, ну раз так, Шестой брат, то как-нибудь потом мы обязательно найдем время, чтобы скрестить клинки... — Гао Тай скромно улыбнулся. — Только учти, боец из меня посредственный, я недалеко ушел от Жиллимана или Лоргара, так что умоляю, будь ко мне снисходителен.

Русс радостно расхохотался во всю мощь своих легких и по-медвежьи сгреб Гао Тая за шею, притягивая к себе.

— А то как же! Ты ведь мой самый любимый брат!

http://tl.rulate.ru/book/155693/8941347