Готовый перевод Engagement Broken with an F-Rank? My Battle Maidens Are All SSS-Rank / Ранг F — приговор? Я пробуждаю богинь SSS-класса!: Глава 5. Этот долг я беру на себя!

— Что?! Рекорд побит?!

Визгливый крик администратора прозвучал как выстрел, разорвавший мертвую тишину тренировочного зала.

— Не может быть! Вы ошиблись!

— «Лезвийный Богомол»! Элита D-класса! Тринадцать секунд? Ты что, мать твою, смеешься надо мной?!

— Табло! Смотрите на рейтинговую таблицу!

Бум!

Взгляды сотен студентов, словно притянутые магнитом, устремились к гигантскому голографическому экрану под куполом зала.

На самой вершине строчка, которую целый год удерживала легенда прошлого выпуска, потускнела и сползла вниз.

Её место заняла новая надпись. Золотые буквы горели так ярко, что, казалось, выжигали сетчатку:

[Рекорд уничтожения Элиты D-класса: 13 секунд!]

[Пилот: Ли Цинхай!]

[Боевая Дева: Лин Моюй!]

— Твою ж...

— Это правда! Они реально это сделали!

Толпа взорвалась. Шок, отрицание, фанатичный восторг, непонимание — эмоции смешались в единый гул, готовый сорвать крышу ангара.

[Дзынь! Получено от Лю Пяопяо: Потрясение и Ревность. +800 очков эмоций!]

[Дзынь! Получено от Сунь Хао: Неверие. +600 очков эмоций!]

[Дзынь! Получено от зрителей: Коллективный шок. +2550 очков эмоций!]

В голове Ли Цинхая системные уведомления сыпались сплошным потоком. Стоя в стороне от беснующейся толпы, он лишь холодно усмехнулся.

Это было только начало.

Покинув тренировочный комплекс, Ли Цинхай не пошел в общежитие. Он отвел Лин Моюй в уединенный уголок Академии — в Небесный Сад, расположенный на одной из открытых террас.

— Жди меня здесь, — бросил он, оставив девушку у фонтана, а сам отошел в дальний, затененный угол террасы и активировал личный терминал.

Лин Моюй осталась стоять, глядя ему в спину. В её взгляде смешались тысячи вопросов, но ни один из них не решался сорваться с губ.

Ли Цинхай тем временем быстро работал с голографическим интерфейсом. Еще при подписании контракта он мельком заметил в досье Лин Моюй тревожную строку в графе «Финансы». Теперь, используя привилегии Пилота, он взломал защиту данных и развернул её полное досье.

Когда текст всплыл перед глазами, взгляд парня потяжелел.

[Имя: Лин Моюй]

[Происхождение: Нижний Сектор Седьмого города, статус — гражданская.]

[Семейное положение: Мать страдает тяжелой формой «Синдрома Радиации Истока». Требуется ежедневная инъекция Генного Стабилизатора для поддержания жизни.]

[Финансовый статус: Критический.]

[Задолженность: Займ в организации «Черная Змея» на сумму 300 000 кредитов (лечение матери + обслуживание экзо-формы). С учетом штрафных санкций и сложных процентов, текущий долг: 521 430 кредитов.]

«Черная Змея». Самые жестокие ростовщики Нижнего Сектора, которые не гнушались продавать должников на органы или в рабство в Пустошах.

Глаза Ли Цинхая стали холоднее арктического льда.

Но потрясли его не цифры. Потрясло его воспоминание.

В те 3.7 секунды идеальной синхронизации в бою, когда их разумы слились в единое целое, он заглянул глубже, чем позволяет любой сканер.

Он видел не просто коды и команды. Он видел её душу.

И эта душа была опутана ржавыми, тяжелыми цепями.

Одна цепь — этот астрономический долг. Другая — угасающая жизнь матери. Третья — бесконечные унижения и презрение окружающих.

Он почувствовал это на своей шкуре. Он физически ощутил то удушье, которое она испытывала каждый день. Тот панический страх не успеть, не спасти, не выплатить. И то отчаянное, звериное упорство, с которым она, шатаясь под этим грузом, продолжала стоять прямо.

Каждый её удар в бою был криком о помощи. Каждое движение — попыткой разорвать эти цепи.

Ли Цинхай медленно приложил руку к груди. Там, где билось сердце, всё еще отдавалась фантомная боль её отчаяния.

Теперь он всё понял.

Понял, зачем ей этот агрессивный макияж. Зачем эта ледяная броня отчуждения.

Понял, почему в её глазах мелькнула такая дикая надежда, когда он предложил ей «всего лишь» тридцать тысяч в месяц.

Эта хрупкая с виду девочка тащила на своих плечах бетонную плиту, которая раздавила бы взрослого мужчину.

Он не колебался ни секунды.

Его пальцы запорхали над терминалом. Он нашел публичный счет погашения «Черной Змеи», вбил ID Лин Моюй.

Экран высветил кроваво-красные цифры: -521 430.

Ли Цинхай презрительно фыркнул.

— Упыри.

Он открыл свой счет. Миллион кредитов — тот самый «стартовый пакет» от Системы и компенсация от Сунь Хао — лежал нетронутым.

Перевод.

Сумма: 530 000.

Лишние восемь с половиной тысяч — на гробы для этих тварей.

[Запрос на перевод отправлен...]

[Биометрия подтверждена...]

[Транзакция успешна!]

С легким писком терминала красная строка долга мигнула, стала зеленой и превратилась в 0.

Ли Цинхай закрыл интерфейс и медленно выдохнул.

Он сделал это не из жалости. Он просто уничтожил дебафф.

С того момента, как она открыла ему доступ в свой «кокпит» — в самое сердце своей души, — её битва стала его битвой. А цепи на её душе стали его проблемой.

И он решил эту проблему.

Он поднялся и шагнул из тени, собираясь вернуться к ней.

В этот момент...

Вззз-ззз!

Его терминал завибрировал.

Входящий вызов. Номер скрыт.

Ли Цинхай изогнул бровь и нажал «Принять».

— Слушаю.

В трубке висела тишина. Тяжелая, наполненная прерывистым дыханием, словно кто-то на том конце провода задыхался от переизбытка чувств.

Наконец, голос прорвался. Хриплый, дрожащий, на грани истерики. Голос Лин Моюй. Она стояла всего в двадцати метрах, но позвонила, потому что не могла сейчас смотреть ему в глаза.

— Кто... кто просил тебя это делать?! — её голос сорвался на крик, полный боли и стыда. — Ты что, вообразил себя спасителем? Думаешь, можешь купить меня? Мне не нужны твои подачки! Я не нуждаюсь в жалости!

Она кричала, как раненый зверь, загнанный в угол.

Ли Цинхай не стал спорить.

— Стой где стоишь, — спокойно произнес он и сбросил вызов.

Лин Моюй замерла с терминалом в руке, ошеломленная его тоном. Она увидела, как он убрал устройство в карман и направился к ней. Его шаги были размеренными, тяжелыми. В них не было спешки, но была неотвратимость. Каждое касание его ботинка о плитку отдавалось гулким ударом в её груди.

Она инстинктивно отступила на полшага, сжав кулаки до боли. Вскинула подбородок, готовясь защищать остатки своей гордости.

Ли Цинхай остановился вплотную к ней. Он был выше на голову и смотрел на неё сверху вниз. Но в его темных глазах не было ни капли того высокомерия или жалости, которых она так боялась. Там была лишь пугающая, абсолютная серьезность.

— Жалость? — он усмехнулся, и от этой улыбки повеяло холодом. — Лин Моюй, ты фатально ошибаешься.

Он поймал её бегающий взгляд и, удерживая его, произнес чеканно, как приговор:

— Я не жалею тебя. Я провожу... техническое обслуживание. Я устраняю неисправности, которые мешают работе.

— Неисправности?.. — она опешила, забыв про гнев.

Ли Цинхай смотрел так, словно видел её насквозь.

— В бою, внутри машины, я почувствовал это. Твой долг, твой страх за мать, твоя неуверенность... Это не просто эмоции. Это ржавые цепи, которые сковывают твой реактор. Они жрут твой ресурс. Они замедляют отклик.

Его голос понизился, став гипнотическим:

— Боевая Дева, закованная в цепи быта, никогда не покажет 100% КПД. А мне, Ли Цинхаю, не нужна служанка или рабыня. Мне нужен Партнер. Тот, кому я смогу доверить свою спину, когда мир пойдет против нас.

— Поэтому я срезал эти цепи.

Он поднял руку и постучал указательным пальцем по своей груди — там, где во время слияния билось её сердце.

— С этого момента ты больше не тащишь этот мусор на себе.

— Твой тыл прикрываю я.

— А впереди у тебя — только бескрайний океан звезд.

— Ты меня поняла?

Бум!

Слова упали, как метеориты, разрушая последние бастионы её обороны.

Лин Моюй чувствовала, как трещит и осыпается её панцирь из агрессии, сарказма и ледяного безразличия.

Тяжесть, которая давила ей на плечи годами... то, что заставляло её просыпаться в холодном поту... то, что превратило её юность в выживание...

Он назвал это «мусором». «Технической неисправностью».

И просто... убрал.

Это была не подачка.

Это была инвестиция. Признание.

Он увидел в ней не «проблемную девчонку», а равного. Партнера, ради которого стоит потратить полмиллиона, просто чтобы она могла дышать свободно.

К горлу подкатил горячий ком. Нос защипало так сильно, что стало больно. Она закусила губу до крови, пытаясь сдержать слезы, которые предательски наворачивались на глаза. Ей нельзя плакать. Не перед ним. Не сейчас.

Но силуэт парня перед ней всё равно расплывался.

Прошла вечность. Ветер в саду стих, словно боясь нарушить момент.

Наконец, Лин Моюй нашла в себе силы разжать зубы.

Из её горла вырвался тихий, едва слышный звук. Звук капитуляции и бесконечного доверия.

— ...Да.

http://tl.rulate.ru/book/155410/8837323