Готовый перевод Loser Saint's Harem System: Love Powers Supremacy / Система гарема — Люби и властвуй Миром Бессмертных!: Глава 77

— Чжао Юнчан.

Пань Цинь посмотрел на приземлившегося монаха Чжао Юнчана, и его взгляд похолодел.

В прошлый раз на пике Инь-Ян он едва не погиб от рук этого Чжао Юнчана.

Кто бы мог подумать, что спустя всего несколько дней Чжао Юнчан, забыв о былой боли, когда раны едва затянулись, снова решит соперничать с ним за право владения бессмертной горой?

— Я первый присмотрел эту гору. Кто первый пришел, тот и хозяин. С какой стати я должен уступать её тебе?

— Не мне, а моему ученику!

Чжао Юнчан подошел к Цинь Фаню, насмешливо оскалившись: — Кто первый пришел? Ты всего лишь жалкий слуга, какое право ты имеешь рассуждать о первенстве перед старейшиной?

— На бессмертных горах могут жить только гениальные ученики из Земного списка. Ты, Цинь Фань, даже в этот список не попал, так что прав на владение горой у тебя нет.

Чжао Юнчан указал на бледнолицего мужчину рядом с собой: — Мой ученик Сюань Тун занимает третье место в Земном списке. По сравнению с этим мусором он — небо и земля. Поэтому Пик Чуцзы должен принадлежать моему ученику.

Как только Чжао Юнчан закончил говорить, Сюань Тун сделал шаг вперед. Его глаза с фиолетовыми тенями презрительно сузились: — Так это ты Цинь Фань? Выглядишь как человек, но на деле — пес. Не думай, что раз ты занял первое место на экзамене внешних учеников, то можешь присвоить бессмертную гору. По сути ты коренной деревенщина, которому место в глиняных лачугах для низших слуг на пике Циншань. Ты недостоин этой горы.

— Если ты умный, отдай жетон Пика Чуцзы, иначе я тебя уничтожу.

— Ты!

Чу Сяожоу и Су Мэй, услышав, как наставник и ученик оскорбляют Цинь Фаня, нахмурились и встали рядом с ним.

Первая, как жена Цинь Фаня, не могла позволить никому обижать своего мужа; вторая, будучи наставницей Цинь Фаня и нуждаясь в его помощи для перехода во внутренние врата, тоже была недовольна нападками Чжао Юнчана.

Увидев, что женщины собираются заступиться за него, Цинь Фань обнял обеих за талии:

— Зачем нам связываться с этим бесполым недоразумением?

— Считайте слова этого женоподобного пустотой и шуткой.

Сюань Тун, поймав насмешливый взгляд Цинь Фаня и услышав оскорбление, пришел в ярость.

Его лицо покраснело, а пальцы задрожали, указывая на Цинь Фаня: — Ах ты паршивец! Глаза разуй, я мужчина!

— Где ты тут увидел женоподобного? Ты что, ослеп, деревенщина?

Пха!

Услышав пронзительный визг Сюань Туна, когда тот назвал себя «я», Чу Сяожоу и Су Мэй не смогли сдержать смех.

Где это видано, чтобы мужчина так о себе говорил в женской манере? Это определенно был женоподобный тип.

Су Мэй так смеялась, что её бедра задрожали: «У этого маленького негодяя язык прямо как яд».

— Маленький негодяй, ты прав, не стоит связываться с трансвеститом.

— Дерзость!

Чжао Юнчан, видя, что столько известных людей внешних врат смеются над его учеником, почувствовал, что теряет лицо как наставник.

Он указал на Су Мэй и сурово произнес:

— Су Мэй, по правилам секты Цинь Фань — всего лишь слуга, у него нет права жить на бессмертной горе.

— Ты посмела покрывать Цинь Фаня и самовольно привела его сюда, нарушив устав. За это тебя следует лишить звания старейшины!

Су Мэй холодно фыркнула, ни капли не боясь Чжао Юнчана: — И что с того, что я его покрываю?

Чжао Юнчан, видя, что Су Мэй заглотила наживку, злобно усмехнулся: — О, я понял. Теперь ясно, почему ты, старейшина, защищаешь этого слугу. Уж не потому ли, что у этого пацана есть некий выдающийся талант в определенном месте, от которого старейшина Су не может оторваться?

— Позор для старейшины!

— Старейшина Су ради собственной прихоти прикрывает своего домашнего альфонса. Это открытый вызов секте!

— Ты! — Су Мэй нахмурилась, её грудь тяжело вздымалась от гнева. Хоть у неё и были такие отношения с Цинь Фанем, слова Чжао Юнчана звучали омерзительно.

Несмотря на статус старейшины, она была женщиной и не могла стерпеть, что Чжао Юнчан прилюдно порочит её репутацию.

Когда лицо Су Мэй покраснело от ярости и стыда, чья-то фигура внезапно метнулась вперед.

Хлыст!

Цинь Фань наотмашь влепил пощечину по старому лицу Чжао Юнчана: — У тебя слишком грязный рот, пора тебя проучить!

Тьфу!

Чжао Юнчан, застигнутый врасплох этим ударом, пошатнулся, на его щеке мгновенно вздулась опухоль.

Он схватился за лицо, дрожа от ярости: — Негодяй! Ты, ничтожный слуга, посмел ударить меня?

Цинь Фань вернулся к Су Мэй и холодно ответил: — Я ударил именно тебя, старую развалину.

— Кто сказал тебе, что я слуга? Старейшина Су официально приняла меня в личные ученики.

— Если тебе позволено заступаться за своего идиота-ученика, почему старейшине Су нельзя защищать меня?

Цинь Фань оглядел толпу и громко произнес: — Су Мэй — моя наставница, и её покровительство вполне естественно. Если кто-то еще осмелится порочить имя моей наставницы, я, Цинь Фань, не пощажу его!

Присутствующие широко раскрыли глаза от изумления. Этот юнец был слишком дерзок — ударить старейшину по лицу?

«Маленький негодяй...» — Су Мэй смотрела на красивый профиль Цинь Фаня, её губы невольно дрогнули, а на душе стало тепло.

[Вы заступились за своего «сосуда» Су Мэй и защитили её честь. Су Мэй глубоко признательна вам, симпатия +1]

[Опыт +10]

[Духовная сила +1]

— Я убью тебя!

Лицо Чжао Юнчана исказилось. Цинь Фань посмел ударить его при всех старейшинах! Неслыханно!

Куда теперь девать лицо второму старейшине?

Су Мэй, видя это, тут же заслонила Цинь Фаня: — Только попробуй тронуть его, и я не побоюсь вступить с тобой в бой!

Когда казалось, что схватки не избежать, вперед вышла Юй Жубин: — Всем прекратить!

Чжао Юнчан, завидев Юй Жубин, поспешил пожаловаться: — Великая старейшина, раз уж вы здесь, рассудите нас по справедливости!

— Принятие в личные ученики должно сопровождаться официальной церемонией перед всеми внешними вратами. Устное заявление — недействительно!

— К тому же, согласно уставу, для проживания на бессмертной горе нужно согласие трех старейшин. Цинь Фань явно...

Цинь Фань, видя, что Чжао Юнчан не унимается, перебил его: — Старик, ты заговорил о правилах секты? Не смешно ли?

— Впрочем, раз уж ты хочешь, чтобы старейшина Юй рассудила нас, я заставлю тебя замолчать окончательно!

Цинь Фань посмотрел на Юй Жубин: — Старейшина Юй, скажите, этот старик прав?

Затем он добавил мысленно: «Старейшина Юй, вы ведь знаете, что нужно сказать?»

Юй Жубин взглянула на Цинь Фаня. Несмотря на ненависть к этому бесстыднику, она с серьезным видом произнесла:

— В действиях Цинь Фаня и старейшины Су нет нарушений.

— Су Мэй имеет право брать любого в личные ученики, а церемонию можно провести и позже.

— Более того, на проживание Цинь Фаня на бессмертной горе уже получено согласие трех старейшин.

Женственный старейшина и другие тут же выразили поддержку Цинь Фаню.

— Вы... — Чжао Юнчан остолбенел и попятился.

Он уставился на невозмутимого Цинь Фаня, не понимая, как этот слуга смог заручиться поддержкой стольких старейшин?

Сам он потратил более ста тысяч камней духа, чтобы пригласить пятого и восьмого старейшин. За какие заслуги Цинь Фань смог перетянуть на свою сторону троих старейшин?

Он вложил столько сил ради мести и унижения Цинь Фаня. Если он сейчас уйдет ни с чем, деньги будут потрачены впустую, да еще и пощечину получил даром?

Но важнее всего было то, что его срок жизни подходил к концу. Ему жизненно необходимо было выведать у Цинь Фаня способ улучшения духовного корня для продления долголетия, иначе его ждала смерть!

Понимая это, Чжао Юнчан сделал шаг вперед и, стиснув зубы, произнес: — Раз Великая старейшина так говорит, у меня нет возражений.

— Но мой ученик Сюань Тун тоже претендует на Пик Чуцзы, и у него тоже есть поддержка трех старейшин.

На лице Чжао Юнчана вздулись вены, он чеканил каждое слово: — В секте Хэхуань правит закон силы. Раз уж мы оба хотим эту гору, пусть всё решит бой на арене!

— Победитель забирает гору, проигравший становится «сосудом»!

Чжао Юнчан бросил ледяной взгляд на Цинь Фаня: — Щенок, ты рискнешь выйти на арену?

http://tl.rulate.ru/book/154792/9737746