Готовый перевод Origin Root: Awakening After Ten Thousand Years to Shatter Heavens / Проснулся Через 10000 Лет — Ломаю Небесный Дао!: Глава 36

Позади горной гряды школы.

— Сто двадцать три, сто двадцать три… Хэй-я… Хо… Я пропалываю, пропалываю… Ла-ла-ла, цветочки, скорее вырастайте…

Навстречу им показалась девочка лет двух, с высоко засученными рукавами, держащая маленькую тяпку. Она присела в цветах и копала землю, болтая без умолку. Подол ее платьица был испачкан землей, а щеки — перепачканы грязью!

За два года после того, как Се Синлин успешно обрела человеческий облик, вся школа была засажена цветами этой малышкой, которая умела летать с самого рождения. Кроме времени приема пищи, девочка проводила почти все время, летая по всей школе в поисках свободных участков для посадки цветов.

— Маленькая Синлин, обедать! — раздался долгий зов с горной тропы. Голос принадлежал женщине.

— Бабушка, иду… — услышав про еду, девочка радостно вскочила из цветов. Маленькую тяпку она и думать забыла, бросив её в сторону.

У горной тропы, пожилая женщина с фартуком на поясе, вытягивала шею, заглядывая вдаль… Её короткие волосы до ушей были перемешаны с седыми, а одежда отличалась от той, что носили в школе, явно выдавая земную одежду.

— Ах ты, маленькая проказница, посмотри на себя… Вся в грязи, словно котёнок. — Женщина присела, обняла Се Синлин и с некоторой болью в сердце стала вытирать грязь с её лица.

— Хи-хи… Бабушка, щекотно! — вероятно, из-за грубоватых ладоней женщины, щекотка заставила девочку звонко рассмеяться.

— Всё, пойдём обедать. Твой второй старший брат приготовил много твоих любимых блюд! — Женщина взяла Се Синлин за руку и сказала с любовью.

— Ура, пойдем кушать! — Возможно, предвкушение любимой еды заставило Се Синлин улыбнуться, прищурив глаза до полумесяца. Она потянула женщину за руку и побежала.

— Помедленнее… ты, прожорливая кошка… — Женщина, глядя на радостную Се Синлин, и сама улыбалась.

Прожив в этом мире десять лет, они, супруги, постепенно привыкли к местной жизни.

В этом мире были летающие бессмертные, всевозможные странные звери, парящие в воздухе горы… Но не было ни телевизоров, ни мобильных телефонов. Сами же они были обычными людьми. Хоть в школе их и очень уважали и хорошо к ним относились, их дочь, зять, племянники и племянницы часто навещали их, но большинство времени они были заняты совершенствованием, поэтому поначалу им было трудно привыкнуть. Но два года назад появилась Се Синлин. Узнав о её происхождении от школы, они со временем стали искренне считать её своей внучкой. Девочка была такой понятливой, что вызывала сочувствие: кроме поиска мест для посадки цветов, всё остальное время она проводила, болтая со стариками и радуя их…

В гостиной бамбукового дома.

На столе уже стояли разнообразные блюда. Се Хуа и Оуян Фэньтянь, попивая вино, беседовали, иногда раздавался смех.

— Дедушка, ты опять тайком пьешь, нехорошо! — Се Синлин, стоя у двери, обнаружила Се Хуа, пьющего вино. Она, вскинув руки на бока, сердито уставилась на двух мужчин в зале. — Второй старший брат тоже нехороший!

— Хорошо, больше не пью, не пью! — Се Хуа, увидев Се Синлин, неловко отодвинул бутылку вина и рассмеялся.

— Маленькая Синлин, не думай плохо о своем старшем брате. Это не обычное вино. Оно полезно для дедушки и бабушки, сделает их крепче! — Оуян Фэньтянь подобострастно обратился к девочке.

Возможно, из-за того, что она была духовным разумом из одного мира, она, казалось, от природы была совместима с живыми существами. С тех пор как Се Синлин появилась в школе, она получила всеобщую любовь, даже обычно суровый старший ученик-брат становился мягким в её присутствии. Такое было только в детстве младшего брата…

Глядя на Се Синлин, надувшую щёки, Оуян Фэньтянь взял куриную ножку и помахал ею в сторону двери: — Маленькая Синлин, смотри, что это! Это же твоя любимая куриная ножка…

— Вау, хочу, хочу… — Увидев свою любимую куриную ножку, Се Синлин, казалось, обо всем забыла. Она тут же подбежала к стулу, села, схватила куриную ножку из рук Оуян Фэньтяня и начала грызть её, говоря с набитым ртом: — Вкусно…

Остальные трое в зале со смехом смотрели на перепачканную жиром Се Синлин!

В это время глаза Оуян Фэньтяня резко сузились, лоб наморщился! Затем он посмотрел на стариков: — Дядя, тётя, ешьте спокойно, мне нужно кое-что уладить. Маленькая Синлин, хорошо поешь с дедушкой и бабушкой. Старший брат должен идти.

Се Синлин, продолжая есть, кивнула: — Хорошо, старший брат, не волнуйся. Я прослежу, чтобы дедушка и бабушка поели.

Старики улыбнулись Оуян Фэньтяню, давая понять, что он может не беспокоиться. Оба знали, что все в школе были заняты своими делами. Будь то из-за их сына Се Мэнъюя или по другим причинам, их брат и сестра время от времени приходили поесть с ними, и это их очень радовало…

Оуян Фэньтянь снова улыбнулся старикам, а затем исчез на месте.

Появившись снова, Оуян Фэньтянь оказался в другой комнате. Кроме него, там стоял Ли Яньсюань. Ли Яньсюань смотрел на лежащего на кровати человека…

На кровати лежала Е Хунсюэ, уже беременная. Её глаза были закрыты, она лежала навзничь. Над ней парила книга. Книга переворачивалась взад и вперед в воздухе, и каждое переворачивание страницы испускало невидимую ци, которая собиралась, образуя светящийся круг, окутывающий Е Хунсюэ.

В этот момент её заметно округлившийся живот слегка зашевелился. Из живота вырвался поток черной, как чернила, энергии. Однако черная энергия не могла прорваться через светящийся круг и постепенно поглощалась книгой.

— Старший брат, что случилось? Почему темная энергия, исходящая из живота младшей ученицы-сестры, такая странная? — Оуян Фэньтянь с удивлением посмотрел на старшего ученика-брата Ли Яньсюаня.

— Я тоже не могу понять. Темная энергия, которую младшая ученица-сестра сегодня источает, слишком странная, и книга людей не может её очистить. Сейчас она просто поглощается книгой людей. Я беспокоюсь, что если так продолжится, это повлияет на ребенка в животе младшей ученицы-сестры. — Ли Яньсюань нахмурился, его лицо выражало явную тревогу.

— И что же нам делать? Неужели мы будем просто смотреть? — Услышав слова старшего брата, Оуян Фэньтянь тоже показал свою обеспокоенность. На протяжении последних нескольких сотен лет именно он отвечал за очищение темной энергии, исходящей от младшей ученицы-сестры. Каждый раз ему удавалось очистить её, применяя технику совершенствования. Но сегодня темная энергия, исходящая из живота его младшей сестры, действительно вызвала у него чувство дискомфорта. Он не ожидал, что даже книга людей не сможет её очистить.

— Вместе! — Ли Яньсюань посмотрел на Оуян Фэньтяня и сказал, затем быстро сложил печати руками.

Оуян Фэньтянь, увидев это, тоже сложил печати руками…

В одно мгновение два инь-янских магических массива выстрелили из их рук и накрыли парящую книгу. Усиление от двух массивов придало светящемуся кругу, образованному книгой, золотое сияние. В этот момент черная энергия, вырывающаяся из живота Е Хунсюэ, стала слабее.

Однако ослабшая черная энергия продержалась лишь мгновение, как снова стала бурной. Судя по всему, она становилась все более мощной.

Ли Яньсюань и Оуян Фэньтянь вздрогнули от удивления. Их руки быстро меняли печати, после чего две мощные ци выстрелили из их рук и снова накрыли парящую книгу. Действия обоих снова ослабили вырывающуюся черную энергию, но, казалось, это лишь поддерживало первоначальное состояние: одно извержение, одно поглощение…

В течение этого времени они пытались отозвать свою ци, но как только они собирались отступить, они обнаружили, что черная энергия снова начала вырываться. Им пришлось снова применить всю свою силу.

На мгновение комната, наполненная черной энергией, книгой, Ли Яньсюанем и Оуян Фэньтянем, застыла в таком состоянии.

— Лучше я сам, — раздался низкий и мягкий голос из комнаты.

Затем из центра лба Е Хунсюэ вырвалась точка белого света, которая постепенно превратилась в призрачную фигуру. Фигура была стариком в белом халате ученого. Его волосы, брови и борода были полностью белыми…

Старик пролетел к книге, протянул правую руку, указал два пальца и слегка постучал по книге. Раздалась едва заметная рябь, которая мягко разошлась от книги.

В этот момент техники, примененные Ли Яньсюанем и Оуян Фэньтянем, прекратились. Они посмотрели на парящего в воздухе старика, поклонились и хором сказали: — Приветствуем учителя!

— Не нужно так формально! — Старик улыбнулся и легким взмахом правой руки поднял их.

Затем старик посмотрел на Е Хунсюэ, лежащую на кровати, поднял правую руку в форме постукивания и снова слегка постучал по книге.

Дзинь!

Чистый звук удара разнесся от книги.

Старик одновременно превратил правую руку в коготь. Он схватил черную энергию, бьющую из живота Е Хунсюэ. Черная энергия, вырывающаяся из живота Е Хунсюэ, начала менять направление и собираться к ладони старика. Черная энергия, поглощенная книгой, также выплеснулась из книги и собралась в ладони старика…

В один миг над ладонью старика собралась черная энергетическая масса размером с человеческую голову. Черная масса, казалось, имела собственное сознание и металась, но была заперта в руке старика, извиваясь…

Постепенно черная масса, казалось, поняла тщетность попыток к бегству и стала спокойнее.

Затем на ладони старика начала формироваться человеческая голова. Голова была полностью черной, даже несколько искаженной. Если не присмотреться, её было бы трудно узнать как человеческую голову.

— Не ожидал, что твоя духовная сущность разорвала связь с основным телом. Ты сделал это, чтобы я не заметил, верно? — ледяной голос раздался из черной головы.

— Изначально моя духовная сущность просто хотела защитить моего ученика. Я и не предполагал, что ты будешь строить козни против моего ученика. Если я не ошибаюсь, ты хочешь через школу добраться до темного домена на юге? Строго говоря, нынешняя ситуация — это просто стечение обстоятельств.

— Эх! Будучи самой судьбой, я иногда не могу понять всего происходящего. Иногда я не могу не сомневаться, не управляют ли судьбой какие-то другие силы.

— Не ожидал, что ты, Путь Небес, тоже так думаешь. Это меня удивило!

— Хе! Иногда я сам удивляюсь своим мыслям. Но наши пути расходятся, и спорить бесполезно!

— Действительно, наши пути расходятся! — Призрачный старик, казалось, согласился и кивнул.

Искаженная голова стала призрачной, а затем исчезла, слившись с черной массой…

Старик, увидев это, взмахнул левой рукой, и книга, парящая в воздухе, медленно закрылась и опустилась в его руку. В руке старика книга, казалось, ожила, переворачиваясь. С каждой перевернутой страницей бесчисленные золотые письмена вылетали из книги и направлялись к черной массе в правой ладони старика. В одно мгновение золотые письмена окутали черную массу, а фигура старика становилась все более призрачной в процессе…

Ли Яньсюань и Оуян Фэньтянь, увидев это, вскрикнули в унисон: — Учитель!

— Эти два сорванца, чего так шумите! Это всего лишь моя духовная сущность, она рано или поздно рассеется… — сказал старик, оборачиваясь и сердито глядя на них.

Видя, как учитель сердито смотрит, они по привычке закрыли рты.

Старик больше не обращал на них внимания, повернулся и продолжил смотреть на черную массу в своей руке, окутанную золотыми письменами.

Через некоторое время!

Золотые письмена вернулись в книгу, книга закрылась и покоилась на ладони старика. Старик, держа книгу, бросил её за спину. Книга медленно полетела к Ли Яньсюаню и затем прочно повисла на его поясе.

Теперь черной массы на ладони старика не было, вместо неё там была прозрачная, видимая газовая субстанция. Старик, держа прозрачный газ, подлетел к Е Хунсюэ и слегка надавил на её живот. Газ медленно проникал в живот Е Хунсюэ.

В одно мгновение весь прозрачный газ скрылся внутри живота Е Хунсюэ.

— Всё, закончил. — Призрачный старик хлопнул в ладоши, повернулся и посмотрел на Ли Яньсюаня и Оуян Фэньтяня, которые хотели что-то сказать, но не решались. — Я — лишь след моей духовной сущности, оставшийся после великой битвы. После этого связь с основным телом была разорвана, так что не спрашивайте меня, где оно…

— Эти два сорванца, не смотрите на меня с такой скорбью, будто я брошенная жена. Я ведь не умер… Хмф!

Тук! Тук!

Ай-яй!

Казалось, старик разозлился еще больше, протянул руку и сильно ударил обоих по голове.

Затем в комнате раздались два глухих удара, будто по голове, и звук боли и стонов.

Ли Яньсюань и Оуян Фэньтянь оба держались за головы.

Ли Яньсюань хмурился, а Оуян Фэньтянь издавал болезненные крики.

— Вы знаете, почему я вас ударил? — сказал старик, немного сердито.

Ли Яньсюань открыл рот, но, казалось, боялся говорить. Оуян Фэньтянь же действительно принял скорбное выражение лица и посмотрел на старика.

Видя их такими, старик начал раздражаться, поднял палец и указал на них: — Вы, вы…

Старик, казалось, становился все более раздраженным, его призрачная фигура начала двигаться в воздухе.

Немного погодя!

Старик посмотрел на них: — Прошло уже несколько сотен лет, а вы все еще на таком же уровне. Вы что, все эти годы тренировались в собачьих животах? Не можете развязать узел в сердце? Это меня просто бесит!

Они, казалось, знали, что были неправы, поэтому низко опустили головы, не смея поднять взгляд на старика.

Видя их такими, старик тоже немного пожалел их, его голос стал мягче: — Поднимите головы.

— Учитель, простите! Это мы подвели ваши ожидания! — Ли Яньсюань глубоко поклонился старику.

— Эх! Я знаю, что вы, как старшие братья, несете ответственность за защиту младших братьев и сестер, но вы не можете быть предусмотрительны во всем. Некоторые вещи вам нужно научиться отпускать. Раньше я не требовал от вас высоких уровней совершенствования, потому что я был рядом. Но теперь меня нет в звёздной области Тяньюань. Если что-то случится, я тоже не смогу вас защитить. Многие вещи придется решать вам самим… — Призрачный старик говорил, паря рядом с ними, и гладил их по голове.

Слушая долгие, наставнические речи учителя, они оба почувствовали тепло в душе и хором ответили: — Учитель, мы поняли.

Старик снова подлетел к кровати Е Хунсюэ, посмотрел на свою спящую ученицу: — Девочка, ты тяжело трудилась.

— Ладно, мне пора идти. Темная энергия в теле Хунсюэ очищена, и в будущем никаких проблем не будет. Нужно только дождаться рождения ребенка. Когда эта девочка проснется, ни в коем случае не говорите ей, что я появлялся. Я не хочу, чтобы она потом ругала меня.

Призрачный старик с некоторым смущением потер нос, а затем его фигура полностью рассеялась в воздухе.

— Ученики, провожаем учителя! — Оба одновременно поклонились.

……………………

Где-то в звёздной области Тяньюань, на краю Млечного Пути…

В этот момент в пустоте появились рябь, а затем золотой портал: из портала выплыли длинный меч и белый детеныш зверя.

Меч был обычным, ничем не примечательным, без каких-либо особых украшений или надписей, просто обычный стальной меч.

На лезвии меча не было никаких особых следов или узоров. Этот меч выглядел очень просто, не привлекая никакого внимания. Но стоило его увидеть, как человек чувствовал, что он может стать надежным боевым оружием, которое проявит себя, когда потребуется.

Белый детеныш зверя был размером с руку взрослого человека, по форме напоминал щенка. Его шерсть была белой, как снег, казалось, даже имел легкий привкус бессмертия. Он ступал по белым облакам. Однако сейчас голова детеныша была опущена, он выглядел обессиленным…

— Старший брат, неужели мы так и оставим хозяина одного справляться? — Детеныш поднял голову и посмотрел на длинный меч, издавая жалобные звуки.

— Это собственная карма хозяина. Ни ты, ни я не можем взять её на себя. К тому же, с нашей нынешней силой мы не сможем помочь хозяину, а наоборот, станем для него обузой. Сейчас мы можем лишь хорошо охранять госпожу и молодого господина. — Меч легко дрогнул, издавая звон в ответ детенышу.

Р-р-р!

Белый детеныш издал недовольный рев.

Затем белый детеныш взлетел и приземлился неподалеку в воздухе. Под лапами детеныша появился саркофаг из белого нефрита, окруженный четырьмя парящими мечами.

Белый детеныш улегся на саркофаг, закрыв глаза.

Длинный меч тоже взлетел над саркофагом! Казалось, он был совершенно обычным, но из кончика его меча исходила тонкая красная линия, словно связанная с каким-то местом…

Немного погодя!

Саркофаг из белого нефрита, длинный меч и детеныш снова исчезли в бескрайней пустоте.

В темном домене.

Се Мэнъюй, держа длинный меч, снова взмахнул им в сторону душителя перед собой. Ци меча рассекла пустоту, оставляя длинную трещину. Там, где проходила ци меча, душители один за другим рассеивались.

После этого взмаха мечом остались лишь разрозненные душители на всем видимом пространстве.

Пшш!

Се Мэнъюй глубоко вздохнул, с трудом опираясь на длинный меч, чтобы удержать шаткое тело. А за его спиной, куда он не мог видеть, исходила тонкая красная линия, словно связанная с каким-то местом…

Се Мэнъюй бросил длинный меч в воздух. Меч в воздухе превратился в портал. Се Мэнъюй шагнул в портал и исчез. Портал также медленно исчез.

……………………

Зал для совещаний на задней горе школы.

— Младший брат, как распорядились братьями младшего ученика-брата? — спросил Ли Яньсюань, сидящий на верхнем месте, у Оуян Фэньтяня.

— Они четверо решили странствовать по звёздной области Тяньюань. Теперь их личности известны лишь нескольким людям в школе, поэтому для внешнего мира они — словно дикие культиваторы. Так что, скорее всего, никто не станет специально на них охотиться. — Ответил Оуян Фэньтянь.

— Каков их талант?

— Возможно, из-за младшего ученика-брата, все четверо имеют шанс прорваться до уровня предка в течение ста лет.

— Тогда тебе следует им напомнить, что Бездна Забвения еще не открыта, и обычные культиваторы уровня предка не смогут её пересечь. Им лучше вернуться в школу, когда они прорвутся до уровня предка, чтобы мы могли защитить их на пути. — Сказал Ли Яньсюань.

— Старший брат, не волнуйся, я знаю, как им сказать. — Ответил Оуян Фэньтянь.

……………………

Старинный особняк семьи Ван.

— Старый предок, я хочу восстановить прошлое воспоминание. Прошу, исполни мое желание! — Ван Сяодун опустился на колени и обратился к старику, сидящему на подушке.

Старик сидел, скрестив ноги, на подушке, глаза его были закрыты, а длинные брови свисали вниз.

Старик открыл глаза и посмотрел на Ван Сяодуна, стоящего на коленях: — Тогда я запечатал твои воспоминания и отправил тебя на Землю. Во-первых, я хотел использовать твою связь с маленьким директором, чтобы посмотреть, сможешь ли ты удовлетворить свои желания. Во-вторых, я хотел через тебя восстановить отношения с школой. Но я не ожидал, что у тебя и маленького директора по-прежнему нет судьбы. Возможно, вы так и будете не судьба. Поскольку ты уже вернулся в семью, я надеюсь, ты оставишь прошлое и будешь усердно совершенствоваться. Мой жизненный срок подходит к концу, и в семье Ван теперь только ты можешь быть мне доверен. Я надеюсь, ты возьмешь себя в руки.

— Старый предок, простите! Я пока не знаю, как встретить себя нынешнего. Я хочу узнать прошлое, знать всё, что связано с ним… — говоря это, Ван Сяодун уже всхлипывала.

— Эх! Глупый ребенок! — Старик беспомощно вздохнул, затем, с некоторой долей беспомощности, протянул два пальца и слегка коснулся центра лба Ван Сяодуна.

С легким прикосновением пальцев старика, тело Ван Сяодуна вздрогнуло, затем в её сознании начали всплывать картины.

Первая встреча в школе, он помог ей разрешить неловкую ситуацию…

Все моменты, проведённые вместе в школе…

Совместное путешествие по Континенту Тяньюань…

Они всегда были неразлучны!

Затем сцена сменилась…

Он, весь в крови, с мечом в руке! Вместе с Юань У, окружённый бесчисленными императорскими солдатами…

Он посмотрел на неё: — Почему, почему ты предала школу?

А она, вся в слезах, смотрела на него с глубокой болью.

— Юйгэ, прости, прости… Я не предавала тебя, я ничего этого не знала… — Сказав это, она упала на землю и разрыдалась.

— Кхм… кхм… — Он болезненно закашлялся. — Но это уже неважно. Независимо от того, правильно это или нет, надеюсь, ты позаботишься о себе в будущем.

Затем он, в её сознании, поднял длинный меч и бросился вперёд, в сторону бескрайних императорских солдат, и был поглощён ими.

Плюх!

Очнувшись, Ван Сяодун выплюнула кровь и, лежа на земле, рыдала надрывно.

— Почему, почему? Это не так… — Ван Сяодун, лежа на земле, бормотала.

— Ты не виновата. Тогда твой отец скрыл это от тебя и обманул маленького директора под твоим именем. Раз уж у вас нет судьбы, зачем так цепляться! — Старик, глядя на Ван Сяодуна, рыдающую надрывно, сказал с болью.

У-у-у!

В ответ старику было лишь непрекращающееся рыдание Ван Сяодуна. Старик больше ничего не говорил, позволяя Ван Сяодуну плакать и изливать горе.

Прошло некоторое время.

— Старый предок, простите! Это я подвёл ваши ожидания, простите… — Ван Сяодун, сквозь рыдания, подняла правую руку и ударила себя по голове.

Старик вздрогнул от испуга, протянул правую руку, намереваясь остановить её. Но едва его рука оказалась наполовине, как он замер в воздухе, в его глазах читалось бессилие и сожаление, и он тяжело вздохнул, казалось, постарев на много лет…

— Мама! — В этот момент из-за двери раздался голос…

Девушка лет двадцати с небольшим ворвалась в комнату.

И когда правая рука Ван Сяодуна опустилась, её тело, словно зеркало, начало медленно трескаться… Ван Сяодун, глядя на приближающуюся девушку, приоткрыла рот и произнесла: — Прости!

Затем Ван Сяодун полностью исчезла в зале.

Девушка ворвалась в зал, посмотрела на пустое место на земле и остолбенела.

— Старый предок, скорее спаси маму! — Очнувшись, девушка опустилась на колени и взмолилась старику.

— Лин'эр, у твоей матери накопилась подавленность в сердце уже давно. Даже если бы я удержал её, её жизненный срок не был бы долгим.

— Но, старый предок, моя мама… — Говоря это, девушка не смогла сдержать слез.

Эх!

Старик снова вздохнул!

Затем старик протянул правую руку ладонью вверх. В его ладони появилась капля крови.

— Это капля крови твоей матери. Возьми её с собой. Она поможет тебе найти свою мать, переродившуюся в реинкарнации. Но я не знаю, где она переродится, и сможешь ли ты её найти, зависит от вашей с ней судьбы!

Услышав слова старого предка, девушка перестала плакать, посмотрела на старика с недоверием, затем подбежала к нему, взяла каплю крови из его ладони.

— Благодарю, старый предок! — Девушка снова глубоко поклонилась старому предку, затем встала и побежала наружу.

Видя девушку, исчезающую за дверью, старик обратился к углу комнаты: — Ван Ин, передай мой указ. Ты и старейшина Се вместе, тайно следуйте за Лин'эр, охраняйте её безопасность. Если столкнётесь с чем-то непреодолимым, можете привести Лин'эр сюда напрямую.

— Слушаюсь! — ответил голос из угла комнаты.

Когда голос затих, старик снова закрыл глаза, и в зале воцарилась тишина.

……………………

В Резиденции городского лорда Юаньчэна.

Городской лорд Се Фэн стоял, заложив руки за спину, и смотрел на висевший на стене портрет. На портрете был изображен старик в белых одеждах, с белыми волосами и бровями. На поясе старика висели черная кисть и тушечница. В его глазах сквозили мягкость и смирение, вызывая чувство близости и покоя.

Старик правой рукой держал за руку маленького мальчика. Мальчик был одет в светло-голубое одеяние ученого.

У мальчика было красивое лицо, а взгляд — ясный и чистый, придающий ему вид невинного ребенка. Его взгляд был решительным и уверенным, он словно излучал энтузиазм и жизненную силу, пробуждая в каждом, кто его видел, ощущение юношеского задора и стремления к лучшему.

— Чэн'эр, ты знаешь, кто твой отец?

— Отец говорил, что старый декан спас вас во время войны, — раздался другой голос.

За спиной Се Фэна стоял человек, оба его колена были преклонены, голова опущена.

— Но знаешь ли ты, что всё, чего я достиг, — это не потому, что старый декан спас меня, а потому, что это было желание юного господина. Когда старый декан спас меня, он хотел найти семью, чтобы оставить меня, но в итоге именно юный господин умолял, и мне позволили остаться рядом с юным господином и старым деканом. Если бы не юный господин, я бы, полагаю, до сих пор был простым смертным, возможно, уже умер бы… Мое единственное желание — служить юному господину. После той великой войны, если бы не приказ юного господина, я бы не стал городским лордом. Когда юный господин вернется, я сложу с себя полномочия городского лорда и вернусь в академию, чтобы служить ему. Как твой отец, я не требую, чтобы ты был слугой, как я. Я лишь надеялся, что ты сможешь защитить этот город для меня, для юного господина и для академии. Именно поэтому я и дал тебе имя Шоучен. Все это время я был занят делами Юаньчэна и пренебрегал твоим воспитанием. В отношении тебя, отец слишком многим тебе обязан. Отец еще не успел извиниться перед твоей матерью…

— Отец, не говори так… — Мужчина, стоявший на коленях, разрыдался.

— Я никогда не винил отца. Напротив, я гордился им. Это моя чрезмерная жадность привела к такой ошибке, погубившей стольких жителей города. Я заслуживаю смерти… Отец, будь спокоен, я сам вернусь в академию, чтобы понести наказание, — сказал мужчина, поклонился Се Фэну и уже хотел подняться.

Но едва он попытался встать, как увидел, что Се Фэн уже рядом.

Се Фэн положил руку на макушку мужчины.

— Великий учитель велел тебе провести время в Резиденции городского лорда, размышляя над своим поступком. Как тебя наказать, решит юный господин, когда вернется.

— Слушаюсь, отец! — Мужчина снова поклонился портрету, лежа на земле.

— Не воспитал сына — вина отца. Когда юный господин вернется, мы вместе попросим у него прощения! — Сказав это, Се Фэн направился к выходу.

— Отец, благодарю тебя! — Мужчина, уткнувшись лицом в пол, всхлипнул.

Конец главы!

http://tl.rulate.ru/book/152776/11609607