Бай Юнин молчала, лишь пристально глядя в глаза Ли Саньяна. Ли Саньян почувствовал себя неловко под её взглядом. Эта женщина была по-настоящему холодна. Только когда он спас её, она проявила немного гнева. В остальное время она казалась совершенно безразличной, словно ничего не желала. Ли Саньян беспомощно вздохнул: «Ладно, и так всё равно расскажу». — Всё просто, на встрече выпускников я понял, что моя девушка, похоже, связалась с кем-то другим. Я тут же расстался с ней, а потом, расстроенный, купил выпивку и пришёл на крышу подышать ветром. Простое дело, правда? — А ты, почему ты пришла на крышу? Неужели из-за того, что купила акции? Ха-ха». Слова Ли Саньяна снова заставили Бай Юнин замолчать. Она не покупала акции, она пришла на крышу по другой причине. Однако, если сказанное Ли Саньяном четыре случая были правдой, то её проблема по сравнению с этим мужчиной казалась незначительной. — То, что ты сказал, всё правда? — Что именно? — Родители, инвалидность, пожар, измена. — Ха? — Ли Саньян почесал затылок: — Ты же вроде подозревала, что я вру? Бай Юнин молчала, продолжая смотреть на Ли Саньяна. Ли Саньян вздохнул: — Конечно, это правда. — Нормальный человек разве может так сразу выставить себя в таком ужасном свете? — Счастливые люди счастливы одинаково, а несчастные несчастны по-своему. Говоря это, Ли Саньян ничуть не утратил улыбку на лице. Словно всё это не имело к нему никакого отношения. Глядя на его беззаботный вид, Бай Юнин на мгновение замолчала. Через некоторое время она спокойно сказала: — Ты действительно больше подходишь, чтобы стоять на краю крыши. Ли Саньян усмехнулся. — Я не прыгну, ведь жить так хорошо. — Жизнь полна звёзд, луны, ветра, и неожиданностей. С этими словами Ли Саньян поднял бутылку вина и слегка чокнулся с Бай Юнин. — Вот, только что спас прекрасную девушку, ха-ха. Звон бутылок, смешанный с ночным ветром и смехом Ли Саньяна, громко ворвался в уши Бай Юнин. Ткань, которой были связаны её руки, была из его разорванной напополам футболки. Когда Ли Саньян рвал футболку и делал верёвки из полосок ткани, она почувствовала, что он крепко сжал её маленькие руки. Под светом луны, верхняя часть тела Ли Саньяна была обнажена, его рельефные мышцы отливали холодным блеском в лунном свете. У обычных людей на руках, носящих футболку, есть чёткая граница. Но на руках Ли Саньяна её не было, его верхняя часть тела была бронзового цвета, вероятно, загоревшая от работы на стройке. Этот оттенок напоминал персонажей с окрашенными жёлтыми волосами из некоторых странных комиксов. — Извращенец, — холодно выругалась Бай Юнин, осуждая его за то, что он воспользовался случаем и дотронулся до неё. Руки Ли Саньяна были большими, и одной рукой он мог удержать оба её запястья. И когда он связывал её, он всё время крепко сжимал её руки. Услышав упрёк Бай Юнин, Ли Саньян снова усмехнулся. Это были необходимые движения для связывания свиных окороков, а она приняла их за домогательство. Но он и не стал ничего объяснять. Пусть подозревает, пусть. Добрые дела уравновесят плохие, и даже если вызвать полицию, они не станут сильно разбираться. Если что, он прямо на месте продемонстрирует, как связывать свиные окорока. Глядя на беспечный и равнодушный вид Ли Саньяна, Бай Юнин нахмурилась и с недоумением спросила: — Тебя не пугает, что я могу посчитать тебя извращенцем? — Мне всё равно, — Ли Саньян пожал плечами: — Ну посчитаю я тебя извращенцем, и что? Я и не рассчитывал, что у нас после этого будет какое-то общение. — У тебя нет стыда, — холодно сказала Бай Юнин. Ли Саньян усмехнулся: — Красавица, я спас тебе жизнь, но не рассчитываю заработать на тебе деньги или чтобы ты стала моей женой. В любом случае, мы будем незнакомцами, зачем беспокоиться о том, что сказано сегодня? Я прав? — С этими словами Ли Саньян повернулся к Бай Юнин: — И… я всего лишь коснулся твоей руки, не стоит же преследовать меня с руганью? Бай Юнин закатила глаза: — Никогда не видел женщин. Видя, что Бай Юнин не отстаёт, Ли Саньян беспомощно кивнул. — Да-да-да. Перед его безразличием и упрямством она была немного беспомощна. Этот мужчина, казалось, совершенно не знал стыда. У Ли Саньяна действительно не было стыда. Если бы он знал стыд, он бы давно умер с голоду на улице. В шестнадцать лет родители бросили его, оставив сиротой при живых родителях. Будь у него хоть капля стыда, Ли Саньян не смог бы вырасти так долго. — Эй, Юнин, — внезапно сказал Ли Саньян: — Почему ты… — Не называй меня Юнин! — Бай Юнин мгновенно взбесилась и резко прервала Ли Саньяна: — Мы не настолько близки. Ли Саньян на мгновение замер, молча поднял бутылку вина и сделал большой глоток. Затем он коварно улыбнулся: — Буду звать тебя Юнин, и что ты мне сделаешь? С этими словами он подошёл к Бай Юнин, вызывающе подняв брови: — Ты можешь сопротивляться? — Ты! — Бай Юнин закусила губу и свирепо уставилась на Ли Саньяна. Она хотела плюнуть ему в лицо. Но воспитание с детства говорило ей, что леди так не поступают. К тому же, глядя на Ли Саньяна, она была в некотором замешательстве. Что, если, плюнув ему в лицо, она получит от него награду? Что тогда делать?
http://tl.rulate.ru/book/152630/11368354
Сказали спасибо 0 читателей