Готовый перевод Dark Elf Aristocrat: Rewriting Warhammer from the Shadows / Темный эльф в WARHAMMER — Аристократ Ломает Канон!: Глава 79

Дак’уус расспросил пришедшего в себя Чупакоко о местонахождении каменных табличек. Чупакоко признался, что и сам многого не понимает — он просто каждый раз выполнял приказы по их поиску.

Дак’уус снова отправился на склад и еще раз осмотрел таблички, убедившись, что на них нет никаких устройств слежения вроде ГПС. Немного поразмыслив, он пришел к выводу: чтобы выследить табличку, Сланны сначала должны узнать о ее существовании. Если же они о ней не знают, то и речи о поиске быть не может. В противном случае, зачем Тики-Так ведет своих сцинков на рогатых хладнокровных в Старый Свет, нанимаясь «псами войны», чтобы отыскать хоть что-то? И почему по заброшенным храмовым городам Люстрии до сих пор разбросано столько ненайденных артефактов? Будь у них возможность точного позиционирования, разве вся карта не должна была быть открыта?

Тем временем черный ковчег «Вестник Отчаяния», завершив долгое плавание по Подземному морю, наконец вышел в месте слияния перешейка Люстрии и джунглей Пахуакса, после чего развернулся и взял курс на север.

Спустя несколько дней плавания укротители верхом на темных пегасах начали проводить разведку в северном направлении. Вскоре один из них вернулся с докладом: на севере обнаружен человеческий галеон, идущий на запад.

«Вестник Отчаяния» во главе флота каперов сменил курс и пристроился в кильватер цели, держась на приличном расстоянии. Чародейки на борту активировали магические устройства в шпилях, окутывая корабли густым туманом.

Так прошло пять дней. За это время им не встретилось больше ни одного судна. Из порта Скегги тоже никто не выходил. Может, охотники за наживой перевелись? Кто знает.

В первой половине ночи на «Вестнике Отчаяния» объявили полную боевую готовность. Дак’уус не собирался лично участвовать в схватке — он хотел остаться рядом с Дастаном Холодным Взором и поучиться: такая возможность увидеть командование в реальном бою выпадала редко.

Рабы уже были принесены в жертву Кхейну, и две боевые гидры с жадностью пожирали плоть, наслаждаясь кровавым пиршеством.

Глубокой ночью начался прилив, и внезапно, без малейшего предупреждения, атака началась!

Единственный путь в Скегги и из него лежал через порт, который тут же заблокировала флотилия во главе с черным ковчегом.

Пробудился спящий черный дракон. Он взмыл в небо и устремился к внешним укреплениям порта, изрыгая ядовитое дыхание. Едкие пары мгновенно расплавили оборонительные башни. Дракон зарычал, вымещая свою яростную мощь на всем, до чего мог дотянуться. Опешившие норскийцы выбегали из казарм и в отчаянии пытались метать топоры и копья, надеясь на чудо.

Пользуясь приливом, «Вестник Отчаяния» подошел к самым границам порта. Заклинатели на палубе развернули жнецы-баллисты в сторону гавани и, усиленные магией чародеек, открыли огонь по стоящим на якоре судам.

Черный дракон, сделав круг, снова обрушился на оборонительные позиции. Метательные топоры и копья бессильно отскакивали от его чешуи, лишь сильнее разъяряя зверя. Очередная струя токсичного дыхания заживо растворила дерзких смельчаков, посмевших бросить ему вызов. Не выдержав леденящего ужаса и осознания собственного бессилия, норскийцы бросились врассыпную.

Воины и пираты черных ковчегов с «Вестника Отчаяния» и кораблей сопровождения начали спускаться по веревочным лестницам в десантные шлюпки.

В гавани теснились самые разные суда под разными флагами. Дак’уус заметил среди них корабли Империи, Южных Королевств, Арабии и Бретонии, а также небольшие ладьи норскийцев. Лишь жажда наживы заставляла этих людей мирно уживаться здесь друг с другом — удивительно, как они не перерезали друг другу глотки раньше. Но теперь их корабли разлетались в щепки под градом магических болтов жнецов-баллист. Драконы Харибдиды рвали когтями хрупкие деревянные борта, а один из них мощным ударом хвоста просто переломил небольшое судно пополам.

Дастан Холодный Взор стоял на палубе при полном вооружении, наблюдая за ходом сражения. Сначала он планировал принести в жертву еще группу рабов, чтобы снискать благословение Хекати, но, видя, как легко идет дело, приказал первому помощнику остановить обряд.

Дак’уус лишился дара речи и с презрением посмотрел на Дастана. Впрочем, он мог его понять. Как там говорят? Бедняк разбогател — пузо выпятил? Нет, не то.

Семья Холодного Взора погрязла в долгах и процентах. Наверное, решили экономить на всем? Но не выйдет ли им эта хитрость боком? Или это просто типичный прагматизм друхиев в вопросах веры?

Дак’уус демонстративно кашлянул. Дастан Холодный Взор растерянно обернулся к нему. Молодой господин едва заметно кивнул в сторону: Алисса, благословленная Хекати, всё еще была здесь, о чем Дастан, похоже, подзабыл.

— Не экономь. Рабов и богатств здесь в избытке! — бросил Дак’уус, кивнув в сторону города. Он не стал признаваться, что ему просто любопытно увидеть мощь масштабного заклинания.

После того как новая партия рабов была принесена в жертву, верховная чародейка семьи Холодного Взора, практикующая магию Тьмы, начала плести потоки неистовых ветров Улгу. Судовые чародейки рядом с ней служили живыми источниками силы, направляя энергию, пока в самом центре Скегги не разверзся призрачный вихрь сгустившейся тьмы. Воронка, ведущая в бездну ада, медленно открылась в черте города и начала двигаться, сметая всё на своем пути и навеки поглощая каждого, кто в нее попадал.

В это время лорд Маздамунди прервал свою медитацию. Он смутно ощущал, что если снова погрузится в транс, то всё равно тут же очнется — ему нужно было понять, что это за знамение. Внезапно он почувствовал, что в поселении теплокровных вспыхнула жестокая битва, там концентрировались ужасающие ветры магии, и там же находился Пачукоко.

Пичи-Почи всё так же преданно стоял подле лорда. Маздамунди медленно опустил голову, глядя на него, и с помощью магической передачи приказал отправиться разузнать, что происходит.

Скегги — это гиблое место, одна из самых сырых точек на всем побережье перешейка Люстрии. Дождь здесь идет круглый год. Следуя традициям Норски, большинство зданий в городе были деревянными и строились на высоких сваях, чтобы хоть как-то спастись от влаги. К несчастью, в топкой жиже эта традиция работала плохо: многие сваи давно сгнили, и дома стояли вкривь и вкось, раскачиваясь от любого резкого движения.

Впрочем, после этой ночи жителям больше не придется беспокоиться о подобных мелочах. И им больше не нужно будет усердно раскачивать койки в борделях, надеясь в пьяном угаре обрушить лачугу и сбежать, не заплатив.

— Что это за шум? Тайфун начался? — недоумевали обыватели.

Ужасающий темный вихрь проносился по улицам, засасывая в себя уставших гуляк прямо вместе с домами и постелями. Некоторые исчезали во сне, не оставив и следа, словно их никогда и не было в этом мире.

Бесчисленные наемники, исследователи, авантюристы, моряки и стражники в ужасе и в чем мать родила выбегали из своих жилищ.

В дверях одной из таверн возникла давка — пьяная толпа пыталась протиснуться в узкий проход. Те немногие, кому удалось выбраться, падали в грязь у подножия лестницы. Но не успевали они подняться, как их глаза округлялись от ужаса: ревущий темный вихрь был уже совсем рядом. Мгновенно протрезвев, авантюристы испускали истошные вопли отчаяния, прежде чем исчезнуть навсегда.

Тем же, кто мирно спал лицом в тарелке у барной стойки, повезло больше — они ушли в небытие, так и не познав страха.

Дак’уус наблюдал за этой жуткой картиной в подзорную трубу, размышляя: а что было бы, окажись он и его армия на их месте?

http://tl.rulate.ru/book/152435/9749310