Готовый перевод Naruto: I became the son of Danzo Shimura. / Наруто: Я стал сыном Шимуры Данзо [Завершено]: Глава 39. Не выйдет по-хорошему — похитим Кафу

Глава 39. Не выйдет по-хорошему — похитим Кафу.

*Дзынь!*

Кафу с ледяным спокойствием развернулся и выхватил клинок. Одним ударом он отбросил длинный меч Асакуры, а в следующее мгновение приставил собственное лезвие к шее врага.

— Ч… Чего?

Всё произошло так стремительно, что Асакура попросту оторопел.

Он и опомниться не успел, как собственный меч вылетел из его рук, а лезвие намеченной жертвы уже холодно коснулось горла.

— Он ведь ещё совсем ребёнок… — разглядев лицо Асакуры, с жалостью в голосе промолвила Ноно. — Капитан, может, пощадите его?

В душе Асакуры ещё теплился страх, но слова Ноно его заметно успокоили.

— Вот именно! Если кишка не тонка, отпусти меня, и через тридцать лет…

— А у меня не тонка, — прервал его Кафу и одним движением полоснул Асакуру по горлу. Проводив взглядом его падающее тело с застывшим на лице изумлением, он повернулся к Ноно.

— Меч — не игрушка. Раз уж он обнажил клинок, то, надо полагать, был готов поставить на кон собственную жизнь.

— И ещё… я ведь тоже ребёнок, всего лишь недавний выпускник.

С этими словами Кафу зажал меч под мышкой, дочиста отёр лезвие, вложил его в ножны и, развернувшись, зашагал дальше.

— Но…

— М-м?!

Ноно хотела было что-то добавить, но, наткнувшись на суровый взгляд Юто, осеклась и умолкла.

Вскоре все отряды выполнили свои задачи и вновь собрались у врат Деревни Скрытого Песка.

В ходе задания не только отряд Кафу столкнулся с сопротивлением — другие группы тоже не избежали стычек.

Но, как и велел Сакумо, всякое сопротивление подавлялось безжалостно.

Они не желали устраивать резню, которая могла бы привести к войне на истребление между Деревней Скрытого Песка и Конохой, но и миндальничать с теми, кто сам напрашивался на смерть, никто не собирался.

Сакумо медленно обвёл взглядом оставшихся шиноби и низким голосом произнёс:

— Задание выполнено. Забирайте наших соотечественников. Возвращаемся!

— Есть!

***

Две недели спустя.

Страна Дождя, лагерь шиноби Конохи.

В скромном домике, что стоял в самом сердце лагеря, окружённый палатками, словно луна звёздами, Кафу сидел за столом напротив своего отца, Данзо.

Данзо, как и всегда, сидел с полуприкрытыми глазами. Наконец он негромко заговорил:

— Хирузен отдал строжайший приказ. Если Деревня Скрытого Песка согласится на переговоры, Коноха обязана заключить мир на любых условиях.

*Бам!*

Кафу с силой ударил кулаком по столу, едва не поддавшись гневу и не пробудив Шаринган.

— На любых условиях?!

— Именно так, — Данзо медленно открыл глаза, и в его голосе послышались мрачные нотки. — Хирузен считает, что Коноха не может позволить себе новых жертв, а потому ради мира можно поступиться некоторыми нашими интересами.

— Какое ребячество! — холодно бросил Кафу. — Деревня Песка сама развязала эту войну! Мы заплатили непомерную цену, чтобы одержать верх, так с какой стати мы должны теперь заключать мир на их условиях?

— Боится жертв? А как же те наши товарищи, что уже пали на полях сражений? Их жизни ничего не стоят? Их смерть была напрасной?!

Данзо, глядя в окно на раскинувшийся лагерь, усмехнулся:

— После такого приказа Хирузена я даже не знаю, как смотреть в глаза этим солдатам.

Впрочем, за столько лет он уже привык, что вся грязная работа, способная запятнать чью-либо репутацию, неизменно доставалась ему.

Хирузен же удостаивал всех своим появлением лишь тогда, когда нужно было снискать всеобщую любовь и признание.

— Ничего не попишешь. В конце концов, Хокаге — он, — со смешанными чувствами произнёс Данзо.

— Хирузен Сарутоби… слишком мягок, — покачал головой Кафу. — Мир никогда не достигается уступками.

Мир между великими деревнями шиноби установился не потому, что их лидеры вдруг прониклись друг к другу симпатией. Нет, чёрт возьми, это случилось лишь потому, что появился тот, кого никто из них не мог одолеть. Вот почему все вдруг стали такими сговорчивыми.

Стоило одному из них обрести Силу Шести Путей, как даже самые отважные и свирепые воины из Деревни Скрытого Облака превратились в братьев по духу, готовых петь и плясать вместе.

— Да. Мир нуждается в защите силой, достоинство добывается остриём клинка, а истина всегда на стороне сильного.

Данзо удовлетворённо кивнул, а затем на его губах заиграла насмешливая ухмылка.

— Жаль только, что истину, понятную даже моему сыну, никак не может уразуметь великий Хокаге. Уж лучше бы ты, сын мой, занял его место.

В комнате повисла недолгая тишина.

Мгновение спустя Данзо поднялся и, положив руку на плечо Кафу, сказал:

— Возвращайся в Коноху вместе с Юкино. Об остальном позаботится твой отец.

— Слушаюсь, отец.

***

Страна Дождя. Лагерь шиноби Деревни Скрытого Песка.

— Мирные переговоры? Ни за что! Я против!

Тиё в ярости уставилась на Третьего Казекаге, едва не опрокинув стол.

— Тиё-сэмпай, не упрямьтесь! — Третий Казекаге страдальчески потёр лоб. — Наша Деревня Скрытого Песка сейчас ослаблена как никогда, а Деревня Скрытого Облака и Деревня Скрытого Камня только и ждут удобного момента для нападения…

— Я не желаю этого слушать! — в гневе вскричала Тиё, прервав его. — Мой сын и его жена пали на поле боя! И ты предлагаешь мне просто так это проглотить?!

— Никаких переговоров! Только если Коноха выдаст нам убийцу моего сына и невестки!

От этих слов у Третьего Казекаге голова разболелась ещё сильнее.

Деревня Песка и так была в проигрышном положении. Предложение Конохи о мире без предварительных условий — это лучшее, на что они могли рассчитывать.

А Тиё ещё и смеет требовать от них выдать человека… Да это же просто бред!

Он был уверен, что даже окажись Коноха на грани поражения, она бы никогда не пошла на поводу у врага и не выдала бы своего шиноби в обмен на мир.

Ни одна деревня не пойдёт на такое унижение!

Если об этом станет известно, как им потом сохранять лицо в Мире Шиноби?

— Эх, Тиё-сэмпай, наша Деревня Скрытого Песка и впрямь не может больше воевать с Конохой, — вздохнул Третий Казекаге.

— Если мы будем и дальше упорствовать, вы хотите, чтобы нашу деревню стёрли с лица земли?

***

Месяц спустя.

По улицам Конохи бок о бок шли двое юных шиноби.

Один — светловолосый, другая — с волосами цвета пламени. Они разительно выделялись в толпе прохожих.

— Минато, Кафу в последнее время сам не свой, — с тревогой в голосе сказала Кушина. — Я за него волнуюсь.

С тех пор как Кафу вернулся, он вёл себя как совершенно нормальный человек. Ни одной идиотской выходки.

…И это-то и было самым странным!

— Смерть Юкино-сэмпай стала для него тяжёлым ударом. Неудивительно, что он до сих пор не может прийти в себя, — вздохнул Минато.

В боях против Шиноби из Облака он и сам потерял нескольких товарищей.

И хотя они были всего лишь боевыми товарищами, он долго не мог оправиться от их гибели. Что уж говорить о Кафу…

— Давай сегодня вечером вытащим его куда-нибудь! — Кушина решительно сжала кулачки. — Нельзя позволить ему снова отказаться, как в прошлые разы, Даттебане!

— Если он посмеет отказаться, мы его силой вытащим! Свяжем и приведём!

— Э-э… — Минато замялся. — Может, не стоит?

«Ты, похоже, не представляешь, сколько Анбу дежурит возле дома Кафу… — подумал Минато. — Если мы и вправду попробуем его похитить, нас скрутят и положат лицом в землю, не успеем мы и шагу ступить».

— Минато, Кафу — наш друг!

Кушина надулась, её огненно-красные волосы взметнулись в воздух, и она сердито уставилась на Минато.

— Именно сейчас он больше всего в нас нуждается, и мы не можем его подвести, Даттебане!

*Какая же Кушина милая, когда злится…*

Глядя на её прелестное личико, Минато совершенно потерял голову и, словно одержимый, кивнул.

— Хорошо, я во всём тебя слушаюсь, Ку-чан.

http://tl.rulate.ru/book/152221/8796583