Готовый перевод Civilization Builder: From Dark Ages to Stars / Властелин цивилизаций — от мечей к звёздам!: Глава 15

Взгляд Цзи Линя переместился к центру отряда, где возвышалась движущаяся массивная конструкция из стали.

Командный Мех — тяжёлый боевой механизм, выдаваемый губернаторами командирам подчинённых им легионов. Это были кастомизированные машины, созданные на основе стандартного вооружения, но улучшенные так, чтобы соответствовать статусу командира. Они обладали повышенной боевой мощью и служили личным транспортом для командующих.

Командир легиона в их строю управлял пятнадцатиметровым тяжёлым мехом. Бесчисленные трубки соединяли верхнюю и нижнюю части машины, её четыре толстых сочленения выглядели девственно новыми, без следов ремонта. По бокам крепились по одной 120-мм револьверной пушке, а спереди на броне расположена прозрачная кабина.

[Наименование]: Командный Мех — Гора

[Количество]: 1

[Ближний Бой Защита]: 0

[Скорость Передвижения]: 10 км/ч

[Прочность Брони]: 210

[Дальность Оружия]: 575

[Мощность Оружия]: 560

[Особенности]:

Бронебойные снаряды: Данная единица может заряжать бронебойные снаряды.

Генератор Урона: Данная единица обладает выдающейся способностью наносить урон.

Сокрушение: Благодаря внушительным размерам, данная единица может напрямую сокрушать мелкие юниты.

Надзиратель: Это подразделение является надзирателем армии. При его присутствии боевой дух/организованность всех юнитов повышается на 4 пункта, а порог распада армии значительно снижается.

Тяжёлая Броня: Этот тяжёлый юнит обладает самой толстой бронёй в свою эпоху. Если противник не имеет оружия, способного её пробить, его боевой дух падает на 50%, а собственное подразделение получает +8 к боевому духу/организованности.

[Описание]: По приказу губернатора, вперёд! Продолжать наступление!

Мощность оружия в 560 и прочность брони в 210 — эти показатели неопровержимо доказывали, что, появившись на поле боя, этот мех становился главным арбитром небольшого столкновения. Две револьверные пушки, установленные высоко по бокам корпуса, позволяли ему в полной мере использовать своё преимущество в высоте, выпуская одну за другой крупнокалиберные снаряды по стационарным целям.

Он был буквально передвижной артиллерийской установкой на ногах.

В наше время, против шквала всепроникающих взрывов, живучесть такой «жестянки» была бы ниже, чем у пехотинца, засевшего в окопе на передовой.

Командиры обычно старались быть как можно менее заметными, а не выставлять себя мишенью, которую видно на всём поле боя.

Просто в эту эпоху мощь оружия, видимо, ещё не достигла таких высот.

Командиры, управляя разнообразными стимпанк-машинами, служили символами легионов и наставляли армию в походе.

При наличии выбора, никто бы не захотел быть командиром группы мушкетов в такую эпоху.

Короткий перерыв в начале закончился.

Цзи Линь пристально смотрел в небо, где две крошечные тёмные точки неслись к их длинной, четырёхтысячной колонне.

Это, естественно, не могли быть птицы — ни одна птица не летает по баллистической траектории.

Скорость снарядов, выпущенных этими пушками, была настолько низкой, что Цзи Линь мог видеть дугу их полёта, чтобы определить точку приземления. По типу снарядов и траектории он быстро понял, что это, должно быть, миномётный огонь.

Крупнокалиберная криволинейная артиллерия.

Снаряды калибром свыше двухсот пятидесяти миллиметров.

Артиллерия никогда не стреляет одиночными выстрелами: первые два снаряда — это всегда пристрелочные.

Как только наводчики закончат калибровку, на цель обрушится шквал бомб.

Цзи Линь прекрасно это знал. Рёв вырвался из его горла, разнесясь по всем прилегающим отрядам мушкетов.

— Всем залечь!

Растерянные ряды мушкетов мгновенно пришли в движение, точно скошенная трава под порывом ветра, они повалились на землю.

Затем с неба обрушился странный звук — из-за слишком медленной скорости полёта не было отчётливого звука детонации, а лишь гулкий, затянутый шум в воздухе.

Дождь из снарядов достиг цели.

Цзи Линь не знал, сколько снарядов упало, но услышал всего шесть взрывов, однако от ударов о землю сотрясение было сильнее, чем от шести взрывов.

Не все снаряды сдетонировали, но даже не взорвавшиеся несли огромную кинетическую энергию, прочерчивая кровавые борозды в маршевой колонне. Один паровой механический паук был сбит невзорвавшимся снарядом, и последующий взрыв его парового котла уложил на землю толпу мушкетов.

Это была сцена, достойная ада, по сравнению с ней сражения с копьями не казались столь неприятными.

Однако вездесущий запах пороха в воздухе его немного воодушевил: это означало, что война наконец-то вошла в привычный ему ритм.

На далёком, растянутом горизонте показалась ещё одна группа мушкетов, одетых в похожую форму. Они шли строем к их отряду, который был прерван внезапной атакой, а позади них виднелись контуры прямоугольных ящиков.

Хриплый, искажённый голос разнёсся из громкоговорителя, установленного рядом с броней на ногах гигантского двуногого парового меха, звуча совершенно механически и безжизненно.

«Храбрые солдаты, мы подверглись вражеской атаке...»

Хоть голос и был хриплым, смысл был предельно ясен.

Им нужно было немедленно подняться и дать отпор приближающемуся противнику.

Выдержать вражеский обстрел, сохраняя строй.

— Какого чёрта...

Вновь оказавшись на поле битвы, залитом кровью и огнём, этот данж показал ему свою звериную натуру.

Проклятый мир.

Инстинкты тела кричали: отступать!

Один офицер, повернувшийся, чтобы бежать, получил попадание крупнокалиберным снарядом, его половина тела разлетелась в грязь. Эти грёбаные надзиратели, пока вели огонь по вражеской пехоте, умудрялись следить и за ними.

Револьверные пушки в руках Командного Меха зарычали; две 120-мм револьверные пушки по бокам начали извергать боеприпасы в сторону наступающей пехоты.

Один круглый снаряд упал у самой ноги Командного Меха, оставив большую вмятину в толстой броне у основания ступни. Здесь Цзи Линь смог разглядеть широкую стальную раму ноги меха. Эта простая и грубая конструкция была проявлением избытка энергии и обеспечивала беспрецедентную структурную прочность.

Вторая очередь очевидно скорректировала цель, сосредоточив большую часть снарядов вокруг Командного Меха, но точность стрельбы была ужасной: только один из пятнадцати снарядов попал прямо. Ещё два легли совсем рядом.

На этот раз он увидел чётче: из пятнадцати снарядов сдетонировали только три. Снаряд, попавший в Командный Мех, невероятно невезуче не взорвался.

Разве техника взрывателей не должна быть более развитой...

Пятнадцать снарядов, значит, артиллерия противника состоит из кратного трём количества орудий...

Ещё один снаряд, упавший рядом с Командным Мехом, влетел прямо в центр отряда викских мушкетов. Но в этот раз им так не повезло: снаряд миномёта взорвался. Если бы там был современный заряд, он бы отправил этот отряд и другие близлежащие части прямиком к небесам. Нынешняя ударная волна унесла только половину личного состава.

Сопровождавшие их механические пауки уже разбежались по полю боя на своих шести лапах. Цзи Линь не мог представить, как механические конструкции могут поддерживать столь тонкие движения. Они не бежали к линии пехоты, а двигались в другую сторону — туда, откуда прилетали снаряды.

Им нужно было срочно восстанавливать строй, даже если вражеский обстрел мог настигнуть их в любой момент. Рассредоточенные мушкеты не имели никакого преимущества в залповой перестрелке — их просто перебьют наступающие вражеские мушкеты.

Стоило им вступить в бой, как вражеские миномёты перенесут огонь на части, находящиеся глубже в тылу. Расчёт баллистики этого криволинейного оружия в эпоху без высшей математики внушал настоящий ужас.

— Чуншань! Чанхэн!

Два перепачканных солдата поднялись с земли. Цзи Линь не видел их лиц, но следом за ними поднялись и остальные, грязные солдаты, крепко сжимавшие в руках стальные мушкеты.

— В строй! В строй!

Раздались выстрелы. Цзи Линь выстрелил в небо и заорал во весь голос.

Благодаря тому, что он быстро скомандовал «Залечь», мушкеты среагировали на приказ молниеносно. После двух залпов у них не было ни одной потери, хотя это было и потому, что ни один снаряд не упал рядом с ними, но все были перепачканы грязью.

Соседние отряды тоже успели залечь, и их потери ограничились несколькими неудачниками, оказавшимися слишком близко к месту падения снарядов.

Началась зрелищная расстрельная казнь колониальной эпохи. Единственный недостаток — лорд, открывший этот данж, оказался на передовой в качестве простого пехотинца, весь в грязи.

http://tl.rulate.ru/book/152147/9689614