Готовый перевод Abyss of No Return: Emperor's Redemption / Император Небес — Путь Искупления Через Бездну!: Глава 20

Нет. — Инь Хуай покачал головой, опустив взгляд. — Они с матерью несколько дней подряд не могли нормально отдохнуть. Я к тому же мужчина, если буду слишком настойчив, боюсь, напугаю их, причиню дискомфорт и страх, поэтому не стал их беспокоить.

Но, бессмертный, почему вы упомянули их? Неужели… — боясь услышать неблагоприятный ответ, Инь Хуай не осмелился продолжить.

Пусть он и не так искусен в могущественных даосистских практиках, как бессмертный Ли Чуань, но даже такой глупый, как Инь Хуай, понимал: если Ли Чуань упоминает эту мать с дочерью в такой момент, дело наверняка не так просто.

Тук-тук-тук!

Снаружи послышался стук в дверь.

Господин Инь, вы в комнате?

Я здесь.

Приведя себя в порядок, Инь Хуай направился к двери и распахнул её, встретившись взглядом с сияющей улыбкой услужливого официанта.

Что случилось?

Господин, вы совсем забывчивы. Вы сами наставляли меня вчера вечером.

Официант поднял принесённую под мышкой коробку с едой и, улыбаясь, продолжил: — Я пришёл отнести еду в ту комнату. Это лучшие блюда нашего заведения. Но никто не ответил на стук. Я увидел, что вы вернулись с улицы, вот и пришёл спросить, что мне делать с этой едой…

Они вышли по делам и ещё не вернулись. Отдайте мне, я отнесу им позже.

Тогда побеспокою вас, господин. Если вам или вашим спутникам что-то понадобится, просто скажите. А я пойду по делам.

Угу.

Закрыв дверь, Инь Хуай крепко сжал в руках коробку с едой, его взгляд стал необычайно тяжёлым.

Услышав шаги официанта, спускающегося вниз, Ли Чуань взмахнул рукавом, и трое бесшумно оказались в комнате матери и дочери. Еда, принесённая вчера вечером, была нетронута: даже палочки для еды лежали на прежних местах.

Увидев эту сцену, Инь Хуай побледнел и потерял дар речи.

Как такое возможно? — с изумлением спросил Юнь Жэнь.

Как бы ни была реальна картина, которую ты видишь, если это иллюзия, она обязательно имеет изъяны, какими бы убедительными они ни казались. — Ли Чуань посмотрел на Инь Хуая. — Ты ведь, насколько я помню, видел вчера шрамы на теле той матери?

Простите, бессмертный, я не нарочно подслушивал, я просто…

Ничего. По её словам, они всей семьёй покинули прежнюю деревню и больше не подвергаются упрёкам свекрови. Старые раны за полгода побледнели, но… — Ли Чуань поднял своё запястье. — Раны на запястье свежие, видно свежую плоть под ними.

Ли Чуань подошёл к столу, взял остывший заварочный чайник и слегка наклонил его. Капля чая с носика упала на плиточный пол.

Что вы этим хотите сказать, бессмертный? — недоумённо спросил Юнь Жэнь.

Птица пролетая, оставляет след на звуке, человек, проходя, оставляет след. Любое действие в мире оставляет отпечаток. Но когда она вчера говорила о боли, слёзы в её глазах падали на землю, подобно этой капле чая. Однако… на полу нет ни малейшего пятна влаги.

Иллюзия остаётся лишь иллюзией. Это всё равно что сон во сне, и никогда не станет правдой. — Ли Чуань закрыл глаза и тихо произнёс: — Эта мать и дочь умерли ещё до того, как пришли в город Канлэ.

Услышав это, Инь Хуай и Юнь Жэнь замерли от шока, не в силах произнести ни слова.

А они… они знают, что мертвы? — спросил Инь Хуай, крепко сжимая коробку с едой.

Ли Чуань покачал головой: — Они забыли день своей смерти. Они помнят лишь то, о чём мечтали перед смертью: дождаться возвращения своих мужей и отцов.

Как такое могло случиться? Они так сильно ждали, почему же они умерли? — В глазах Инь Хуая читалось непонимание, он пришёл в возбуждение. На лице мелькнула даже ненависть: — Неужели тот, кого они ждали, убил их? Расписывал свою праведность и добродетель, увёл их из деревни, сфабриковал ложь и ушёл, а затем нашёл способ их убить?

Инь Хуай, что ты такое говоришь!

Инь Хуай, в глазах которого читалось смятение, пристально смотрел поверх своего взгляда: — Должно быть, так и было, точно так и было.

Инь Хуай! — Юнь Жэнь подошёл, схватил Инь Хуая за плечи и начал трясти, пытаясь вернуть ему рассудок. Но Инь Хуай уже не слышал внешних звуков, полностью погрузившись в свой собственный мир.

Бессмертный…

Юнь Жэнь не успел закончить, как Ли Чуань уже оказался рядом с Инь Хуаем. Он собрал немного маны в кончиках пальцев и направил луч духовной силы в лоб Инь Хуая, произнеся спокойным голосом: — Успокойся.

С помощью духовной силы Ли Чуаня Инь Хуай пришёл в себя, но его глаза утратили прежнюю радость. Он с величайшей виной произнёс: — Я не знаю, почему в моей голове возникли такие воспоминания. Простите меня, бессмертный Ли Чуань…

Когда я вливал духовную силу в твоё море сознания, я ощутил там силу какого-то заклинания. Вероятно, кто-то с помощью заклинания запечатал часть твоих детских воспоминаний. Похоже, туман с гор У Инь повлиял на тебя и заставил вспомнить всё.

...Это Учитель.

Теперь он вспомнил: был такой момент, когда его наставник читал заклинание над совсем юным им.

Инь Хуай горько усмехнулся, горечь в глазах, голос дрожал: — В воспоминаниях моего детства всегда был отрывок, где я делю пирожные со своей мамой. Они были такими вкусными, и нам так редко доводилось их пробовать. Но я и подумать не мог, что те пирожные из воспоминаний были ядом.

Если бы я тогда не был так мал и не съел мало пирожных, и если бы тогда не встретил Учителя, то, вероятно, разделил бы участь своей матери и покинул бы этот мир.

Это Учитель позволил мне расти беззаботным до сих пор.

Привыкший к шумному и живому Инь Хуаю, Юнь Жэнь смотрел на наступившего на себя Инь Хуая, ощущая в сердце бурю смешанных чувств, его взгляд был полон сложности.

Он наконец понял, почему Инь Хуай так отчаянно помогал той матери с дочерью и отдал им свой пропуск на лодку. Он тоже соприкасался с тем туманом, но, в отличие от Инь Хуая, он помнил горы с тех пор, как себя помнил. Об отце и матери у него не осталось никаких воспоминаний.

Всему в мире есть своя причина и следствие. Как только возникает мысль — следствие следует за причиной. Мысль не связана со злом или добром, она целиком привязана к чувству, которое трогает душу. Среди множества чувств, следовать сердцу и быть добрым — великая редкость в мире. Вы двое следовали сердцу и творили добро другим. Это и есть высочайшее чувство доброты. Не позволяйте эмоциям смущать вас и нарушать ваш истинный покой.

Слова Ли Чуаня были подобны животворящему роднику, напоившему сердца обоих.

Благодарим бессмертного Ли Чуаня за наставление. — Юнь Жэнь и Инь Хуай произнесли хором.

Но почему же мать с дочерью оказались в таком положении? — Юнь Жэнь с недоумением спросил.

Ли Чуань медленно произнёс: — Я уже говорил, у всего в мире есть причина и следствие. Раз эта мать с дочерью достигли этого места, значит, их кармическая причина уже созрела. Тот, кого они ждали, действительно добрался сюда и даже смог осуществить своё желание.

Если он добрался сюда, а мать с дочерью были здесь уже давно, почему же он не вышел, чтобы встретиться с ними? — недоумевал Инь Хуай.

Ты знаешь, где сейчас находятся эта мать с дочерью? — спросил Ли Чуань.

После того как я расстался с ними, судя по направлению, куда они ушли, они, должно быть, пошли в храм Сяньду, чтобы исполнить обет. — Инь Хуай честно ответил.

Его взгляд упал на остывшую еду на столе. Глаза Инь Хуая наполнились болью: — По времени они уже должны были вернуться из храма Сяньду. Раз их нет, значит, они уже не вернутся. Прошло так много времени, я даже не знаю, где они сейчас.

Они вернутся, и ты знаешь, где они находятся. — В словах Ли Чуаня послышалась твёрдая уверенность.

Я знаю?

Да. — Ли Чуань посмотрел на Инь Хуая и медленно продолжил: — Ты помнишь, куда ты следовал за ними вчера?

Помню. Они пошли к разрушенному храму за городом. Вокруг того храма лежали трупы всех умерших. Это совершенно не место для живых. — Вспоминая сцену вчерашнего дня, Инь Хуай всё ещё чувствовал сострадание. Узнав, что мать и дочь уже мертвы, его сложные эмоции стало невозможно унять.

Почему бессмертный Ли Чуань упоминает это место? Там… — Инь Хуай внезапно понял, о чём идёт речь, и посмотрел на Ли Чуаня: — Вы хотите сказать, что они сейчас находятся именно там?

Да. — Ли Чуань медленно произнёс. — Хотя они и мертвы, но для поиска человека или исполнения обета, оставаться в городе было бы лучшим выбором. Но они решили жить там. Должно быть, для этого есть причина.

http://tl.rulate.ru/book/152126/10715921