Готовый перевод Game of Thrones: Rewriting Fate with Dragon Fire / Игра престолов: я переписываю судьбы с драконом!: Глава 37

Ночь, словно тяжелая бархатная завеса, накрыла Миэрин. Дневная суета и жара отступили, уступив место тревожной тишине, словно весь город скорбел о трагедии, произошедшей где-то далеко. На верхнем этаже Великой пирамиды, в личном кабинете Дейенерис, горело всего несколько колеблющихся масляных ламп, которые вытягивали тени четырех человек и искажали их на стенах, инкрустированных древними гискарскими иероглифами.

Воздух был настолько плотным, что из него, казалось, можно было выжать воду. Дейенерис Таргариен, сняв с себя дневное величие королевы, была одета в простое темное платье и свернулась калачиком в огромном кресле, застеленном толстой овчиной с картой, с бледным лицом. Перед ней стояли три столпа, на которых она больше всего полагалась: Чжоу Хао с невозмутимым видом, как древний глубокий колодец; сир Барристан Селми, прямой, как сосна, но с глубокой тревогой на лице; а сир Джорах Мормонт был похож на встревоженного зверя в клетке, расхаживая взад и вперед в ограниченном пространстве, и его кольчуга издавала легкий шорох.

— Мы должны немедленно отправиться в поход на запад! — Джорах внезапно остановился, нарушив удушающую тишину, и его голос от волнения немного охрип. Он размахивал своими сильными руками, словно желая рассечь тьму перед собой: — Прямо сейчас! Пока Ланнистеры и их приспешники упиваются этой гнусной победой, а ненависть северян и жителей Речных земель кипит, как масло в котле! Ваше Величество, как только мы поднимем знамя мести за Старков, корабли поднимут паруса, драконы расправят крылья, и разъяренные жители Вестероса непременно встретят королевскую армию с едой и питьем! Это наш единственный шанс!

Свет лампы плясал в его глазах, отражая почти фанатичное желание воевать. Он жаждал доказать свою ценность блистательной победой, искупить прошлые прегрешения и, что еще важнее, продемонстрировать Дейенерис свою преданность и храбрость.

Сир Барристан медленно покачал головой, и его седые волосы заблестели серебром в свете ламп. Его голос был ровным, но с тяжестью груза в тысячу цзиней: — Сир Джорах, я понимаю твой гнев, жажда мести жжет наши глотки, как крепкий спирт. Но прошу тебя, подумай спокойно. — Его старческий, но острый взгляд скользнул по карте далекого Вестероса. — Наша армия, Безупречные хоть и элитны, но их количество ограничено; армия, состоящая из вольных людей, недостаточно обучена, недисциплинированна и не способна вести тяжелые бои. Наш флот, как наши трофейные корабли могут противостоять королевскому флоту и огромному флоту наемников Ланнистеров?

Он подошел к карте и провел своими костлявыми пальцами по Узкому морю, указав на Королевскую Гавань: — Мы как группа уставших путников, которые только что нашли место, где можно спрятаться от ветра и дождя, в то время как враги — это львы, которые отдохнули и контролируют все королевство. Безрассудно отправляться в дальний поход, пересекать кишащее штормами Узкое море и сталкиваться с врагами, которые ждут нас во всеоружии, это не храбрость, это... самоубийство. Дело Вашего Величества, надежда Матери Драконов, не может быть похоронена в порыве мстительного огня. — Его слова, словно ледяная вода, облили горячее предложение Джораха.

Дейенерис, съежившись в кресле, слегка дрожала, и два совершенно разных голоса яростно сталкивались в ее голове. Предложение Джораха было полно искушения, прямолинейно, приятно и соответствовало ее нынешнему горящему желанию мести. Но спокойный анализ Барристана, словно ледяные цепи, вернул ее к жестокой реальности. Она подсознательно перевела взгляд на ту восточную фигуру, которая молча стояла с самого начала.

— Господин Чжоу Хао, — в ее голосе чувствовалась едва уловимая усталость и зависимость, — что вы думаете?

Чжоу Хао встретился с ней взглядом, его глаза были глубокими, словно могли видеть сквозь туман перед собой и достигать всевозможных возможностей в будущем. Он не ответил прямо на вопрос о походе на запад, а медленно подошел к карте, и его палец указал не на Королевскую Гавань, а слегка коснулся Близнецов, где произошла трагедия, а также обширного Севера и Речных земель.

— Ваше Величество, господа, — его голос был ровным, но с особой проникающей силой, которая заставила даже встревоженного Джораха на время замолчать, — Красная свадьба действительно ужасная трагедия. Но это скорее зеркало, отражающее нынешние основы правления Железного Трона — бесстыдное предательство и крайний террор.

Он сделал паузу, чтобы вес слов осел. — Тайвин Ланнистер этим ходом временно устранил военную угрозу Севера и укрепил свою власть. Но давайте подумаем, — его палец скользнул по карте, — семья Фреев таким образом захватила власть над Близнецами, неужели другие семьи Речных земель искренне подчинятся им? Семья Болтонов предала своего сюзерена, неужели северные семьи Амберов, Мормонтов, Кастарков и другие будут добровольно подчиняться живодеру?

Его взгляд скользнул по троим: — Нет. Семена ненависти уже глубоко посажены и ждут своего часа, чтобы прорасти. Правление Ланнистеров кажется прочным, но на самом деле они сидят на вулкане, покрытом трещинами.

В конце концов он остановил свой взгляд на Дейенерис: — Поэтому, Ваше Величество, сейчас мы должны не немедленно атаковать кажущуюся прочной крепость герцога Тайвина. Это будет как раз то, что он задумал, он будет ждать нас в безопасности и рассматривать нас и наших драконов как иноземных захватчиков, объединив силы Семи Королевств, чтобы окружить и подавить нас.

— Что же нам тогда делать? — Дейенерис невольно подалась вперед, и пылающий гнев в ее пурпурных глазах постепенно сменился лучом размышления.

— Мы должны разжечь огонь ненависти, который уже распространился вокруг крепости, — голос Чжоу Хао был отрывистым, — и позволить ему превратиться в пожар, достаточно сильный, чтобы уничтожить все. Мы должны позволить жителям Вестероса самим осознать, что правление Ланнистеров приносит только предательство и смерть, а Вы Ваше Величество, — он глубоко посмотрел на Дейенерис, — принесете порядок, справедливость и возрождение.

— Как зажечь его? — не удержавшись, спросил Джорах, в его голосе было меньше нетерпения и больше исследования.

— Нам нужны союзники, нам нужна информация, нам нужны глаза и руки, которые первыми ступят на Вестерос, опередив основную армию, — голос Чжоу Хао был ровным и твердым, — нам нужно дать понять недовольным силам, что Мать Драконов вот-вот вернется, но она не очередной завоеватель, а знамя освободителей и мести. Нам нужно связаться с принцем Дораном Мартеллом из Дорна, у которого кровная вражда с Ланнистерами; нам нужно проверить семью Тиреллов из Хайгардена, их верность льву не монолитна; и даже нам нужно найти остатки сил Севера, дать им надежду и поддержку.

Баристан Селми проницательно взглянул на него, в его глазах мелькнуло восхищение, и он слегка кивнул:

— Точка зрения господина Чжоу Хао глубоко проникнута в суть стратегии. Избегать их сильных сторон и атаковать их корни. Это гораздо умнее и надежнее, чем прямая атака.

Джорах открыл было рот, чтобы возразить, но понял, что логика Чжоу Хао безупречна. Он пробормотал себе под нос и был вынужден признать, что такая стратегия действительно более дальновидна, хотя и требует больше терпения, которого ему как раз и не хватает.

Стратегическое совещание продолжалось до поздней ночи, и в итоге был достигнут консенсус: пока не проводить масштабную Западную экспедицию, но немедленно начать проникновение и обустройство в Вестеросе. Баристан и Джорах один за другим попрощались, и в кабинете остались только Дейенерис и Чжоу Хао, а также бескрайняя ночная тьма за окном.

Дейенерис глубоко вздохнула, словно сбросив с плеч груз в тысячу цзинь, но усталость на ее лице стала еще глубже. Она подошла к окну, глядя на далекую черную гладь моря, и тихо сказала:

— Каждый раз, когда я принимаю такое решение, я чувствую, будто бросаю кости в бесконечной тьме. Чжоу Хао, если бы не ты... я бы, наверное, действительно позволила гневу ослепить себя и приняла бы необратимое решение.

В ее голосе слышалось запоздалое опасение и глубокая зависимость.

Чжоу Хао подошел к ней и встал рядом.

— Ваше Величество, у вас есть храбрость дракона и пламя, это ваша врожденная сила. Все, что я делаю, это предоставляю зеркало, чтобы вы могли видеть тернии и ловушки на пути впереди. Настоящее решение всегда остается в ваших руках.

В его словах не было самовосхваления, только спокойная помощь.

Дейенерис повернулась, лунный свет очерчивал ее тонкий профиль, и ее фиолетовые глаза казались особенно яркими в темноте.

— Знаешь? Иногда мне кажется, что ты лучше меня понимаешь, что такое правление, что такое ответственность. Ты всегда видишь дальше.

Чжоу Хао слегка покачал головой:

— Нет, Ваше Величество. Я вижу уроки истории и возможное будущее. А вы творите новую историю. По этому пути никто не ходил, и каждый шаг полон неизвестности. Ваша храбрость и решимость — вот самая главная сила.

Воцарилось молчание. Они вдвоем смотрели в окно, каждый со своими мыслями, но при этом странным образом чувствовали душевную близость. В условиях огромного давления и бескрайней тьмы они были самой важной опорой друг для друга. Чувство, выходящее за рамки отношений между правителем и подданным, союзниками, в эту тихую ночь незаметно росло, как ночная фиалка, распускаясь незаметно для всех.

http://tl.rulate.ru/book/151521/9011246