Готовый перевод Eternally Regressing Knight / Вечно регрессирующий рыцарь - Архив: Глава 506 – Приветствия

Путешествие из Мартая на Восток оказалось не таким утомительным, как ожидал Дунбакель. Хотя встреча с магическими тварями была неизбежна, их число заметно сократилось.

И это не вызывало удивления. По всему пути от Пограничья до Мартая были возведены караульные посты, где солдаты по очереди истребляли магических существ и обороняли укрепления. Любопытно, что здесь не наблюдалось роста бандитизма, который обычно расцветал в других частях континента, когда магические твари отступали. В других местах с увеличением безопасности и потока путников, на их место приходили бандиты. Но в этом регионе всё было иначе.

«Пойман за воровством – лишишься руки. Пойман за грабежом – лишишься головы».

Командир Пограничья, ставший теперь лордом Мартая, правил с той же суровостью, что и раньше. Это гарантировало, что преступные гильдии не смогут закрепиться в регионе. Иногда туда наведывался Миеллун, один из Лягухов, исключительно ради развлечения, наслаждаясь тем, как жестоко он избивал наёмников и фехтовальщиков, затевавших беспорядки.

— Считаешь это несправедливым, — говорил Миеллун, — приходи в Пограничье.

Новое увлечение Миеллуна – наведываться в Мартай на «прогулку» – объяснялось ростом числа сильных воинов в Пограничье. Ходили слухи, что тех, кто по глупости принимал его вызов, этот мускулистый воин заставлял проходить изнурительную подготовку. Дунбакель слышала подобные истории по пути и кивнула, соглашаясь, – они звучали вполне правдоподобно.

Поскольку Пограничье тренировало сильных солдат и вкладывало значительные средства в вооружение, Мартай последовал их примеру.

— Мы что, позволим репутации Пограничья пошатнуться?

Торрес неустанно тренировал свои войска. Он не желал, чтобы прославленное Пограничье потеряло свой статус под его командованием. В рамках обучения Торрес назначал отряды для несения службы на постах, и, как и задумал Крайс, Мартай начал возводить собственные аванпосты.

Благодаря безопасным дорогам, соединяющим Пограничье и Мартай, караваны купцов потянулись по этому пути, превратив его в оживленную торговую артерию. Мартай, и без того бывший воротами для редких реликвий с Востока, расцвёл. Восточные товары и артефакты были ценны, и хотя торговая гильдия Рокфрида могла бы монополизировать эту торговлю, они благоразумно воздержались, забирая только необходимое и оставляя остальное. Не вмешиваясь в дела торговцев восточными реликвиями, они создали условия, при которых купцы могли свободно путешествовать, лишь бы платили пошлины. В результате торговые гильдии по всему континенту стали считать Пограничье важнейшим торговым узлом, что привело к коммерческому буму. Хотя Мартай не имел особых отличительных черт, а плодородные земли «Зелёной Жемчужины» всё ещё осваивались, процветающая торговля естественным образом способствовала притоку крон. Эта новообретенная процветание объясняло царившую в городе суету.

Дунбакель, как и велел Энкрид, нашла Торреса и обеспечила себя всем необходимым.

— Направляешься на Восток? Опасно. Но ты же с Энкридом, верно? Делай, что хочешь, — заметил Торрес, добавляя:

— Может, тебе ванну набрать?

Взлохмаченный вид Дунбакель ясно говорил о том, что она не мылась несколько дней.

— Не нужно. Я ухожу немедленно.

Всё ещё грязная, она покинула Мартай и направилась на восток. Сначала её встретила обширная пустошь, и вскоре она оставила позади районы, лишённые магических существ и бандитов. Появились новые магические твари – например, двуглавая ящерица, одна голова которой, щёлкая зубами, создавала искры, а другая выдыхала газ. Вместе головы производили вспышки пламени. Эти существа, остатки легендарных огнедышащих саламандр, когда-то спустившихся на континент, считались подвидом, метко названным огненными ящерицами или, более грубо, двуглавыми ящерицами в некоторых регионах. Встречались они нечасто.

Убивая магических тварей на своём пути, Дунбакель продолжала движение. Путешествие на Восток было долгим, и по мере того, как накатывала скука, её мысли начали блуждать.

«Хроники путешествия Дунбакель на Восток».

Возможно, ей стоит составить рассказ о своих подвигах. На ум пришёл подзаголовок: «Сказки о пчёлах, опьянённых цветами». Все, включая Энкрида, неизбежно попадутся на её чары.

«Стоит ли вычеркнуть Рема?»

Он женат, а Аюл – добрая душа, которая заботилась о ней во время её пребывания на Западе.

По пути в восточный пограничный город Дунбакель дважды чудом избежала смерти – долгая, но в то же время короткая история.

Когда она наконец встретила правителя Востока, Короля Наёмников Ану, его первыми словами были:

— Эй, этот ублюдок лишился пальцев? Почему он не отвечает на мои письма?

Ану жаловался на отсутствие ответа от Энкрида. Тёплые приветствия отсутствовали, но это не имело большого значения. Разве её когда-нибудь встречали тепло?

— Не мои проблемы, — равнодушно ответила Дунбакель.

Король оглядел её.

— Зачем ты здесь?

— Отдохнуть.

Её небрежное замечание заставило свиту короля напрячься. Неужели эта слабоумная зверолюдь насмехается над ними?

Дунбакель, не смущаясь, уверенно заявила:

— Присматривайте за мной.

***

Тем временем Крангу надоела политика. Взгляните на текущую ситуацию:

— Кажется, на Энкрида обращено много глаз, — сказал кто-то.

— Почему? Они боятся, что я заберу их землю и отдам Энки, если мы поладим?

Маркиз Окто усмехнулся.

— Что поделаешь? Укрепление монархии беспокоит дворян.

Кранг барабанил пальцами по подлокотнику кресла. Почему эти пиявки всегда воскресают, сколько бы он их ни искоренял? Как летние комары, эти вредители продолжали появляться.

Некоторые землевладельцы с границы роптали на слишком большой участок Энкрида, а кое-кто даже угрожал силой захватить его части.

— Они что, сошли с ума?

Если они хотели умереть, пытаясь это сделать – что ж, пусть будет так. Кранг отверг их жалобы, предупредив, что любой ущерб от вооружённых конфликтов ляжет на их ответственность. Некоторые дворяне, возможно, движимые суицидальным порывом, согласились. Конечно, подстрекательство со стороны соседних государств тоже сыграло свою роль в разжигании этого пламени. Но что ещё можно сказать тем, кто сам устремился навстречу своей гибели?

— Что ж, ничего не поделаешь. Кажется, Аспен проявляет беспокойство, не так ли?

Когда с сезонными дождями наступила осень, Кранг посмотрел на листья, которые медленно краснели.

— Мы отслеживаем все маршруты и собираем информацию. Моё суждение таково: да, они готовятся к войне, — ответил маркиз Баисар, сидевший рядом с маркизом Окто.

Напротив, за столом, Маркус Баисар тихо ел. Это была встреча-завтрак и одновременно пир, хотя и скромный, со стейком, жареной брокколи и картофельным пюре. Кранг ненавидел расточительство – чувство, рождённое в детстве, когда он видел, как люди умирают от голода по всему континенту. Он считал, что сокращение королевского стола может спасти десятки, даже сотни жизней. Хотя некоторым дворянам такой подход не нравился, поскольку они видели в нём посягательство на их привилегии, Кранг не наказывал их прямо. Вместо этого королевская семья показывала пример, воспитывая культуру ответственности и заботы о народе.

И всё же недовольство сохранялось – жалобы на его фаворитизм по отношению к Энкриду, на недостаточную подготовку Рыцарей и тому подобное. А теперь Аспен начал действовать. Стоит ли им отводить Рыцарей с южной границы для сражения? Могут ли они позволить себе отвлечь войска из Оары? Рыцари станут решающей силой в грядущей войне, которая, несомненно, перерастёт в нечто большее, чем просто стычки. Аспен не остановится ни перед чем, чтобы завладеть «Зелёной Жемчужиной».

Но что придавало им такую уверенность?

Если бы Кранг был королем Аспена, он бы склонил голову и выжидал. Однако их действия предполагали, что им есть на что полагаться. Возможно, как и Энкрид, они видели в неудаче не конец, а возможность попробовать снова.

— Вы хотите сказать, что если Аспен перейдёт черту, Энкрид должен остановить их, используя только силы Пограничья?

Некоторые дворяне сеяли смуту, пытаясь подорвать авторитет Генерала Энкрида. Они распространяли слухи о том, что он должен выполнять свой долг как лорд города, построенного для защиты от Аспена, и как надзиратель региона. Казалось, у этих людей не осталось совести. Неужели они забыли, что он был провозглашён Героем Гражданской Войны и Убийцей Демонов?

Ну, возможно, провинциальные дворяне просто не до конца осознали заслуги Энкрида. Даже сейчас их единый голос во многом определялся именно этими местными лордами. Среди них были и те, кто недоволен тем, что территория графа Молсана фактически управляется как королевский домен. Некоторые из этих глупцов считали, что части графских земель станут их собственностью, когда Моласан умрёт.

Кранг задал вопрос, и маркиз Баисар кивнул.

— Максимум, им придётся продержаться всего месяц, прежде чем королевские войска смогут оказать подкрепление.

Эти подкрепления могут включать Рыцарей. Всего месяц – этого хватит, чтобы создать видимость сопротивления. Фасад, да, но достаточный, чтобы показать, что Пограничье выполняет свою роль и что Энкрид заслуживает своего положения.

— На всякий случай я подумываю отправить войска виконта Эндрю. От него будет достаточная помощь.

Маркус проглотил кусок мяса и продолжил. Эндрю был лордом города недалеко от столицы, чьи силы стремительно крепли при королевской поддержке. Как и предложил Маркус, он действительно будет полезен. Кранг кивнул, понимая, что пришло время лично написать ещё одно письмо.

— Этот парень занят или что? Почему он не ответил?

Сам Кранг отправил более десяти писем, но от Энкрида не было никакого ответа. Если он вернулся, разве он не должен ответить? Должно быть, прошло уже какое-то время с его возвращения с Запада.

***

«Неужели он совсем не думает? — размышлял Энкрид, читая письмо Короля Наёмников. — Или, может быть, несмотря на то, что он умелый боец, он просто не очень умён».

В нём его убеждали прислать ответ, хотя содержание не было особенно важным. Почему он так настаивал на обратной связи?

Король Наёмников, возможно, мог отправлять письма через своих людей, но чтобы Энкрид послал ответ из Пограничья, потребовался бы как минимум отряд солдат. До сих пор он оставлял ответы в Мартае, полагаясь на восточных посыльных, чтобы те доставили их обратно. Для успешной переписки необходимо было согласовать сроки. Энкрид был занят, перемещаясь между городом Оара и Западом. И всё же этот человек ворчит, что не получил ответа? Даже если он не знал всех обстоятельств, это не казалось поводом для срочных писем.

Энкрид тщательно разбирал груду корреспонденции, накопившуюся в его отсутствие. Большинство писем были от Короля Наёмников Ану и Кранга, хотя некоторые оказались совершенно легкомысленными. Были письма с признаниями в любви, некоторые утверждали, что влюбились в него с первого взгляда, и даже от дворян с предложениями встретиться с их дочерьми. Исключая письма от двух королей, половина представляла собой предложения о браке, четверть ставила под сомнение его заслуженную репутацию, а оставшаяся четверть была от торговцев и организаций, ищущих его благосклонности.

— Похоже, взятки тоже сыплются как из рога изобилия, а?

Энкрид просматривал письма и набрасывал краткие ответы, спрашивая Крайса:

— Да, немало. Хочешь чего-нибудь?

— Нет.

Ему ничего не было нужно. Хотя он планировал купить новый комплект доспехов, при необходимости он мог легко воспользоваться средствами Крайса. По сути, для него уже было подготовлено снаряжение на заказ, включая гамбезоны, кольчугу и пластинчатые доспехи. Один из гамбезонов был окрашен в тёмно-синий цвет с вышитым золотым мечом. Тот, кто его проектировал, казалось, оставил чувство эстетики где-то в бездне. Но он был прочным – подкладка из меха волка-мутанта, набивка из перьев совомедведя. Немного тяжёлый, но посильный.

После составления и упорядочивания ответов Энкрид надел доспехи, пристегнул меч Акер к боку и закрепил три метательных ножа на груди. Он вышел из своего скромного кабинета, и Крайс спросил:

— Куда ты направился?

— Нанести визит.

— Кому?

— Одному дворянину.

Крайс сразу понял, что задумал Энкрид. Был один дворянин, который посылал за ним неуклюжих убийц и часто создавал проблемы. Владения этого дворянина находились между Пограничьем и территорией графа Молсана. Это было не маленькое, но и не особенно сильное поместье. Недавно дворянин усыновил сына, утверждая, что мальчик обучен мастером боевых искусств, который теперь проживал в поместье. С тех пор лорд становился всё более дерзким, говоря так, будто часть земель графа Молсана по праву принадлежит ему, и пренебрежительно называя Энкрида просто удачливым фехтовальщиком.

— Ты идёшь один?

Крайс встал, готовый следовать за ним. Он сидел за столом вооружённый и готовый, явно планируя уйти. Была ли необходимость брать с собой ещё людей? Энкрид решил, что нет. Это ничем не отличалось от обычной прогулки.

Энкрид отправился в поместье дворянина.

Сочтя, что одному идти скучно, Рем решил присоединиться.

— Пойдём вместе. Мне скучно.

Рагна отмахнулся от этой идеи и вернулся ко сну, а Луагарн сосредоточилась на тренировках с момента возвращения с Запада. Фэл оставался несколько подавленным в дождливую погоду, в то время как Ропорд был, как обычно, энергичен. Глубокие ночи сезонных дождей, разговоры в свободное время и изнурительные тренировки – вот чем были отмечены их дни. После нескольких дней дождя, наконец, настало ясное небо и более прохладная погода – идеальная для прогулок и передвижения.

— Ты собираешься его убить? — спросил Рем по дороге.

— Не отрубай ему голову сразу, — ответил Энкрид, когда они неторопливо начали своё путешествие.

Поместье находилось слишком далеко, чтобы идти пешком напрямую, и им предложили экипаж, но Энкрид отказался. Он хотел идти пешком, чтобы очистить разум от слабых, но неуловимых намёков на предстоящий путь, а также от любых праздных мыслей. Около десяти дней они не спеша шли, тренировались и охотились по пути.

В конце концов они достигли владений дворянина. Как по удачному стечению обстоятельств, дворянин только что отправился на охоту за монстрами. На границе поместья Энкрид встретил дворянина в сопровождении его сына и двадцати слуг. Рядом с Энкридом был только Рем.

http://tl.rulate.ru/book/150358/8944274