Готовый перевод Eternally Regressing Knight / Вечно регрессирующий рыцарь - Архив: Глава 496 – Восстановление и дальнейшее

«Стоит ли называть это даром от Перевозчика?

Нет, это будет неверно.

В конце концов, Перевозчик не толкал меня в пустыню.

Может, это дар от того шамана, чью раскроенную голову я раскроил, прежде чем сбежать?

Нет, все это ложь.

Это была случайность, удача.

Но если сказать иначе, это стало возможным благодаря всем отчаянным попыткам ухватиться за возможности, которые я предпринимал до этого».

Энкрид прекратил размышлять и встал.

Он хотел проверить кое-что на своем теле, но сначала нужно было полностью восстановиться.

Так называемое «Регенерирующее Тело» бесконечно перерождается.

Следовательно, движение только улучшит его состояние.

Это не имело под собой никакой научной теории, лишь инстинктивное ощущение.

По крайней мере, он больше не испытывал мучительной боли.

Когда он начал есть кашу и пить воду, то почувствовал, что постепенно стабилизируется.

— Тебе пока не стоит двигаться, — предупредил Энри, пытаясь отговорить его.

— Думаю, я справлюсь, — ответил Энкрид, качая головой.

— Это просто невероятное восстановление, или в твоих предках были Лягухи?

— Это результат постоянных тренировок, — буднично ответил Энкрид.

Хотя Энкрид говорил правду, Энри это показалось шуткой.

Не может же человек, чудом избежавший смерти от обезвоживания, восстановиться за два дня, а на третий бодро расхаживать.

Тем не менее, его движения не вызывали никаких проблем.

Разминая руки и сгибаясь, чтобы размять мышцы, Энкрид заметил нескольких Сторонников Запада, которые кивали ему в знак приветствия.

— Уже двигаешься?

— Похоже на то.

— Как и ожидалось.

Сторонники Запада обосновались здесь, и никто не осмеливался им перечить.

Поначалу было сопротивление, но теперь его не было.

Эта маленькая деревня-оазис, безымянная и едва защищенная низкими стенами, теперь фактически находилась под контролем Сторонников Запада.

Один-единственный бой решил исход.

Деревня служила убежищем для преступников, бегущих с континента, или изгоев с Запада. Несмотря на наличие оазиса, она была слишком мала и уныла, питаясь лишь крохами из пустыни.

На запад – пустыня, на восток – бесплодные пустоши.

Несколько глупых местных жителей, не в силах сопротивляться своим привычкам, бросили похотливые взгляды на некоторых женщин Сторонников Запада и начали распускать руки.

— Эй, вы не знаете, что за проживание здесь нужно платить дорожный сбор?

Это замечание исходило от заместителя главаря банды, которая заняла оазис и образовала преступную гильдию.

Возможно, потрепанное снаряжение Сторонников Запада и их истощенный вид сделали их легкой мишенью — или, возможно, этот человек был просто идиотом.

Жизнь рядом с Западом должна была научить его, насколько безжалостными могут быть Сторонники Запада.

Для Рема и невежество, и дерзость были непростительны.

Поэтому, не сказав ни слова, он взмахнул топором.

Энкрид этого не видел, но, по словам Энри, топор Рема исполнил трюк — он расколол голову мужчины, прежде чем вернуться в руку Рема.

В тот момент Энкрид был все еще без сознания.

— Ты очнулся?

Когда Рем закончил зачищать деревню, Энкрид очнулся в третий раз, и обнаружил, что над ним нависло лицо Рема.

Он на мгновение задался вопросом, не попал ли он в ловушку кошмара.

— Я сплю?

Благодаря заботливому уходу Энри говорить стало намного легче.

— Тебе приснился плохой сон? — спросил Рем, не выказывая ни малейшего беспокойства.

— Нет.

— Тогда о чем ты говоришь?

— Убери свое лицо.

— Черт, вот так ты приветствуешь того, кто пришел тебя навестить?

— Да.

Сзади Аюл потянула Рема и добавила:

— Просьба вполне разумная.

На самом деле, Рем не был так уж близко; это была просто его манера проявлять заботу.

Тем не менее, Рем в конце концов усмехнулся.

— Тебе понравилась пустыня?

— Было... интересно.

Это не было шуткой — он был искренен.

Блуждание по пустыне показало ему новый путь.

Позже Луагарн упомянула, что сюда Сторонников Запада привела Птица, а Дунбакель заметила, что знала, что он не умрет, прохлаждаясь неподалеку.

После трех дней легких тренировок и растяжки мышц вождь Сторонников Запада подошел к Рему и Аюл, сообщив, что их людям пора уходить.

— Мы должны вернуться к нашей прежней жизни.

Вождь увел Сторонников Запада, ничего не требуя и не ожидая взамен.

Несмотря на изможденный вид и скудные запасы, их поведение оставалось достойным.

Бульк.

Желудок вождя громко заурчал, когда они уходили, но Энкрид сделал вид, что не слышит этого.

— Приезжай к нам еще, — сказала Геоннара, остановившись перед уходом.

— На этот раз я покажу тебе вкус магии.

— Почему не сейчас? — ответил Энкрид.

— Я пощажу тебя, ради твоего здоровья.

Почему-то Энкрид представил, как постаревший Рем говорит тем же тоном.

— Звучит неплохо.

— Вот именно.

Крепко ударив Энкрида кулаком в грудь, Геоннара попрощалась с ним.

Знакомые лица один за другим прощались с ним. Джиба, однако, была в слезах.

— Не забывай меня, мой милейший муж.

На что Луагарн немедленно возразила:

— Кто твой муж?

— Моя чистота принадлежит тебе, — заявила Джиба.

Игнорируя протесты Луагарн, Джиба повторила свой обет.

— С каких пор?

— Я никогда тебя не забуду. Я вернусь за тобой.

— Не беги куда глаза глядят, иначе станешь обедом для чудовищ.

Их перепалка напоминала комедийный номер.

Наблюдая за уходом Сторонников Запада, Энкрид молча размышлял.

Хотя они сожгли все свои запасы в поисках его, они ушли, не демонстрируя никакого превосходства.

Возможно, это просто их манера.

Но слова Рема говорили об обратном.

— Они считают, что то, что капитан сделал для них, было более значительным. Сторонники Запада ценят долг.

Энкрид чувствовал, что то, что он получил, было действительно важнее.

В конце концов, он все еще был в долгу перед Ремом.

После ухода Сторонников Запада Энкрид полдня посвящал практике Техники Изоляции, а другую половину – медитации.

Во время медитации он прокручивал в памяти недавние события, чтобы не упиваться болью, а проанализировать свои действия в те моменты, когда его рассудок был затуманен.

Это была не схватка и не битва, но…

— «Во всем видимом есть чему поучиться».

Это сказал ему кто-то однажды, хотя он не мог вспомнить кто именно.

Тем не менее, это было правдой.

Когда он шел по пустыне, когда его тело было обессилено, как ему удавалось сделать еще один шаг?

Он на мгновение задался вопросом, не стоило ли ему стараться сильнее, пока у него еще были силы.

Но Энкрид быстро отмахнулся от этих отвлекающих мыслей, направив энергию в ноги.

Он вышел за пределы своих возможностей.

Даже в полном изнеможении он двигался вперед, шаг за шагом. Как? Через волю.

Через Волю.

«Все есть Воля».

Движение вперед — это Воля.

Размахивание мечом с намерением нанести удар — тоже Воля.

Полурыцари используют лишь малую толику Воли.

Но что насчет Рыцарей?

Ему вспомнились слова Риварта, лжерыцаря графа Молсана.

«Освойте каждый навык до уровня Рыцаря».

Он верил в это и изменил собственное тело, став Рыцарем-Химерой.

Но сделало ли это его истинным Рыцарем?

Нет, не сделало.

Так почему он сделал такой выбор?

Вероятно, потому, что он сосредоточился на том, что меняется при обращении с Волей.

Энкрид не знал Риварта, но, казалось, понимал его желания и амбиции.

«Я хочу стать Рыцарем. Почему мне это запрещено?»

«Даже размахивая мечом день и ночь, почему я не могу достичь этого?»

Начав с желания и дойдя до отчаяния, Риварт, должно быть, заметил что-то иное.

Столкнувшись с вопросом: «Что отличает Рыцаря?», он предложил такие вещи, как сила и скорость.

Но Воля — это нечто неосязаемое, что позволяет превзойти человеческие пределы.

Энкрид пошел дальше предположения об освоении каждого навыка до уровня Рыцаря.

«Что, если я наделю Волей каждое действие?»

Чтобы имитировать удар Рыцаря, он наполнял Волей все тело, от кончиков пальцев ног до кончиков пальцев рук.

Каков был принцип, стоящий за этим?

Знал ли он?

Нет.

И все же ему удалось сымитировать удар Рыцаря.

«Ешь, спи, сражайся».

Можно ли наделить Волей все, начиная с момента пробуждения до того, как ложишься?

Изменит ли это что-нибудь?

Это была внезапная мысль, вывод, сделанный во время блуждания по пустыне.

Что, если он наделит Волей даже Технику Изоляции?

От процесса намерения и подъема Силы воли до выполнения движений — ничто не давалось легко.

Это не было чем-то, что он мог сделать только потому, что захотел.

Но это не имело значения.

Энкрид преуспел в том, чтобы сделать один шаг вперед, несмотря ни на какие трудности.

Он нашел верный ключ, ухватился за него, и оставалось только двигаться дальше.

Эта уверенность позволила ему сосредоточиться.

Тем не менее, это было не единственное, что ему нужно было сделать.

Рем тоже ждал его.

— Дай мне знать, когда будешь готов.

Они говорили, что все изменится, как только будет найдено проклятие.

Только бесчеловечный человек не задался бы вопросом, насколько сильно все изменилось.

— Проводи больше времени с Аюл.

Когда его тело исцелится, придет время возвращаться. Аюл тоже должна будет уйти.

— Не волнуйся. Я буду терпеливо ждать. Если Рем умрет, пожалуйста, дай мне знать. Я должна как следует оплакать его.

Рем кивнул на «благословение» Аюл в адрес ее все еще живого мужа.

— Ага, если я умру, найди другого мужчину. Но интересно, есть ли там кто-нибудь, кто дерется лучше меня?

Идеал Аюл с детства был неизменным — мужчина, способный ее нокаутировать.

Даже среди Сторонников Запада такого мужчину было бы трудно найти.

— Если нет, я выращу себе такого сама, — небрежно ответила Аюл.

Возможно, это просто манера Сторонников Запада, или, может быть, потому, что Аюл и Рем были мужской и женской версиями одного и того же человека.

Сосредоточившись на восстановлении, Энкрид вернулся к медитации, повторяя одни и те же действия.

Он не был уверен, верны ли методы, которые он нашел.

Но даже если они были неверны, это мало что изменило бы.

Когда он вообще шел по пути, зная, куда тот ведет?

От ползания к ходьбе, он в конце концов встал и двинулся вперед, находя по пути указатели.

Даже когда указателей не было, он продолжал движение.

Энкрид оставался в оазисе еще неделю.

За это время Рем созвал нескольких Сторонников Запада и предложил создать торговый караван.

Благодаря этому близнецы вернулись в оазис.

— Если брать слишком много воды из этого оазиса, он быстро высохнет. Это не слишком ценная земля, — сказали близнецы.

Окруженный лишь пустыней и пустошью, оазис не представлял для них никакой ценности.

Энри вмешался, чтобы объяснить:

— У него есть ценность.

— Какая?

— В каком смысле?

Близнецы синхронно повернули головы, что для большинства было любопытным зрелищем, но для Энри — тревожным.

Эти двое были Сторонниками Запада, которые могли метнуть свои копья в любой момент.

Энри полагал, что успешная торговля отсюда до коммерческого города может принести значительную прибыль.

Его вывод основывался на его опыте блужданий.

Не все пойдет по плану, но он был готов помочь Энкриду, если это потребуется.

Среди всего прочего, Энри получил композитный лук, который казался бесспорно ценным.

— Возьми его.

Вспоминая момент, когда он получил лук, Энри продолжил, держа его в руках.

— Мы могли бы продавать отсюда шкуры пустынных ящериц или обсидиан.

— Куда?

— Если мы доставим их в южные торговые города, прибыль будет значительной.

— И где они находятся?

Для близнецов это место было где-то незнакомым, глубоко на юго-востоке континента.

За Наурилией, еще дальше на юго-восток, находилась южная сверхдержава с торговым городом-государством у слияния большой реки.

Энкрид только слышал об этом, но Энри, казалось, раньше там работал.

Хотя дальняя торговля была почти невозможна из-за монстров и магических зверей, иногда случались редкие успехи.

Иногда обстоятельства и видение совпадали.

У Энри было и то, и другое.

Промах с лисой-самоцветом привел к тому, что ему в руки попало нечто большее.

Даже композитный лук, который он сейчас держал, вероятно, был ценнее, чем инкрустированные самоцветами уши той лисы.

Энри спокойно объяснял это, пока Энкрид разминался рядом с ним.

После недели отдыха и обилия воды Энкрид почувствовал, как сила возвращается в его руки.

— Рем, выходи сюда. Я сломаю твой самодовольный нос.

Энкрид позвал Рема тоном, в котором сочетались доброта и насмешка.

Зевая и почесывая щеку, Рем вышел наружу.

— О, сегодня, значит? Только не плачь и не жалуйся на боль, после того как я тебя побью, договорились?

Энкрид перехватил Акер и посмотрел вперед.

Он намеревался сразиться и выяснить, насколько эффективно на самом деле это так называемое проклятие.

На первый взгляд, Рем не изменился.

На мгновение Энкрид забыл, каким коварным может быть Рем.

Это была его ошибка.

Вжух!

Без стойки и подготовки топор полетел прямо в Энкрида, едва не задев его нос.

В то же мгновение Энкрид осознал, что этот топор вдвое быстрее, чем раньше.

Он поднял Акер, чтобы отразить его.

Лязг!

Вместо того чтобы отскочить, топор завибрировал металлическим гулом, скользнув по Акеру, и разделился в полете на восемь лезвий.

Именно тогда Энкрид, наконец, ясно увидел Рема.

Позади него смутно маячила голубая звероподобная аура, готовая к прыжку.

http://tl.rulate.ru/book/150358/8944264