Готовый перевод Eternally Regressing Knight / Вечно регрессирующий рыцарь - Архив: Глава 356 – Вспышка Эндрю

Шестеро аристократов никак не отреагировали на присутствие Кранга и Энкрида. Они вели себя так, словно те были невидимы.

— Молчите. Не говорите, пока вас не спросят. Не поднимайте голову и не встречайтесь взглядом с Её Величеством. Когда к вам обратятся, отвечайте искренне. Если вас вызовут, сделайте шаг вперёд, преклоните одно колено и ответьте.

Эти наставления давал барон Бентра, который подошел к Энкриду. Несмотря на слабый, но явственный запах, окружавший барона, Энкрид скрыл свою реакцию и кивнул в знак понимания.

Для большинства этот запах остался бы незамеченным, если только они не были зверолюдьми или не обучены сенсорным техникам. Тем не менее, он ощущался – слабый, но неприятный.

Инициатива Бентры, проявленная в то время, как остальные молчали, указывала на то, что его отодвинули на выполнение неприятных поручений. Заинтригованный Энкрид спросил:

— Вас подвергли остракизму?

«Неужели барон оказался единственным, кого выделили для выполнения столь неприятных обязанностей? Если так, возможно, Бентра мог бы взять на вооружение тактику Джаксена и, использовав награды, получить себе преимущество», — размышлял Энкрид.

Барон сохранял поразительное самообладание, его не смутил даже такой вопрос.

Граф Молсан, похоже, не ошибся в выборе; Бентра явно обладал внутренней силой. Его мускулистые руки, видневшиеся под свободными рукавами, выдавали годы тренировок фехтованием. Его ладони, мозолистые и покрытые шрамами, рассказывали истории бесчисленных битв, почти как у самого Энкрида.

— Следите за языком, — предупредил Бентра твёрдым голосом, но без злобы. Энкрид равнодушно пожал плечами.

Этот необычный обмен репликами привлек внимание двух аристократов, которые обернулись, чтобы взглянуть на них. Но никто из них так и не заговорил ни с одним, ни с другим.

Со временем среди аристократов начались приглушённые разговоры. Они шептались, прикрывая рты руками и наклоняясь друг к другу.

Они, вероятно, думали, что находятся вне пределов слышимости, но Энкрид, совершенствовавший свои сенсорные техники, улавливал обрывки их обсуждения:

«Низкородное отродье».

«Ходят слухи, что он так же искусен, как ученик Рыцаря».

«Королевский бастард притащил его сюда в знак благодарности? За то, что тот безопасно его сопроводил?»

«Эта его рожа хорошо послужила бы под юбкой аристократки, но вряд ли где-то ещё».

Если бы Рем услышал такие слова, он мог бы на месте разрубить пару черепов своим топором. Его презрение к подобным напыщенным аристократам не было секретом.

Энкрида, однако, это не беспокоило. Он не в первый раз сталкивался с подобным презрением, и, вероятно, не в последний. Слова были ветром, их легко можно было проигнорировать.

Взглянув в сторону, он заметил Кранга. Тот стоял неподвижно, в дисциплинированной позе, хотя его выражение лица было небрежным – словно он бездельничал, скрестив руки и подперев ногой стену.

Мгновение спустя прибыла королева.

— Её Величество, Королева!

Разумеется, она пришла не одна. Её сопровождала свита и королевская гвардия, занявшие места у входа и на противоположной стороне приёмной.

Взгляд Энкрида ненадолго задержался на позолоченном оружии королевских гвардейцев – копьях и шлемах с золотыми наконечниками. «Эстетический выбор? Нет, скорее всего, демонстрация королевского престижа», — подумал он.

Её появление развеяло его мимолётные мысли. Она не была той суровой и властной фигурой, которую он ожидал, но излучала теплоту и располагающее обаяние. Её манера держаться напомнила Энкриду пожилую трактирщицу из его детства, которая всегда была к нему добра.

Резкий контраст между их статусами – трактирщица, подающая эль, и королева, правящая нацией – не уменьшал странного чувства фамильярности, которое он испытывал.

— Опустите голову, — тихо одёрнул его Бентра.

«Стоит ли?» — подумал Энкрид.

— Позвольте ему, — вмешалась королева, останавливая Бентру.

Королева мгновение изучала лицо Энкрида, прежде чем произнести искренний комплимент:

— Приятный лик.

Это не было соблазняющим замечанием, лишь оценкой его внешности.

Энкрид, однако, потерял дар речи. Что он мог бы сказать в ответ? Уж точно не: «Ваше Величество, вы и сами весьма щедры».

Королева, действительно, имела пышную фигуру и носила тиару, символизирующую её королевскую власть. Рядом с ней стояла знакомая фигура, или, точнее, знакомая Лягушка.

Квак.

Лягушка на мгновение надула щёки. Вероятно, это было её способом улыбаться.

Энкрид ответил на безмолвное приветствие взглядом. Луагарн, Лягушка, которая была его проводником во время Церемонии Безымянного Меча и обучала его искусству, стояла поблизости.

— Разве вы не осведомлены о надлежащем этикете? — фыркнул кто-то из аристократов.

Их слова многое говорили о состоянии авторитета королевы. Если даже мелкий аристократ осмеливался критиковать того, кто находился под её прямым покровительством, её влияние явно было подорвано.

Королева, казалось, была равнодушна к оскорблению, и её внимание переключилось на Кранга.

— Я полагаю, мы здесь для подтверждения королевской родословной? Назовите своё имя.

Вопрос был адресован Крангу, и Энкрид на мгновение почувствовал себя оттеснённым в сторону.

Кранг уверенно шагнул вперёд, не обращая внимания на взгляд презрительного аристократа, который перенёс свою враждебность с Энкрида на него.

У аристократа не хватило решимости: его ядовитый взгляд дрогнул, когда Кранг приблизился к королеве.

Шаги Кранга были размеренными, ни торопливыми, ни медленными, – он излучал уверенность. Несмотря на свою потрёпанную дорожную одежду и нечёсаные волосы, он держался с достоинством и величием монарха.

— Криянахт Ангиус Наурилиус, здесь.

Его голос разнёсся по приёмной, отражаясь от стен и вызывая ощутимое напряжение в зале.

— Подойди ближе, — велела королева.

Из-за спины королевы вышла пожилая женщина в богато украшенной мантии. Она взяла у Кранга подвеску и сравнила её с другой, которую держала в руке.

— Действительно.

После этого было произнесено короткое заклинание, чтобы подтвердить кровную линию Кранга. Энкрид просто наблюдал.

— Это правда. Ты из моего рода. Указом Королевы я признаю тебя. Если есть возражения, пусть министры выскажутся сейчас же.

Аристократы молчали, хотя их глаза говорили многое:

«Как будто мы и без того не знали, что в нём течёт королевская кровь».

«Потворство покойного короля привело нас к этому».

Они уже знали всё. Отправка убийц за Крангом была достаточным доказательством. Никто не ставил под сомнение его легитимность, тем более после предъявления королевского кулона и проверки мага.

Всё это походило на просмотр разыгранного по сценарию спектакля.

Королева, сославшись на неотложные дела, вскоре удалилась. Министры разошлись так же быстро.

Так уж вышло, что Кранг и Энкрид оказались последними, кто покинул приёмную.

Аристократы полностью проигнорировали их, не удостоив даже взглядом, когда выходили. Тем, кто ранее ставил под сомнение поведение Кранга, больше нечего было сказать.

Когда они выходили, Энкрид наконец заговорил, его тон был задумчивым:

— Странная атмосфера, не находишь?

Аристократы казались совершенно незаинтересованными. Был объявлен новый наследник, продемонстрирована королевская власть, но не было ни малейшего признака любопытства или вовлечённости с их стороны.

— Тех аристократов, что меня поддерживают, здесь нет. Остались только те, кто предпочёл бы, чтобы я умер, — ответил Кранг.

Понимая намёк, Энкрид уточнил:

— Потому что они рассчитывают, что ты скоро умрёшь?

— Прагматично, не так ли? — сухо усмехнулся Кранг.

Разве уместно смеяться над столь мрачной реальностью? Его прежнее самообладание улетучилось, сменившись лукавством.

Беспокойство Энкрида было очевидно, когда он посоветовал:

— Не сближайся слишком сильно с Ремом.

— Я уже говорил: ты самый сумасшедший из нас всех.

— Я серьёзно. Не общайся с Ремом больше, чем необходимо.

Было ясно, что Кранг уже поддался влиянию.

За пределами приёмной раздался знакомый голос:

— Энки!

Это была Лягушка, Луагарн.

— Хорошо себя чувствовал?

Лягушка поприветствовала его вертикальным рубящим движением руки. Энкрид инстинктивно поднял руку для блока, распознав обманный манёвр.

Рубящее движение вниз было отвлекающим маневром; настоящий ход заключался в её ногах, плавно скользящих по толстому ковру в его сторону. Это был рассчитанный приём для сокращения дистанции.

Рефлекторно активировался «Хваткий Клинок».

Её движения были плавными, скользкие руки порхали и извивались, нанося удары и тычки, но Энкрид точно отражал каждый из них.

Скользкость её кожи облегчала перенаправление атак. Но в них не было убийственного намерения – это было игривое состязание в мастерстве.

Два наблюдавших за ними королевских гвардейца обменялись взглядами, их интерес был явно возбуждён. То, что они видели, было обменом на высоком уровне, пусть это и была всего лишь игра.

— Ты стал лучше. Я бы проиграла, если бы мы сейчас сразились всерьёз, — признала Лагарн, отводя руку. Пока она говорила, её щёки игриво надулись.

Это была правда. Если он так сильно улучшился, неудивительно, что он сокрушил черепа тех культистов-захватчиков. Это воспоминание радовало её, и щёки надулись ещё дважды.

— Это подобающее поведение в присутствии принца? — спросил Энкрид.

— Люди не навязывают манеры Лягухам, — небрежно ответила она.

— Я согласен, — добавил Кранг, затем повернулся к Энкриду.

— Вы двое знакомы?

— Она та самая Лягушка, которая приезжала в Пограничье раньше, — ответил Энкрид.

Прежде чем Энкрид успел пояснить, Лагарн вмешалась, снова надув щёки:

— И это всё? Не приуменьшай! Мы вместе тренировались фехтованию, сражались бок о бок и даже исследовали древние руины! Помнишь, как мы чуть не попали там в ловушку?

— Похоже, это долгая история, — заметил Кранг, идеально выдержав паузу.

— Да, это так, — признала Лагарн, прежде чем спросить:

— Кстати, а где все остальные?

Энкрид кивнул, осматривая окрестности. Никого из его товарищей не было видно. Мог ли какой-нибудь Рыцарь увести их силой?

С другой стороны, они бы не ушли тихо. Его группа не отличалась покорностью, и они не доверились бы незнакомцам, чтобы те отвели их на место отдыха.

Пока Энкрид размышлял, королевские гвардейцы, наблюдавшие за ними, казались озадаченными.

Почему этот человек так непринужденно разговаривает с принцем, но выказывает уважение к Лягушке? И почему никто не делает ему за это замечаний?

Внезапно раздался голос, прервавший его размышления.

— Я знал, что однажды вы сюда прибудете, Командир.

Энкрид повернулся к говорящему, узнав голос.

— Хм?

Это было неожиданно. Он не ожидал встретить здесь ещё одно знакомое лицо. Если кто-то и должен был появиться, он думал, что это будет кто-то со старыми обидами.

— Ты.

— Так обращаться к аристократу? Как невежливо, — ухмыльнулся мужчина, его тон был насмешливым.

— И тем не менее, ты стоишь перед принцем, — вмешался Кранг.

— Ваше Высочество, я полагаю, вы хорошо себя чувствовали?

— Благодаря тебе.

Этот обмен репликами был стремительным, почти слишком слаженным.

— Давайте отойдём куда-нибудь. Я пригласил всех в свой особняк, — предложил знакомый.

— Эндрю, — произнёс Энкрид, узнав его.

— Эндрю Гарднер, аристократ, — представился мужчина с улыбкой.

— Что ж, а я принц, — отозвался Кранг.

— Ваше Высочество, вы всегда были таким любителем шуток?

Эндрю моргнул, говоря это. Энкриду показалось, что Кранг и Эндрю знакомы друг с другом – и это предположение было верным.

Эндрю мечтал возродить свою семью. Вместо того чтобы примкнуть к устоявшимся фракциям, он поставил всё на другого – на Кранга.

Расставшись с Энкридом, Эндрю также прошёл через собственные испытания, которые сами по себе были приключениями и привели его к тому, кем он стал сейчас.

Эндрю Гарднер теперь был баронетом, гордым и успешным, владевшим резиденцией в столице.

— Впечатляет, — заметил Энкрид своим обычным ровным тоном.

— Твоё лицо не то чтобы кричит об удивлении, — ответил Эндрю.

— На самом деле, я удивлён.

— Тогда отправимся в резиденцию баронета Гарднера?

Луагарн, которая до этого слушала, задала вопрос прежде, чем Энкрид успел ответить, и Эндрю ответил первым:

— Пожалуйста. Это будет явно лучше, чем останавливаться в гостинице.

Отказаться не было причин.

— Тогда увидимся. Мне нужно заняться множеством своих дел, — сказала Луа, помахав своими короткими пальцами круговым движением – прощанием в человеческом стиле. Энкрид ответил ей тем же жестом.

— А ты, Кранг?

— Я останусь во дворце. Через несколько дней состоится приём по случаю моего возвращения. Мне нужно подготовиться.

«Приём? Это не совсем в стиле Энкрида», — пронеслось у него в голове.

Не дожидаясь ответа, Кранг повернулся и ушёл.

Наблюдая за Эндрю, Энкрид понял, насколько сильно вырос его друг. Слабый след бороды стал темнее, а под правым глазом появился шрам, которого раньше не было.

Похоже, Эндрю больше не нуждался в няне, поскольку был один. Как и Энкрид, он оставил своё оружие, входя во дворец, так что они оба были безоружны.

— А как насчёт Мака? — спросил Энкрид.

— Он в особняке.

«Может быть, бывшая няня сменила эту роль на роль дворецкого», — подумал Энкрид.

— Хорошо, пошли.

Эндрю кратко подытожил свой путь:

— Я рисковал жизнью, чтобы выполнить поручение и вернуть свой аристократический статус, но с тех пор политическое противодействие не прекращается. Даже сейчас я чувствую себя так, словно нахожусь в очередном приключении.

Не было особой нужды углубляться в детали этих приключений.

Что бы ни пришлось ему пережить, Эндрю явно преуспел. Хотя его дом не был огромным особняком с садами, это была достойная резиденция в столице – трёхэтажное здание.

На первом этаже располагались приёмная и столовая, а на втором и выше – более десяти комнат.

Дом был просторным и величественным.

По прибытии Энкрид увидел, что вся остальная его группа, включая Рема, уже была там.

— Ну, посмотрите на это. Эндрю действительно добился успеха, — сказал Рем, жуя закуску посреди приёмной.

Столица была центром торговли, и её кулинарная культура, естественно, была высоко развита – особенно в том, что касалось десертов. Рем одобрительно кивнул, продолжая жевать.

— Рем ничуть не изменился, — заметил Эндрю из-за спины.

Эстер дремала на шерстяной подушке.

Остальная часть группы непринуждённо собралась в приёмной.

Рагна стоял у окна, наблюдая за группой мужчин, которые практиковались с деревянными дубинками во дворе.

— Свита? — спросил Энкрид.

— Частным солдатам не разрешено находиться в столице, — ответил Эндрю.

— Тогда?

— Это студенты, которые обучаются у меня фехтованию.

— У тебя? — переспросил Энкрид.

Услышав это, Рем тоже повернул голову и спросил:

— Чему ты их учишь?

Даже Рагна бросил любопытный взгляд.

Джаксен ничего не сказал, но внимательно наблюдал за Эндрю.

— Если вы увидите, насколько я улучшился, вы будете поражены, — уверенно ответил Эндрю.

Энкрид кивнул. Он не сомневался, что Эндрю стал лучше – у него всегда был талант.

— Тогда я уверен, что ты улучшился, — сказал Энкрид.

В голосе Энкрида, однако, не было энтузиазма, что заставило Эндрю усмехнуться.

Это была улыбка, которая не коснулась его глаз, лишь уголок губ изогнулся вверх.

Хотя Энкрид добился выдающихся успехов, Эндрю не был из тех, кто позволит себя превзойти; он преодолел свою долю препятствий и победил.

— Спаринг? — предложил Эндрю.

Энкрид снова кивнул.

Из всех примечательных встреч и событий – приветствий, приглашений и встречи с королевой – ничто не радовало его так сильно, как эти простые слова.

— Ты уверен, что тебе будет нормально плакать перед своими учениками после того, как тебя побьют? — поддразнил Энкрид, беспокоясь о своём бывшем товарище.

— Заткнись и давай! — рявкнул Эндрю, в его голосе слышалась решимость.

http://tl.rulate.ru/book/150358/8942563