Готовый перевод Eternally Regressing Knight / Вечно регрессирующий рыцарь - Архив: Глава 27. Почему его считают солдатом низшего ранга?

Командира разведывательного отряда звали Эндрю. Полное имя — Эндрю Гарденер. Некогда барон, теперь он был единственным наследником павшего рода.

У Эндрю была одна мечта: возродить род Гарденер ещё при жизни.

«Эндрю, ты — наша надежда», — эти предсмертные слова матери, скончавшейся от болезни, навсегда врезались ему в память.

Его мать работала не покладая рук: шила за плату и служила горничной в чужих домах. Каждую заработанную монету она тратила на Эндрю — на его уроки фехтования, еду и одежду. И хотя его детство не было богатым, он ни в чём не нуждался. В конце концов, непосильный труд подорвал её здоровье, она заболела и умерла.

Её желание было столь же ясным, как и слова:

«Продолжи род и стань достойным человеком».

Эндрю твёрдо решил исполнить её волю.

Чтобы восстановить славу своей семьи, у него был лишь один верный путь. Шла эпоха войн, и ключом ко всему было проявить себя в бою.

В решающий момент, когда ему требовались обучение и связи, пришла помощь. Перед смертью мать Эндрю обратилась к человеку, который когда-то был названым братом её покойного мужа.

«У тебя есть потенциал», — заметил тот человек.

Так начались изнурительные тренировки Эндрю, а затем и его служба в армии. Он начал как кадровый военный и в юном возрасте дослужился до командира отряда.

«Мне нужны достижения», — постоянно думал он.

Эндрю был уверен в своих силах, и эта уверенность подкреплялась опытом — в бою он убил нескольких вражеских солдат.

«Всегда будь осторожен», — часто твердил его советник и покровитель, порой доводя до раздражения.

Но Эндрю не отмахивался от этого совета.

«Остаться в живых тоже крайне важно».

В конце концов, чтобы возродить свою семью, он должен был выжить. Но и отказываться от смелых поступков он не мог. Те, кто избегает трудностей, обречены на провал — его отец был тому ярким примером.

Не имея таланта, его отец целыми днями махал мечом, но ничего не добился. В итоге он оставил попытки восстановить славу семьи и растратил остатки их состояния. Его зарезали в драке с картёжником.

«Жизнь без будущего безрадостна», — думал Эндрю.

Поэтому, мечтая о возрождении семьи, он дорожил и собственной жизнью.

Но это не означало, что на его пути не было досадных помех.

Среди них был командир отряда смутьянов, который попался на глаза Эндрю.

Эндрю заслужил своё положение мастерством и неустанными усилиями на пути к благородной цели.

А что тот человек?

Солдат с самым низким уровнем мастерства, зарплатный вор, который каким-то образом, по чистой случайности, оказался на месте командира отряда. Можно ли вообще считать такого человека годным к военной службе?

В поведении этого человека Эндрю видел черты своего отца.

«Наверное, он так и будет плыть по течению, получая жалованье до самой смерти», — думал Эндрю.

Делать вид, что тренируешься, бесцельно размахивая мечом, было достаточно смешно. Но носить с собой меч и ножны, чтобы оттачивать навыки простого пехотинца, — ещё абсурднее.

Конечно, если бы Эндрю знал Энкрида лучше, он бы так не думал.

И вот теперь командир отряда смутьянов смотрел прямо на Эндрю.

Их взгляды встретились.

Между ними возникло неприятное напряжение, и Эндрю нахмурился.

«Что это за взгляд?»

Он уже собирался заговорить, но командир отряда смутьянов опередил его.

— Твой взгляд раздражает.

А?

Он это Эндрю сказал?

Брови Эндрю сошлись ещё плотнее, лицо потемнело.

Один из солдат, сопровождавших Эндрю, шагнул вперёд.

— Что ты сейчас сказал?

У солдата на лбу был шрам — память о буйной молодости.

Однажды Эндрю сказал ему:

«Иди за мной. Я дам тебе жизнь получше, чем у какого-то громилы».

С тех пор этот человек стал одним из верных подчинённых Эндрю. Хоть его навыки всё ещё были грубоваты, а некоторые бандитские замашки остались, он был неплохим бойцом.

Эндрю привёл под своё начало троих таких людей.

И теперь эти трое молча поднялись, чтобы окружить командира отряда смутьянов.

***

Переживая один и тот же день много раз, Энкрид пришёл к выводу.

«Будучи простым бойцом, я ничего не добьюсь».

Чтобы его товарищи выполняли приказы и действовали как единое целое, ему нужно было заслужить их доверие.

Как это сделать?

Как рыцари внушали верность в тот самый миг, как ступали на поле боя?

Ответ был прост: мастерство.

Они вызывали уважение своими способностями.

Так что же ему нужно, чтобы его отряд из десяти человек двигался как единый организм? Что требуется, чтобы заслужить их доверие?

За один день не завязать ни личных связей, ни товарищества.

Оставался единственный вариант — подавляющая сила.

— Похоже, у тебя проблемы с языком. Хочешь, я вырежу на нём красивую татуировку?

Солдат со шрамом усмехнулся, его глаза угрожающе блеснули — такое лицо, вероятно, в прошлом напугало не одного человека.

«Твои реплики никогда не меняются», — подумал Энкрид, оглядывая позиции троих мужчин.

Для них это, может, и было впервые, но для Энкрида — сценарий, который он повторял уже много раз.

Зачем повторять?

Причина была проста. Сила и устрашение наиболее эффективны, когда они подавляющи. А для этого был необходим опыт.

Отбросив свой клинковый стиль наёмников Валах, он должен был положиться исключительно на свои природные навыки. Первым препятствием на пути к выходу из повторяющегося цикла сегодняшнего дня было усмирение трёх солдат-головорезов.

— Язык проглотил? — усмехнулся солдат со шрамом.

Энкрид решил, что слова излишни. И перешёл к действию.

Он молча шагнул вперёд. Мужчины отреагировали, вздрогнув, и один из них потянулся к своему короткому мечу.

Левая нога Энкрида поначалу двигалась медленно, давая им ровно столько времени, чтобы они успели задаться вопросом, что он делает. Но к тому времени, как они начали сомневаться, было уже слишком поздно. Его правая нога со взрывной силой ударила в землю.

Смешение медленных и быстрых движений, естественно, делало действия визуально быстрее. Это был простой трюк и тактика для захвата инициативы. И это было невероятно, нет, ошеломляюще эффективно.

— Кх!

Солдат со шрамом, затаив дыхание, попытался нанести удар кулаком. Но Энкрид был быстрее, нанеся резкий удар по голени солдата.

Бум!

Когда голень была отброшена в сторону, стойка солдата нарушилась. Энкрид тут же нанёс следующий удар — в висок противника своей усиленной перчаткой.

Это был чистый, решающий замах.

Хруст!

— Кх!

С коротким криком солдат пошатнулся и упал набок.

Движения Энкрида были плавными и непрерывными. Он развернулся, уклоняясь от короткого меча, нацеленного в незащищённое место. Словно по отработанной схеме, он схватил запястье солдата, державшего оружие, и выкрутил его.

Главное было применить ровно столько силы, чтобы не нанести серьёзную травму.

Щёлк.

Хруст.

Выкрутив запястье и нанеся удар под углом под подбородок солдата, он лишил второго противника сознания. Он подхватил падающего солдата и осторожно уложил его на землю.

Затем, выпрямляясь, Энкрид подобрал выпавший короткий меч и, не сбив дыхания, спросил:

— Кто-нибудь ещё?

Последний оставшийся из вышедших вперёд солдат покрылся холодным потом.

Это их сторона первой достала оружие. Даже если бы Энкрид ударил сейчас, никто не смог бы ему возразить.

— Что всё это значит?

Командир разведывательного отряда, до этого молча наблюдавший, наконец вмешался.

— Ты мне с самого начала не понравился. Сопляк, от горшка два вершка, а возомнил себя командиром.

Энкрид проигнорировал напуганного солдата и повернулся к командиру отряда.

Если что-то не вызывало у него гнева, он обычно мог это пропустить мимо ушей. Он редко придавал большое значение словам или действиям других. Так было до сих пор.

Но если гнев был оправдан? Тогда у него не было причин сдерживаться.

— Я просто не хочу, чтобы весь отряд полег в бессмысленной разведке под началом такого командира, как ты. Давай решим всё по-честному, в бою.

Ослушаться старшего по званию было серьёзным проступком. Однако ситуация была необычной. Энкрид, по сути, тоже был командиром отряда. Если бы противник уважал это, всё могло бы быть иначе. Но вместо этого они открыто его презирали, не скрывая своего недовольства.

Никто не мог бы упрекнуть Энкрида за то, что он не стал этого терпеть. Даже высшему командованию было бы всё равно, кто из них двоих возглавит разведывательный отряд. Разве командир взвода не ушёл с простым напутствием: «Присмотрите за молодым командиром отряда»?

Настало время не просто присматривать, а выйти вперёд и взять командование на себя.

— …Значит, кто победит, тот и поведёт отряд? — нахмурившись, спросил командир разведывательного отряда.

— Верно. Я не собираюсь подчиняться тому, кто слабее меня.

По правде говоря, за исключением Крайса, большинство смутьянов в отряде были сильнее Энкрида. Но оправдания были всего лишь оправданиями. Лучше было, чтобы противник клюнул на наживку и вышел из себя.

— Давай, нападай, желторотый птенец. Ты хоть с женщиной-то был? Или всё ещё мальчишка?

Лицо Эндрю окаменело. Он ещё не познал женщину. Вместо этого он посвятил всё время тренировкам своего тела. Это замечание прозвучало как оскорбление его преданности, его усилий и всего, что он сделал, чтобы достичь этого момента.

Лязг.

Командир отряда выхватил свой короткий меч.

— Можешь доставать оружие. Длина ещё не означает мастерство.

— Ну…

Стоявший рядом грубоватый солдат сначала попытался вмешаться, но затем покачал головой, вздохнул и отступил. Он довольно долго проработал наёмником. Подобные ситуации были не редкостью.

Трения были с самого начала. Возможно, лучше было разрешить их сейчас. Затаённая обида лишь создаст больше проблем.

К тому же, он хорошо знал Эндрю. Он даже обучал юношу фехтованию. Хоть в чём-то Эндрю и был ещё новичком, он умел обращаться с клинком и обладал прямым, приземлённым характером. А главное, он умел отличать добро от зла.

«Это будет непросто», — подумал солдат.

Если дойдёт до крайности, он вмешается. Но одно бросалось в глаза: так называемый командир отряда смутьянов не казался обычным. Его стойка, положение ног и толстые, мозолистые руки говорили о многом. Это были следы тяжёлого опыта, а не то, что приобретается за одну ночь.

— Ладно. Я буду драться голыми руками.

«Вот же ублюдок…»

Противник Энкрида был в ярости. В этом и была его слабость — он слишком легко поддавался эмоциям. Грубоватый солдат мысленно пометил себе разобраться с этим позже. А пока он решил спокойно наблюдать.

Это не будет быстрый бой. Ни один из них не был выдающимся бойцом, но и неумехами они не были. И всё же, он втайне ставил на Эндрю. Хоть и эмоциональный, Эндрю обладал крепкой базой и природным талантом.

Командир отряда смутьянов жестом предложил Эндрю атаковать.

Энкрид бросился вперёд.

А затем…

Хруст!

«…Один удар?»

Что это было?

Глаза грубоватого солдата расширились от недоверия.

Когда Эндрю бросился в атаку, Энкрид сделал едва заметное движение левой рукой. Почувствовав это, Эндрю нанёс удар коротким мечом. Но противник идеально прочитал траекторию клинка и ударил по его плоскости кожаной латной рукавицей на левой руке.

В этот миг грудь Эндрю оказалась открыта. Командир отряда шагнул в образовавшуюся брешь и со взрывной точностью двинулся в ограниченном пространстве.

Шлёп!

Используя землю для разворота, он провернулся и с ювелирной точностью вонзил локоть в солнечное сплетение Эндрю.

Всё закончилось одним ударом.

— Кх…

Эндрю издал сдавленный стон.

Его ноги подкосились, дыхание перехватило, а конечности обмякли. Такова природа удара в уязвимую точку.

С хрипом Эндрю согнулся, выгнув спину, как креветка.

В настоящем бою он был бы уже мёртв.

— Какая… сила…

Грубоватый солдат мог лишь изумлённо смотреть.

Сила удара прошла сквозь толстую тканевую броню.

Навыки командира отряда смутьянов превосходили навыки большинства наёмников.

И всё же оставался вопрос.

«Почему такой человек числится всего лишь солдатом низшего ранга?»

http://tl.rulate.ru/book/150358/8646697