Готовый перевод Eternally Regressing Knight / Вечно регрессирующий рыцарь - Архив: Глава 15 — Одно-единственное слово

«Меня убили, пока я спал?»

Энкрид был так ошарашен, что не мог даже рассмеяться.

«Неужели я был настолько неосторожен? Настолько, что даже не заметил, как меня зарезали во сне?»

Этого не могло быть.

Будь он таким беспечным, он бы так долго не протянул.

Он изо всех сил пытался восстановить картину своей смерти.

Энкрид вспомнил мгновения перед тем, как уснул.

Ничего необычного.

Никаких предчувствий или знаков.

Он уснул.

И больше не проснулся.

Слышал ли он во сне жужжание насекомых?

Ворочался?

Нет.

Он спал глубоким сном.

Это была последняя ночь перед возвращением на службу.

Он спал без задних мыслей, полагая, что это его последний шанс отдохнуть.

А что потом?

Словно в него вселился призрак.

И все же он не позволил себе утонуть в растерянности.

Паника могла сковать его мысли, а это означало бы смерть.

Это было лишь начало еще одного дня.

Уже пройдя через это однажды, Энкрид знал, что делать и на чем сосредоточить свои мысли.

Нужно было найти ответы на два вопроса.

Первый — «как».

Перерезали ли ему горло или зажали нос и рот.

Как кто-то смог убить его так, что он ничего не почувствовал?

Второй — «почему».

«Почему я?»

Его убрали, а он даже не понял, в какой момент умер.

Это была работа не дилетанта.

Если убийца был ассасином, то высшего ранга, а может, и выше.

Если это был вражеский солдат…

«Он должен быть искуснее первоклассного ассасина».

Лазарет находился в тылу.

Пробраться сюда и перерезать кому-то глотку, оставшись незамеченным…

Для этого нужно было обладать таким мастерством, чтобы дать пощечину Рыцарю и уйти живым.

Ответ на вопрос «почему» казался отчасти ясным.

В палатке, кроме Энкрида, были только Кранг и Вендженс.

«Никто такого уровня не придет сюда только ради Вендженса».

Так что ответ был очевиден.

Кранг.

Невежественный солдат, который утверждал, что забыл название своего подразделения.

Такой человек никак не мог быть обычным солдатом.

С «почему» разобрались.

С «как» можно было подождать до вечера.

Как ни странно…

Энкрид всегда считал, что мучительная боль от смерти от рук того маньяка-резака была худшей частью.

И что вид глаз маньяка вызывал у него самое сильное отвращение.

«Но это еще хуже».

Тот факт, что он умер, даже не зная как, заставлял его чувствовать себя совершенно омерзительно.

Такая грязь, которую нельзя было сравнить с тем, чтобы наступить в навоз — скорее, с тем, чтобы в нем вываляться.

«Какое же паршивое…»

Чувство.

Впрочем, это ничего не меняло.

Энкрид отбросил эмоции и сосредоточился на том, что нужно было делать.

«„Как“ — выяснится сегодня ночью. „Почему“ — ясно: цель — Кранг».

Оставалось обдумать еще один вопрос.

Помимо «как» и «почему», был еще вопрос «кто».

Кто был убийцей?

Если это не вражеский солдат…

То это должен был быть кто-то, кто знал расположение лазарета, умел оставаться незамеченным и был искусен в убийстве.

Кто-то, кто уже определил свою цель и имел к ней легкий доступ.

На ум приходило одно имя.

«Командир роты?»

Это было логичное подозрение.

Эльфы были тихими, проворными и быстрыми — идеальные убийцы.

А поскольку у командира были здесь дела, было логично, что она могла приходить и уходить.

Даже бессмысленная болтовня несколько дней назад могла иметь смысл, если ее истинной целью была эта палатка.

Все сходилось.

— Что делаешь?

Голос Вендженса вырвал его из раздумий.

Энкрид рефлекторно ответил:

— Думаю.

— Думаешь? Так коротко. Совсем с катушек съехал, ублюдок?

Вендженс, слегка прихрамывая — рана на бедре немного зажила, — поднялся на ноги.

— Ох, я думал, это Кранг. Моя ошибка, командир взвода.

— Ошибка, значит? И это все?

— Прошу прощения.

— Прощения, и на этом все?

Прицепился.

— Как насчет того, чтобы я принес нам что-нибудь поесть?

Не обращая внимания на вспышку Вендженса, Энкрид вышел из палатки как ни в чем не бывало.

За его спиной раздавались крики Вендженса и ленивый ответ Кранга: «Я не голоден!»

Несмотря на то, что Энкрид умер из-за Кранга, он не держал на него зла.

Конечно, он все еще был раздосадован и в отвратительном настроении.

Но убил его не Кранг.

В конечном счете, его смерть была следствием недостатка мастерства — или просто невезения.

Так считал Энкрид.

«Если ты начеку, врасплох тебя не застанут».

Ассасин, крадущийся под покровом ночи, — достаточно было поднять шум, чтобы сбежались союзники.

Поймать крадущегося в ночи кота не требовало особых усилий.

Вскоре перед Энкридом, протирая глаза, появился Кранг.

Он волочил ноги, и от него веяло вечной ленью.

Этот парень никогда не изменял себе.

— Ты опоздал, и теперь командир взвода злится.

— Он злится из-за меня? Это потому что ты его постоянно дразнишь, командир отряда.

Официально Кранг тоже был командиром отряда.

А это означало, что у них были равные звания.

— Солдат низшего ранга строит из себя смельчака, да?

Когда они возвращались вместе, Кранг небрежно спросил:

— Так почему ты вечно лезешь в драку?

Несмотря на обрывистость фразы, вопрос был понятен.

Зачем постоянно провоцировать других?

— Вендженс?

— Он солдат среднего ранга.

Дивизия «Кипарис» и армия Королевства Наурилия использовали систему рангов для солдат.

Это было что-то вроде системы поощрений для поднятия боевого духа.

Если ты доказывал свое мастерство, ты получал соответствующий ранг.

Эта система мотивировала солдат усердно тренироваться.

Ранги делились на пять уровней: низший, низкий, средний, высокий и высший.

Энкрид считал эту систему практичной.

В Наурилии, где почиталась воинская сила, большинство командиров имели высокий ранг или выше.

Рыцари, однако, были исключены из этой системы рангов.

Рыцари превосходили пределы обычных людей.

Поэтому их нельзя было ограничивать такими рамками.

Командиры отрядов обычно были солдатами низкого или среднего ранга.

Но исключения всегда были.

Энкрид, солдат низшего ранга, был одним из таких исключений на посту командира отряда.

Его подчиненные имели как минимум средний ранг.

— Странный ты, — рассеянно заметил солдат.

Энкрид почувствовал странный укол от этого замечания.

«Я?»

Всю жизнь ему говорили, что он либо обычный, либо бесталанный.

— Две порции еды будет достаточно, — сказал Энкрид.

Солдат, бормоча что-то о том, какой Энкрид чудной, приготовил только две порции.

Вернувшись в палатку, Энкрид успокоил Вендженса, позавтракал и после обычной тренировки проанализировал последнюю битву.

Кранг пропустил завтрак и исчез.

Так что ели только Энкрид и Вендженс.

— Кранг сказал, что ненадолго отлучится, верно?

— Да, вроде того.

Вендженс спокойно ответил на вопрос Энкрида.

Хотя эльфийка-командир роты была под подозрением…

Часовые снаружи тоже были серьезными кандидатами.

«Эти ребята могут входить и выходить из палатки, когда им вздумается».

«Не будем торопиться с выводами».

Даже если все сходилось, поспешный вывод мог затуманить его суждения.

Лучше было оставить все возможности открытыми.

После обеда вернулся Кранг.

Это был обычный день — для всех, кроме Энкрида.

— Весь в делах, да?

Когда Энкрид обратился к нему, Кранг озадаченно склонил голову.

Затем, с едва заметной улыбкой, Кранг подошел и спросил:

— Ты что-то знаешь?

Вопрос был внезапным, и Энкрид слегка нахмурился, не понимая, к чему клонит Кранг.

— Что?

— Ты впервые заговорил со мной первым.

«Правда?»

Теперь, когда Кранг упомянул об этом, это казалось правдоподобным. Но Энкрид раньше не обращал на это особого внимания.

— Похоже на то. И что?

Что в этом такого?

Кранг тихо рассмеялся и плюхнулся на край кровати Энкрида.

Раньше Энкрида не особо интересовала истинная личность Кранга.

Вернее, ему было все равно.

Но благодаря этому загадочному солдату день начал повторяться, что разожгло его интерес.

Что за человек этот Кранг, если за ним приходят ассасины?

Хотя он мог бы попытаться выудить из него правду с помощью хитрых уловок, Энкрид выбрал другой подход.

Иногда лучше было проявить искренность напрямую, чем ходить вокруг да около.

Сев рядом с Крангом, Энкрид встретился с ним взглядом и спросил прямо:

— Кто ты на самом деле?

Вендженс, дремавший неподалеку, проснулся, увидел двух сидящих рядом и чуть не вскочил, чтобы вмешаться.

Но, услышав вопрос, он остановился.

Ему тоже было любопытно.

Энкрид терпеливо ждал ответа.

Кранг улыбнулся, но на этот раз это была не та расслабленная улыбка, что обычно.

Вместо ответа он долго смотрел в глаза Энкриду, все так же слабо улыбаясь.

«Он что, в гляделки со мной играть собрался?»

Энкрид неторопливо ждал, когда Кранг откроет рот.

Когда молчание затянулось, Вендженс не выдержал и начал говорить.

— Эй…

Но Кранг его перебил.

— Хм, не могу сказать.

— Почему?

— Потому что это испортит все веселье. И у меня есть обещание, которое я должен сдержать.

— Вот как?

— Вот так.

Энкрид кивнул на отказ Кранга отвечать.

Вендженс, слушавший весь разговор из дальнего угла комнаты, остался в полном недоумении.

Что это за бессмысленный диалог?

Зачем задавать вопрос, если он просто примет отказ?

Если у Кранга была скрытая личность, значит, была причина держать ее в секрете.

Может, он вражеский шпион?

Наконец Вендженс не выдержал и спросил резким голосом:

— Ты шпион?

— Я командир отряда! — возмущенно ответил Энкрид.

— Не ты, идиот. Он!

— Я? Нет, — сказал Кранг, с улыбкой качая головой.

Но затем, не говоря ни слова, он встал и вышел на середину лазарета.

Энкрид молча наблюдал за движениями Кранга.

Один из охранников, стоявших у лазарета, посмотрел на Кранга затуманенными глазами.

— Я не могу раскрыть свою личность, но могу сказать вам одно, — произнес Кранг, стоя посреди комнаты.

В нем было что-то странное.

Его походка, осанка, жесты, тон голоса, даже слабая улыбка на лице — все это казалось идеально срежиссированным, словно он был актером на сцене, подготовленной специально для него.

Он приковывал к себе внимание, не прилагая усилий, и Энкрид обнаружил, что бессознательно сосредоточился на губах Кранга.

— Я не могу предать это королевство, — сказал Кранг.

Его тон не был ни быстрым, ни медленным, но в нем чувствовалась неоспоримая весомость.

Это было из тех утверждений, которые могли быть ложью, брошенной вскользь фразой или даже мимолетным признанием.

Но из уст Кранга это звучало как непоколебимая истина, такая же неизбежная, как смена времен года.

Энкриду показалось, что он видит иллюзию.

Лазарет словно расширился, его стены исчезли, открывая взору огромную, бескрайнюю равнину.

И в центре всего этого стоял Кранг, его присутствие доминировало над пространством, как одинокая фигура в бесконечной пустыне.

«Он не обычный».

Его невозможно было отнести к какому-либо стандартному рангу.

«Рыцарь?»

Нет, даже мастерство Рыцаря не могло объяснить то, что видел Энкрид.

Это был инстинкт, внутреннее чутье — Кранг не был Рыцарем.

— Ну, если не доверяете мне, ваше право, — легкомысленно сказал Кранг.

Иллюзия исчезла.

Стены лазарета вернулись, и Кранг снова выглядел как обычно, его присутствие больше не казалось всеобъемлющим.

— Но если доверитесь, я буду признателен.

— Думаю, придется, — ответил Энкрид.

— Придется?

— Да. Потому что ты сказал это так, будто действительно так думаешь.

Энкрид не мог постичь истинную личность Кранга.

Но в конце концов, это не имело большого значения.

Важно было лишь остановить ассасинов.

Вендженс, затаивший дыхание, протяжно выдохнул.

Он хотел что-то сказать Крангу и Энкриду, но остановился.

— Черт, — пробормотал он, отворачиваясь.

Какой бы ни была истинная сущность Кранга, она была явно незаурядной, и Вендженс потерял дар речи.

Увидев это, Кранг расхохотался.

— Не волнуйтесь, командир взвода. Сейчас я просто Кранг.

— ...А кто-то что-то говорил?

Цокнув языком, Энкрид нашел смущенную реакцию Вендженса странно милой.

При всей своей браваде, Вендженс задирался только с ним, а с остальными молчал.

«Кстати, интересно, почему он так ведет себя только со мной».

Энкрид отпустил эту мысль, когда начался еще один точно такой же день.

— Спокойной ночи, Энкрид.

— И тебе.

На этот раз Вендженс обошелся без своего обычного язвительного вечернего замечания, возможно, опасаясь последствий своих слов.

Как скучно.

В ту ночь Энкрид не спал.

Как бывший наемник, он знал, что выносливость и смекалка спасали его чаще, чем владение мечом.

Ночь становилась все глубже, и караул сменился дважды.

Вендженс тихо похрапывал рядом, в то время как мысли Энкрида не давали ему уснуть.

Как раз когда он подумывал встать, его шею пронзил острый укол.

Он инстинктивно схватился за это место и обнаружил тонкую деревянную иглу, вонзившуюся в кожу.

«Дротик? Отравленный?»

Онемение распространялось от раны, тело Энкрида становилось тяжелым, а чувства притуплялись.

«Черт».

Он изо всех сил старался не закрывать глаза, решив не допустить, чтобы этот день закончился так.

Сквозь туман он увидел приближающуюся маленькую фигуру — женщину или, возможно, ребенка.

Фигура подняла руку, и его поглотила тьма.

***

— Кипарис! Кипарис!

Гимн эхом разнесся вокруг, знаменуя начало нового дня.

Это был третий.

— Какого черта они так долго несут завтрак? — проворчал Вендженс, как и в предыдущие дни.

На этот раз Энкрид не стал тратить лишних усилий.

— Я схожу проверю.

Выйдя на улицу, он начал готовиться к следующей встрече.

Если ассасин придет снова, он будет готов.

http://tl.rulate.ru/book/150358/8646685