Готовый перевод I Start with a Bad Hand / Начинаю с плохим раскладом: Глава 11

Глава 11

К слову, из творческих дисциплин я выбрала драматургию.

Да.

Я так и не смогла отказаться от своей скромной мечты — зарабатывать на жизнь творчеством...

Однако выражения лица преподавателя, мрачневшего с каждой страницей моей первой амбициозной пьесы «Ромиет и Джулиано», и его последовавшего сразу после занятия совета «ещё не поздно сменить курс, может, рассмотрите другие варианты?» оказалось вполне достаточно, чтобы покончить с моими мечтами.

Как бы то ни было, из дисциплин для физической подготовки я выбрала стрельбу из лука. Верховая езда, фехтование, танцы... выбор был велик, но стрельба из лука, где в основном стоишь на месте, показалась мне наименьшим из зол.

«Выдержат ли ноги долгое стояние — вопрос открытый, но это всяко лучше, чем предметы, к которым и подступиться страшно»

— Добро пожаловать на занятия по стрельбе из лука.

Услышав чей-то голос, я подняла голову и увидела преподавателя. К моему удивлению, она оказалась довольно молодой. Оказалось, всего несколько лет назад она сама была студенткой Академии. Обведя собравшихся на стрельбище учеников довольным взглядом, она улыбнулась.

— В этом году, смотрю, учеников собралось немало.

«...Но нас всего шестеро, включая меня»

Агата, преподавательница стрельбы, неловко улыбнулась и объяснила, что этот вид спорта не так популярен: он не такой зрелищный, как другие дисциплины, а среди студентов давно разошёлся слух о нудных базовых тренировках.

И впрямь, по сравнению со студентами, вереницей ведущими лошадей перед занятиями, или с далёким звоном клинков, доносящимся с тренировочной площадки, стрельбище казалось пустынным.

Тренировки... оказались настолько утомительными, что я поняла, почему стрельба из лука не пользовалась популярностью. Мало того что долгий период подготовительных упражнений сам по себе выматывал, так ещё и после того, как мы наконец начали натягивать тетиву, мои стрелы упорно летели мимо цели.

Видимо, заметив моё отчаяние, Агата подошла и уверенно поправила мою стойку. Я выровняла дыхание и спокойно натянула тетиву.

Стрела со щелчком вонзилась в мишень.

— Вот видишь, отлично получается.

Агата широко улыбнулась и хлопнула меня по плечу.

Занятие продолжалось. Пусть не все стрелы попадали в яблочко, но теперь они хотя бы достигали мишени. Агата, наблюдавшая за мной со стороны, вскоре снова подошла и принялась расспрашивать, не занималась ли я стрельбой раньше и не было ли среди моих родителей лучников.

Я никогда не стреляла из лука, а уж держали ли приёмные родители Дитрих в руках лук, мне и вовсе было невдомёк. Я испугалась, что повторится катастрофа с драматургией, и с тревогой покачала головой. Заметив моё выражение лица, преподавательница успокаивающе произнесла:

— Для первого раза у тебя отличная стойка. И силы, на удивление, хватает.

— Ты так быстро всё схватываешь, я уж подумала, что у тебя есть опыт. Мышцы ног немного слабоваты, но с этим ты ничего поделать не можешь, — добавила она, снова поправляя мою позу. — Главное — усердно трудись и не сдавайся.

— Вижу, если будешь стараться, у тебя всё получится, — с довольной улыбкой заключила Агата и отошла к другому ученику. Я снова сосредоточилась и натянула тетиву. Вокруг воцарилась тишина, перед глазами остались только я и мишень. Свист рассекающей воздух стрелы приятно ласкал слух.

Однако, как бы приятно ни закончилась тренировка, Роксанна, с которой я внезапно столкнулась, как раз заканчивая обед, была из тех, с кем я справиться не могла.

Стоя в лучах солнца, она казалась почти прозрачной — её и без того яркие краски на свету неуловимо менялись. Рядом с ней с непроницаемым лицом стоял наследный принц. Вероятно, он пришёл сюда за ней — иначе с чего бы ему спускаться в студенческую столовую?

Я помнила, что в оригинальном романе он часто сопровождал Роксанну в столовую по её просьбе. Она говорила, что хочет попробовать пожить обычной жизнью, недоступной за стенами Академии. Как-то раз наследный принц даже доел за неё блюдо, которое то ли не смогла осилить, то ли просто не любила Роксанна. Когда она, изумлённая, посмотрела на него кроличьими глазами, он коротко ответил, если мне не изменяет память: «Кое-кто раньше так делал».

Поглощённая появлением Роксанны и наследного принца, я не сразу заметила, что с ними был и Седрик. Судя по его недовольному взгляду, ему было донельзя противно, что сестра разговаривает с самозванкой, занявшей её место и выставившей герцогский дом на посмешище. А поскольку Роксанна заговорила первой, у него не было повода высказать мне всё в лицо, отчего он, казалось, злился ещё больше.

— А, да. Садитесь.

Сказав это, я поднялась. Похоже, у Роксанны, которая так настойчиво хотела сесть рядом, хотя вокруг было полно свободных столов, нашлось ко мне какое-то дело или ей просто хотелось поговорить. Но я была уверена, что, оставшись с этой компанией, я либо не переварю съеденное, либо меня попросту стошнит. Иного исхода я не видела.

Роксанна, кажется, не ожидала, что я встану, и растерялась.

— Нет, я не хотела тебя сгонять... — с тревогой глядя на меня, пробормотала она.

Лицо Седрика мрачнело с каждой секундой. Мне хотелось разрулить ситуацию до того, как он откроет рот.

— Ты не сгоняешь. Я как раз собиралась уходить, — ответила я как можно безразличнее.

Я старалась, чтобы мои действия выглядели так, будто я их совершенно не замечаю. Взяв поднос, я встала. Но не успела я сделать и нескольких шагов, как Роксанна догнала меня и схватила за руку.

— Давай я помогу с подносом?

— Что?

Роксанна смущённо перевела взгляд на мою ногу.

— Эм, твоя нога... кажется, она болит...

— А.

Я издала какой-то глухой звук и посмотрела туда же, куда и она. Я совсем забыла, что Роксанна знала Дитрих ещё до Академии. Они ведь встречались, когда Дитрих жила в герцогстве Элексион. То есть Роксанна знала её с тех самых пор, как Дитрих занимала её место.

«И после всего этого у неё хватает духа так запросто со мной разговаривать?»

Оставалось лишь в очередной раз восхититься лучезарным характером главной героини. Казалось, Роксанну совершенно не волновало, что их с Дитрих связывало в прошлом.

— Всё в порядке, она всегда такая. То есть, не всегда была, но сейчас ничего страшного.

Честно говоря, я бы отказалась от такой помощи, кто бы её ни предложил. Это же не мешок с камнями, поднос я и сама донести в состоянии. Но Роксанна продолжала стоять на месте с обеспокоенным видом.

Нужно было поскорее её спровадить, чтобы и самой наконец уйти. Я уже открыла рот, чтобы сказать, что прекрасно дойду сама, но в этот момент кто-то грубо схватил меня за руку.

— Не строй из себя гордую.

Это был Седрик. Он почти вырвал у меня поднос.

Я ошарашенно уставилась на него. А он уже широкими шагами отошёл на несколько метров и со стуком, будто швырнув, поставил поднос на стойку. Мне бы следовало сказать, что я справлюсь сама, но на своей хромой ноге я бы за ним не угналась.

«И это говорит тот, кто совсем недавно бесился, требуя, чтобы я не отсвечивала?..»

Седрик обернулся и посмотрел на меня так, словно говорил: «А теперь проваливай». Роксанна растерянно замерла между нами. Похоже, на этом всё закончилось. Я кивнула Роксанне на прощание и уже собралась уходить.

И снова сильная хватка вцепилась в мою руку. Вскрикнув от неожиданности, я обернулась. Седрик, нахмурившись, сверлил меня взглядом.

— А где «спасибо»?

— Что?

«Дети герцогов всегда ведут себя как бандиты и вот так дёргают людей за руки?»

Оставив этот вопрос на потом, я посмотрела на него с явным недоумением: за что, собственно, благодарить? Седрик нахмурился ещё сильнее.

— В Академии даже члены императорской семьи после еды убирают за собой сами. Тебе оказали незаслуженную любезность, разве не полагается сказать спасибо?

Я была в растерянности от этой навязанной помощи. Но Седрик, казалось, не отпустит меня, пока не услышит заветное слово. А если моя рука отвалится, он будет держать в заложниках её.

— Благо... дарю?

Едва я выдавила из себя слова в стиле «на, подавись», чтобы он отстал, как Седрик вытолкнул вперёд стоявшую рядом Роксанну. От его внезапного жеста её щеки залились румянцем.

— Не мне, а ей.

При этих словах Роксанна забеспокоилась ещё больше и замахала руками, мол, не стоит. Разумеется, я тоже так считала. Но на этот раз я была уверена: если не поблагодарю, Седрик так и будет стоять здесь до завтрашнего утра, не давая мне уйти. К горлу подкатила тошнота.

— Спаси... бо?

Мой растерянный ответ его, видимо, не устроил, но он, решив, что и этого достаточно, повёл Роксанну обратно к столу, не забыв напоследок бросить на меня предупреждающий взгляд.

«Что это было?»

Я застыла на месте, пытаясь прийти в себя после этого абсурда. Вдалеке я услышала, как Седрик говорит Роксанне: «Ты слишком мягкотелая». Он что, сумасшедший? У меня было такое чувство, будто меня ударили головой о невидимый мешок с песком.

«Да что это вообще такое?»

И тут меня озарило.

«Возможно, я начала учиться стрельбе из лука именно для того, чтобы однажды прикончить этого ублюдка»

Я восхитилась тем, как плотно в моей жизни уложены сюжетные предпосылки — прямо как густые волосы на голове Седрика, — и твёрдо решила: буду усердно тренироваться и стану лучшей лучницей. А потом пристрелю этого гада.

Чувствуя небывалый прилив энтузиазма, я направилась в общежитие.

http://tl.rulate.ru/book/150356/8637637