Готовый перевод My Progenitor Genes Won't Let Me Rest / Слишком сильная жена и мои трудоголики...: Глава 4. 19-е заседание комитета

*Шух-шух-шух!*

Под старой софорой мгновенно собралось несколько фигур.

С характерным щелчком взметнулся бамбуковый шест, на котором развевался транспарант:

[Девятнадцатое заседание Комитета по деторождению двора семьи Лю]

Отставной Мастер Цинь Ханьшань с грохотом опустил ладонь на каменный стол, отчего шахматные фигуры подпрыгнули. Его голос был зычным, как колокол:

— Три года прошло! Даже камень за это время должен был согреться! Говорите, в чем загвоздка?!

Отставной военный Ван Чжэнго достал из-за пояса пистолет Маузер и прицелился в камень размером с ладонь, лежавший поодаль.

— Я только что наблюдал за ци и кровью Сяо Юаня. Его походка подобна дракону, шаг — тигру, а энергия бьет ключом на три метра вокруг. Это телосложение воина среднего уровня на пике формы! Ствол у него что надо, проблемы с осечкой быть не должно!

Отставной врач традиционной китайской медицины Сунь Бинсинь подхватила:

— А что до девочки Цинсюэ, я на прошлой неделе щупала ей пульс. Он ровный и сильный, матка в тепле, почки в достатке. Она — плодородная почва, не может быть, чтобы семена не взошли. К тому же, у нее предрасположенность к легкой беременности, она сможет и выносить, и выкормить! Я сто лет практикую, уж в этом-то разбираюсь!

— Так в каком же звене цепи проблема? — не мог понять Цинь Ханьшань.

Отставной даос Чжан Цинсюань, читавший новеллу, погладил свою козлиную бородку и, сделав умное лицо, принялся гадать на пальцах:

— По мнению вашего покорного слуги, возможно, между ними все еще есть некая преграда, та самая бумажная ширма еще не прорвана. Красная Звезда Луань взошла, но не вошла во Дворец Детей?

— Ничего не понял, что ты там бормочешь, — политрук Ван решил, что тот просто пустил шептуна.

Сказав это, он выстрелил. Пуля попала в камень, мгновенно разнеся его в пыль.

— Твою мать, старый вояка! Ты разрушил мою формацию фэн-шуй! — раздался рядом гневный вопль. Отставной архитектор Цянь Цзюгун аж подпрыгнул от злости.

— Да это же просто камень, — политрук Ван протер ствол, не придав этому значения.

— Да что ты понимаешь! — отчитал его старик Цянь. — Я разместил во дворе Великую формацию фэн-шуй "Дракон и Феникс приносят удачу", чтобы собрать жизненную энергию в радиусе десяти ли, привлечь удачу соития неба и земли и помочь Лю Юаню и Цинсюэ гармонизировать инь и ян для скорейшего рождения наследника!

— А этот камень был одним из ключевых элементов формации — актинолитом! А ты его в порошок стер!

Он продолжал разглагольствовать:

— Говорю вам, каждый камушек, каждый цветок и каждое дерево в этом дворе — это установленный мной предмет-хранитель! Все имеет свое значение! Не смейте ничего трогать, иначе нарушите эффект формации… И если у них не будет детей, виноваты будете вы!

— Старина Цянь, не нужно этих феодальных суеверий! — отставной учитель китайского языка Чэнь Мо отложил кисть, поправил очки и педантично прервал его:

— К любому делу нужно подходить с практической точки зрения, исследовать первопричину, познавать мир через вещи.

— Может, Лю Юань и Цинсюэ не то чтобы не хотят детей, а не могут? Или не смеют? Нужно учитывать реальные трудности молодежи. Сейчас воспитание детей обходится слишком дорого, экономическое давление велико.

— Да как такое возможно! Вы что, не читали новый указ о государственных пособиях на рождение детей? — отставной чиновник Ли Пяожань, держа в руках термос, прервал его официальным тоном и начал зачитывать политику:

— За первого ребенка — тысяча юаней в месяц! За второго — три тысячи, за третьего — пять! От молочных смесей до школы — зеленый свет, все расходы компенсируются! Какое тут может быть давление?

Остальные пенсионеры подняли руки.

— Есть!

— Есть!

— Есть!

— Это меньше одной десятой моей пенсии.

— Звучит как много, но на самом деле — капля в море.

Старое лицо Ли Пяожаня покраснело, он потерял дар речи.

Он ударил по столу, словно приняв какое-то решение:

— Так, чтобы Лю Юань и Цинсюэ рожали без опасений, я сейчас же напишу письмо в главное управление социального страхования и потребую, чтобы они увеличили пособие на рождение ребенка вдвое! Нет, втрое!

Все пенсионеры верили, что он не хвастается, ведь до выхода на пенсию он был на министерской должности.

С мечом в руке он истреблял чужеземцев снаружи и карал предателей внутри.

Сунь Бинсинь тоже приняла решение:

— А я, со своей стороны, усилю «Пилюлю Цилиня, дарующего сына». Одни только травы — слишком слабо!

Ее взгляд упал на Цинь Ханьшаня и Ван Чжэнго, и она отдала приказ:

— Старина Цинь, старина Ван, отправляйтесь вдвоем на поле битвы с чужеземцами и принесите мне по кувшину крови цилиня, дракона, феникса и черной черепахи. Я буду использовать их для создания лекарства, чтобы пополнить энергию и кровь Сяо Юаня.

Цинь Ханьшань и Ван Чжэнго тут же оживились:

— Будет сделано!

Старик Цянь тоже нашел, чем заняться, и задумчиво произнес:

— Возможно, мощность формации… слишком мала! Нужно сменить подход.

— Есть идея! Я немедленно приступлю к гаданию, чтобы определить новые позиции, и передвину все цветы, травы и камни во дворе! Установлю Великую формацию соития Девяти Дворцов и Восьми Триграмм.

— Старина Чжан! Одного моего фэн-шуй недостаточно! Лучше всего добавить твои талисманы! Давай объединим усилия.

Чжан Цинсюань кивнул и задумчиво сказал:

— Тогда я нарисую «Талисман-указ Девяти Небес, способствующий зачатию» и повешу его на потолке в их спальне! Он как раз будет взаимодействовать с твоей формацией.

Шестеро пенсионеров четко распределили обязанности и, сияя в своих областях, с нетерпением ждали появления внуков.

А в углу двора,

Сидел еще один пенсионер, молчаливый и не проронивший ни слова, который просто наблюдал за всем происходящим.

Он был одет в рабочую майку, а его руки покрывали узловатые мышцы.

Это был отставной рабочий сталелитейного завода по имени Чжао Шэньгун.

Он держал во рту самокрутку и смотрел на своих обезумевших приятелей. В его мутных старых глазах промелькнуло презрение, словно он смотрел на умственно отсталых.

"Смотреть тошно. Кучка психопатов".

"Вы шестеро, совсем с ума сошли от желания понянчить внуков. То фэн-шуй меняете, то талисманы рисуете, то собираетесь драконов с фениксами на лекарства пускать".

Он лишь опустил голову и сосредоточился на своей работе.

Это был каркас детской кроватки!

Основа была сделана из цельного куска теплой на ощупь «Древесины Тысячелетнего Древа, питающего душу», от которой исходил легкий приятный аромат.

Чжао Шэньгун взял из ящика с инструментами щепотку серо-черного металлического порошка — это была «эссенция внеземного звездного железа».

На кончике его пальца вспыхнул высокотемпературный «Истинный Огонь Земных Легких», который мгновенно расплавил порошок в жидкость. Он с невероятной точностью залил ее в пазы на ножках кроватки.

— Кажется, чего-то не хватает…

Воображение Чжао Шэньгуна разыгралось.

"Что, если ребенок родится и будет слишком громко плакать, мешая соседям?"

"Что, если он будет сбрасывать одеяло по ночам и простудится?"

"Что, если в воздухе будет загрязнение?"

"Что, если какой-нибудь безмозглый чужак проберется внутрь?"

Его мозолистая ладонь взяла «нож для гравировки из темного железа», который был тоньше скальпеля, и с механической точностью начала вырезать формации на кроватке.

Острие ножа скользило, оставляя за собой причудливые узоры.

[Формация постоянной температуры]: автоматическая регулировка тепла и холода с погрешностью не более чем в полградуса!

[Формация очистки от пыли]: изолирует от грязи, ни пылинки!

[Барьер тишины]: успокаивает и помогает уснуть, хоть из пушки пали!

[Формация сбора духа]: укрепляет основу, оздоравливает тело!

И самое главное…

Рука Чжао Шэньгуна была тверда как скала. В центре изголовья он вырезал руны: [Формация уничтожения бессмертных]!

Готово!

Он с удовлетворением похлопал по кроватке, и его морщинистое лицо расплылось в улыбке.

Эта кроватка была лишь первым из «магических артефактов для воспитания детей».

Чжао Шэньгун начал обдумывать второй и третий:

"Из «глубоководного холодного железа» и «огненного нефрита из ядра земли» выковать бутылочку для молока, которая будет поддерживать нужную температуру, отгонять зло и очищать от скверны".

"А из той непробиваемой «шкуры Пространственного Зверя» сшить подгузник, внутри которого скрыта вселенная, способный вместить гору Сумеру в горчичное зерно".

И еще…

Взгляд Чжао Шэньгуна стал пламенным.

Своими грубыми, мозолистыми руками, которыми он всю жизнь ковал железо, он создаст для ребенка Лю Юаня и Цинсюэ абсолютно безопасный мир!

Остальные шестеро пенсионеров ошеломленно уставились на него:

— Да ты тут самый безумный!

— Ребенка еще и в помине нет, а ты, Мастер артефактов, уже вовсю размечтался!

http://tl.rulate.ru/book/150047/8563192