Готовый перевод Bleach: This System Is a Bit Strange / Блич: Восхождение социофоба с худшей системой! (ЗАВЕРШЁН): Глава 8: Отряд тюремного надзора

— Пойдём.

Кукаку отвела взгляд и направилась к своему приземистому дому.

Спустившись по длинной лестнице, они оказались в просторном зале, где уже были накрыты три низких столика. Шиба Кукаку села во главе, выбила пепел из трубки в пепельницу и раздражённо посмотрела на Гандзю, который мялся рядом, не решаясь заговорить.

— Садись есть. Если есть вопросы — спрашивай, нечего в себе держать.

Гандзю тут же опустился на колени за столик справа от сестры. Ятаро, скрестив ноги, сел за соседний столик и, взяв миску, принялся за еду.

Внешне он сохранял полное спокойствие, но на самом деле, как и Гандзю, был озадачен произошедшим. Впрочем, Ятаро был здесь чужаком, и лезть с расспросами было бы невежливо. К тому же, рядом был Гандзю. Если Кукаку захочет рассказать, он услышит ответ, даже не задавая вопроса.

Едва усевшись, Гандзю выпалил всё, что накопилось у него на душе:

— Сестрица, кто это были? Почему те четверо гнались за шинигами? Он что-то натворил? И, похоже, они тебя знают…

— Задавай по одному вопросу! — рявкнула Шиба Кукаку, заставив Гандзю вздрогнуть.

— Эти четверо — из первого подразделения Отряда тайных операций, также известного как Карательный отряд.

— Карательный отряд? — переспросил Гандзю и тут же хлопнул себя по лбу. — А, это те, о ком говорил старший брат? Карательно-исполнительное подразделение, специализирующееся на казнях и убийствах? Неудивительно, что у них такой зловещий вид. Точно нехорошие люди.

На удивление, Кукаку не стала его отчитывать, а кивнула в знак согласия.

— Отряд тайных операций занимается грязной работой. Сказать, что они нехорошие люди — не будет ошибкой.

— Тогда почему они схватили того шинигами? — не унимался Гандзю.

Ятаро, сидевший рядом, тоже отложил палочки и посмотрел на Кукаку.

— Без причины.

— А?

От такого ответа и Ятаро, и Гандзю застыли в недоумении.

— В Отряде тайных операций пять подразделений. Карательный отряд занимается не только убийствами, но и арестами шинигами. Всех пойманных передают третьему подразделению — Отряду тюремного надзора, который заключает их в Гнездо Личинок. Того шинигами, которого схватили, отправят именно туда. В противном случае его бы казнили на месте.

— Поэтому я и говорю — без причины.

Гандзю выглядел ещё более растерянным.

— То есть, он не совершал никакого преступления? — внезапно подал голос Ятаро.

— Как такое возможно? — нахмурился Гандзю. — Даже эти подлые шинигами не стали бы арестовывать кого-то без всякого повода, верно?

Однако…

Кукаку с удивлением посмотрела на Ятаро и кивнула.

— Он прав.

— Что?!

— Помимо содержания заключённых, у Отряда тюремного надзора есть ещё одна обязанность, называемая «особым надзором». Проще говоря, они тайно следят за всеми шинигами, уже состоящими в Готей-13.

— Если кого-то сочтут потенциально опасным для других шинигами на основании одних лишь «мыслей», или если посчитают, что он может помешать работе отряда, то по приказу Совета сорока шести его арестовывают и заключают в Гнездо Личинок для постоянного наблюдения.

— Что за бред? Это же полная бессмыслица! — недоверчиво воскликнул Гандзю. — Просто потому, что кто-то «может» представлять опасность, его хватают и сажают под замок, хотя он ничего не сделал?

— Именно такая бессмыслица, — цинично усмехнулась Шиба Кукаку. — В Готей-13, по сути, не существует такого понятия, как «увольнение». Когда член отряда «увольняется», это означает, что его переводят под «особый надзор» и принудительно заключают в Гнездо Личинок. А причина…

— Лишь в том, что Готей-13 — это «благородная организация», которая не может допустить, чтобы в её рядах оказались «неподходящие» элементы. Таково правило, установленное Советом сорока шести, — с сарказмом в голосе добавила Кукаку. — Поэтому всех с «опасными мыслями» принудительно изолируют под предлогом «увольнения». Кстати, нынешний капитан Двенадцатого отряда, Куроцучи Маюри, как раз из тех, кого сочли «опасно мыслящим» и заперли в Гнезде Личинок, пока его не вытащил оттуда предыдущий капитан.

На лице Ятаро отразилось такое же недоверие, как и у Гандзю, но про себя он подумал: «Эти ребята из Совета сорока шести и впрямь заслужили свою участь…»

Гандзю же холодно усмехнулся, и его ненависть к шинигами лишь усилилась.

— Шинигами и впрямь все до единого — отбросы!

— Что до твоего последнего вопроса, — хотя Кукаку и была резка с Гандзю, было очевидно, что она заботится о младшем брате, поэтому она продолжила объяснять: — Я так хорошо осведомлена о делах Второго и Двенадцатого отрядов потому, что их предыдущие капитаны — мои старые друзья.

— Старые друзья?

Кукаку кивнула, но вдаваться в подробности не стала и взяла палочки.

Гандзю понял намёк: сестра не хотела обсуждать эту тему, поэтому больше не расспрашивал.

— Слышал, что сказала моя сестрица? — Гандзю хлопнул Ятаро по плечу. — Шинигами — нехорошие люди, даже не думай к ним подаваться. Будешь моим младшим братом, и я обеспечу тебе в Руконгае сытую и весёлую жизнь!

Говоря это, он, с одной стороны, выражал своё искреннее убеждение, а с другой — не хотел, чтобы Ятаро становился шинигами.

Ведь тот уже согласился быть его «младшим братом», пусть и только в свободное от работы время…

— Я и не собирался становиться шинигами, — Ятаро увернулся от его руки и с улыбкой добавил: — Попав в Руконгай, я решил посвятить свою жизнь тому, чтобы стать хорошим человеком! Моя цель — трудиться во имя мира во всём мире и на благо миллионов!

— Ха-ха-ха! — громко рассмеялся Гандзю. — А ты мне нравишься, парень!

После ужина Ятаро не стал задерживаться и попрощался.

Хотя Гандзю и предлагал ему остаться на ночь, Ятаро, немного поколебавшись, отказался под предлогом того, что завтра нужно открывать лавку. В конце концов, если он подружится с Гандзю, у него ещё будет масса возможностей сблизиться с Кукаку. Спешить было некуда, а останься он, всё равно провёл бы время только с Гандзю.

— А он и впрямь славный парень, — с восхищением сказал Гандзю, глядя вслед уходящему Ятаро. — Неудивительно, что его мастерская так прославилась всего за три года. Добрый, всегда готов помочь, да ещё и работает так ловко. Наверняка он был хорошим человеком при жизни.

— Хорошим человеком? — повторила Кукаку, провожая Ятаро взглядом. В её глазах мелькнул странный огонёк. — Как ты думаешь, кем был при жизни человек, который, умерев, решил стать «хорошим»?

— А? — Гандзю непонимающе моргнул.

Кукаку лишь покачала головой и направилась в дом.

На самом деле, пока она всё объясняла Гандзю, она внимательно наблюдала за реакцией Ятаро. Когда речь зашла об Отряде тюремного надзора, он, хоть и изображал такое же удивление, как и её брат, в его взгляде проскальзывало холодное безразличие.

И, может, ей показалось, но его постоянная улыбка казалась какой-то наигранной.

Впрочем, было очевидно, что он наслышан о прошлом клана Шиба, так что его желание подружиться с её братом, чтобы подобраться поближе к ней, было вполне естественным.

Пока это не вредило Гандзю, она не собиралась вмешиваться в его дружбу.

http://tl.rulate.ru/book/149956/8544818