Готовый перевод Warhammer: Godfather of the Night Lords / ВАРХАММЕР: Я — Уэйн [ПЕРЕВЕДЕНО]: Глава 2. Дар

Глава 2. Дар

Уэйн стоял на вершине высокой башни, и, казалось, весь мир лежал у его ног. Одной рукой он держал мальчика, и оба они взирали на расстилавшийся перед ними город.

Конрад слышал стоны города — бесконечная череда злодеяний разыгрывалась здесь каждое мгновение, но Уэйн стоял недвижим, словно изваяние.

Конраду исполнилось всего шесть месяцев от роду, но выглядел он уже на все четыре года.

Скорость роста Примарха превосходила все расчёты Уэйна. Он, конечно, ожидал, что тот будет развиваться быстро, но чтобы настолько...

Уэйн с улыбкой взглянул на подросшее дитя и с лёгкостью подхватил его на руки. Пройдёт совсем немного времени, и он уже не сможет вот так его обнять.

— Отец, — Конрад попытался вырваться. Ему не нравилось, когда отец так с ним обращался. — Не нужно.

Уэйн лишь сокрушённо вздохнул. Неужели сын так вырос, что ему больше не по душе отцовские объятия?

Он опустил Примарха на каменный пол.

— Конрад, я устроил для тебя приём в кругу знати. Почему ты не проявил к нему ни малейшего интереса?

В угольно-чёрных глазах Примарха мелькнуло отвращение. Он знал этих отпрысков падших аристократических родов, что собирались вместе, наряженные в пышные одежды, подобные павлинам, кичащимся своим оперением. Ночи напролёт они предавались разврату и распутству, а порой, сбившись в стаи, жестоко пытали и убивали невинных жителей городских трущоб. К таким, как они, Конрад никогда не испытывал ничего, кроме презрения.

— Я презираю эту знать, — отрезал он. — В них не осталось ничего человеческого.

Уэйн лишь хотел убедиться, что выращенный им ребёнок не сбился с пути. Он опасался, что Конрад падёт, станет таким же, как прочие аристократы, мужчины и женщины, погрязшие в пороке. Но, судя по всему, за шесть месяцев стремительного роста этот мир ещё не успел отравить его душу.

И всё же Уэйну нужно было удостовериться в мыслях Конрада окончательно. Он заговорил вновь, и в голосе его прозвучали нотки крёстного отца преступного мира.

— Смотри, Конрад! Этот город — твой. А люди в нём — всего лишь твои рабы. Зачем же выказывать сочувствие рабам?

Конрад не ответил. Он даже не кивнул в знак согласия с отцом. Помолчав, мальчик поднял голову и посмотрел на Уэйна. В глазах Примарха отразилась жалость. Он хотел положить конец насилию, царившему в этом мире.

— Нет, — твёрдо произнёс он. — Эти люди не должны быть рабами.

Уэйн едва заметно улыбнулся. Инстинкты Примарха были именно такими: врождённое безразличие к слабым и в то же время непреодолимое желание восстать против тирании.

Его сын был таким же. Он хотел изменить этот мир к лучшему. Уэйн мечтал спасти каждого, кто жил здесь, и надеялся, что Конрад разделит его стремление.

Раз уж Конрад нашёл в себе силы воспротивиться ему, значит, найдёт и решимость спасти этот мир.

Но Уэйн и сам когда-то шёл этой дорогой. Вот только тысячу лет назад этот мир утратил всякое понятие о милосердии и справедливости. Когда-то он тоже мечтал подарить Примарху лучший мир, но чтобы стать аристократом на Нострамо, нужно было превзойти в жестокости и беспощадности любого простолюдина.

Иначе милосердие станет лишь прологом к твоей собственной трагедии — как это случилось с родителями самого Уэйна.

— Ты хочешь спасти этот мир? — с обманчивым безразличием спросил Уэйн. — Сын мой, люди здесь давно забыли, что такое милосердие и прощение. У этой цивилизации нет даже понятия закона. Чем же ты собираешься их спасать?

— Так же, как и ты? — невольно вырвалось у юного Примарха. — Тиранией и страхом?

— Это не спасение, а порабощение. Конрад, ты можешь стать во много раз могущественнее меня. Покорить этот мир или даже воздвигнуть межзвёздную империю — для тебя это будет проще простого.

Уэйн умолк, затем взял Конрада за руку и подвёл к самому краю башни. Они уселись на парапет, глядя на Город Вечной Ночи.

— Или… превзойти меня.

— Превзойти? — не понял Конрад. — А чем это отличается от того, чтобы стать могущественнее?

— Стать могущественнее — значит лишь пройти дальше по моему пути. А превзойти меня — значит доказать, что есть иная дорога. Совершить перерождение целой цивилизации, изменить сердца людей, вернуть им закон и милосердие. Превратить эту выгребную яму в цветущий сад. Вот что труднее всего.

— Я смогу, — с упрямством в голосе ответил Примарх. — Я верну им всё это.

— Но прежде чем ты это сделаешь, давай поедим, — Уэйн обернулся и улыбнулся экономке, уже накрывшей на стол. — В конце концов, как спасать мир, будучи юным и голодным?

Уэйн снова с лёгкостью подхватил Конрада на руки.

— Сначала нужно набить желудок, а уж потом думать о великих делах. К тому же, я приготовил для тебя подарок.

— Какой подарок?

— Скоро сам всё увидишь.

Конрад многое знал об Уэйне. С виду ему было не больше двадцати с небольшим, но на самом деле Уэйну перевалило за сорок — он сохранял молодость благодаря технологиям продления жизни. В юности он тоже пытался изменить этот мир. Но когда он был ещё ребёнком, его родителей убили гангстеры из враждующей группировки, и ему потребовалось сорок лет, чтобы вернуть всё, что принадлежало ему по праву. Так он стал одним из самых могущественных аристократов этого мира.

А его экономка, в прошлом сирота, была воспитана самим Уэйном. Казалось, она питала к нему не только дочерние чувства. Она служила ему верой и правдой уже семнадцать лет — неслыханная преданность для Нострамо.

— Книги, которые я просил купить, уже доставили? — спросил Уэйн, разрезая сочный стейк и запивая его вином, стоившим целое состояние. — Или прибудут позже?

— Что за книги? — полюбопытствовал Конрад. — Ты решил купить какое-то новое оружие?

Нож в руке Уэйна замер. Он поднял глаза на сына.

— Оружие? Нет. Твои учебники.

— Что?

— У меня самого никогда не было возможности учиться. Я пробивал себе дорогу кулаками в бандах. Но ты не должен повторять мой путь. Ты заслуживаешь права на знания.

— Какие книги?

— Самые разные. Первая партия — около пятисот томов, но дальше будет больше. Я собираюсь построить библиотеку и наполнить её книгами всех жанров. Ты ведь хочешь превзойти меня, не так ли, Конрад?

— Да, — в голосе Примарха вновь прозвучало упрямство. — Я докажу, что есть другой путь.

— Хорошо. А теперь ешь овощи.

— Но ты ведь тоже их не ешь.

Уэйн посмотрел на надувшегося Примарха, подцепил ножом кусок овощей и отправил в рот. Конрад, глядя на него, нехотя последовал его примеру.

Они ели втроём: отец, сын и стоявшая по левую руку от Уэйна экономка, которая с нежностью наблюдала за этой парой. Их отношения больше походили на дружбу, чем на общение отца и сына. Уэйн всегда учил Конрада говорить всё, что у него на уме, и ничего не таить. Ведь Уэйн — его отец, а сыну нечего скрывать от отца. И как отец, Уэйн никогда не причинит ему зла.

Уэйн дарил Конраду всё своё милосердие и доверие, воспитывая Примарха как настоящего сына и стараясь дать ему самое лучшее.

— Господин, — Альфра протянула Уэйну, закончившему с едой, какой-то отчёт. — Вы просили.

— Угу.

Уэйн пробежал глазами по строчкам: строительство библиотеки, которое он заказал, было завершено.

— Отлично. Конрад, вот мой первый подарок тебе — твоя собственная библиотека. Всё, что в ней, включая землю, на которой она стоит, принадлежит тебе.

Такой дар стоил целое состояние и, по сути, был небольшим личным владением Конрада.

Альфра с надеждой смотрела на юного господина, ожидая, что он примет подарок. В конце концов, кто в здравом уме откажется от такого сокровища?

— Не приму, — упрямо отрезал Конрад. — Только если ты не сделаешь эту библиотеку достоянием всех. Каждого жителя этого города.

Уэйн кивнул. Это был первый шаг Конрада на пути к изменению мира. В свои шесть месяцев Примарх был так же наивен, как и любой другой ребёнок.

Конраду предстояло стать свидетелем трагедий этого мира, чтобы стать сильнее. Лишь так он сможет лучше понять человеческую природу и достичь величия.

— Как пожелаешь. Сделай так, как хочет Конрад. Альфра, распорядись насчёт охраны. Я не хочу, чтобы с ним что-то случилось.

— Слушаюсь, господин.

http://tl.rulate.ru/book/149523/8793298