Готовый перевод Reborn as a widow, she sent her husband to the underworld / Вдова, переродившись, отправила своего мужа на тот свет: К. Часть 5

Что в нем могло заставить эту маленькую женщину подумать, что он собрался покончить с собой?

Прежде чем он успел разобраться в ее намерениях, Е Чжэнь резко толкнула его, прижав к земле.

Твердая грудь мужчины заставила ее поморщиться, и она невольно взглянула на него.

Густая борода скрывала большую часть его лица, но даже сквозь нее можно было разглядеть четкие черты: длинные брови, высокий нос, глубоко посаженные глаза, которые, казалось, видели человека насквозь, когда он прищуривался.

Е Чжэнь почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Но она сохраняла уверенность и, надавив на его рану, сунула ему в руку пучок трав.

Это было то, что она приготовила для себя.

Ее глаза светились искренностью.

— Даже если в этом мире тебя никто не ценит, ты сам должен о себе заботиться. Эти травы останавливают кровь. Не делай глупостей, живи.

Она словно совершила великое благодеяние, быстро поднялась на ноги и, наклонившись к склону, закричала:

— Фэн мама... Фэн мама, ты там внизу? Отзовись, если слышишь меня... А-а-а!

Е Чжэнь успела скатиться вниз по склону прежде, чем Се Тинчжоу поднялся.

Она использовала внутреннюю энергию, чтобы смягчить падение, но специально выдернула кусок ткани, который подложила под одежду, и спрятала его в рукав.

Кровь от кошачьих царапин тут же пропитала ее платье, создавая впечатление, что раны были нанесены острыми бамбуковыми колышками.

Группа слуг во главе с управляющим как раз подоспела и издалека увидела, как Е Чжэнь, обеспокоенно ища Фэн маму, оступилась и упала вниз.

— Молодая госпожа!

Управляющий чуть не лишился чувств от ужаса и тут же бросился спасать ее.

Остальные последовали за ним, никто не заметил человека наверху.

Се Тинчжоу, перебирая в пальцах травы, медленно поднялся.

Две темные фигуры бесшумно появились рядом.

Один из них почтительно доложил:

— Господин, та, что упала, — вторая невестка дома маркиза Чжунъюн. Они ищут Фэн маму, служанку госпожи Лю.

Другой добавил:

— Мы обыскали окрестности, кроме них никого нет. Люди в поместье не обучены боевым искусствам. Подозреваю, что та, кто помог вам, — вторая невестка.

Только она отделилась от группы.

И еще... она повалила их господина на землю.

Сказав это, он сам не поверил своим словам:

— Разве не говорили, что вторая невестка выросла в южном поместье, ничего из себя не представляет, слаба и беззащитна?

Их господин был высоким и сильным воином, даже он сам вряд ли смог бы свалить его врасплох.

А вторая невестка смогла. Разве это обычная женщина?

Но тут со склона донесся стон боли, и он усомнился. Если она такая сильная, почему упала?

Может, господин позволил ей броситься в его объятия?

Едва эта мысль мелькнула у него в голове, как холодный взгляд Се Тинчжоу скользнул по нему.

Охранник Син Цзэ вздрогнул и поспешно сменил тему:

— Кажется, нападавший имел личные счеты с тем убийцей.

Се Тинчжоу тоже это заметил. Все камни летели только в одного нападавшего, и каждый раз — смертельный удар.

Если это действительно была она, то ситуация становилась странной.

Убийца был дворцовым стражем. Как женщина из внутренних покоев, да еще и не выросшая в столице, могла иметь с ними счеты?

Глаза Се Тинчжоу сузились.

— Идем за ними.

Син Цзэ бросился выполнять приказ.

Другой охранник, Фу Гуан, достал лекарство и осторожно предложил:

— Господин, позвольте мне обработать ваши раны.

Господин появился, и они сразу же подверглись нападению.

Се Тинчжоу запретил ему и Син Цзэ показываться рядом с ним, поэтому всех убийц он разделался сам.

С прошлой ночи это уже пятая группа. Даже такой сильный, как он, устал.

Оттого и получил рану в живот. Но господин словно не чувствовал боли — наверное, душевная боль была сильнее.

Фу Гуан с ненавистью посмотрел в сторону императорского дворца.

Се Тинчжоу взял у него флакон и начал расстегивать одежду.

Когда она бросилась на него, он собирался оттолкнуть ее.

Но женщина, оказавшаяся одна в горах, не проявила ни капли страха.

А ее странные слова заставили его, словно по волшебству, захотеть узнать, что она задумала.

Теперь он знал.

Притворилась, что приняла его за самоубийцу, наговорила ему о ценности жизни, но специально надавила на рану, чтобы он не мог сразу встать.

Воспоминания, видимо, были неприятными, потому что глаза Се Тинчжоу стали ледяными.

Едва раны были обработаны, вернулся Син Цзэ.

— Господин, оказывается, Се Юньчжоу три года назад не умер... но теперь точно мертв...

Под недоуменными взглядами он рассказал все, что разузнал о событиях в поместье.

— Слухи распространяются быстро. Теперь Се Юньчжоу все презирают и проклинают. По заслугам. Говорят, госпожа Лю, узнав новости, тут же упала в обморок. Сейчас она спешит сюда, а вторую невестку уже отнесли в поместье. Говорят, она очень слаба.

Совсем не похоже на человека с боевыми навыками. Может, он ошибся?

Он неуверенно добавил:

— Господин, вы правы думаете, что Се Юньчжоу убил Чи Хэн? Три года назад он действительно погиб или просто инсценировал смерть? Сообщить ли об этом маркизу?

Се Тинчжоу на мгновение задумался, затем резко сорвал с лица бороду, открыв черты, словно высеченные из камня.

— Господин!

Оба охранника ахнули.

Темные глаза Се Тинчжоу сверкнули, и он протянул руку к Фу Гуану.

Тот, встретив взгляд, полный скрытых бурь, не осмелился медлить и подал ему из сумки маску.

— Господин, мы остаемся в столице... не возвращаемся на границу?

Когда Се Тинчжоу надел маску, Син Цзэ тревожно спросил:

— Столица слишком опасна. Вдруг...

Вдруг его узнают? Он даже думать боялся о том, что будет потом.

Разве не договорились, что просто взглянут и уедут?

Почему планы изменились?

Се Тинчжоу посмотрел на него.

— Ты заметил, чем эти убийцы отличаются от предыдущих?

Син Цзэ задумался и вдруг воскликнул:

— Они не скрывали лиц и не маскировали приемы дворцовой стражи...

Господин подозревает, что это не настоящие дворцовые стражи?

Или, может, он думает, что в прошлом что-то было не так?

Платье Е Чжэнь было в крови, выглядело ужасно. Если не обработать раны вовремя, могла начаться лихорадка или остаться шрамы.

Приглашенный в поместье врач был мужчиной средних лет и не мог осмотреть ее ноги.

В уезде не было женщин-врачей.

Вань Син плакала от отчаяния:

http://tl.rulate.ru/book/149126/8804801