Готовый перевод Bleach: My weapon is science. / Блич: Мое оружие - наука - Архив: Глава 3. Омаэда？ Вот так лопух!

Разведчики из Восьмого отряда уже связались с Макино в поместье клана Шиба. Он предоставил им всю необходимую информацию, обрисовав ситуацию в общих чертах. Теперь оставалось только ждать.

«Этот старик Ямамото — настоящий маньяк собраний, — размышлял Макино, сидя в предоставленной ему комнате. — Наверняка прямо сейчас снова мучает капитанов... Интересно, какое решение они примут?»

Его размышления были прерваны голосом Куукаку, в котором слышались виноватые нотки.

— Господин Рюген, из двух вещей, что вы просили, у меня нашлась только одна...

Она протянула ему небольшую лакированную шкатулку, из которой исходил густой, пряный аромат.

— Это же... Трава Духовного Накопления! Да тут целых десять стеблей!

Лицо Макино озарилось неподдельной радостью. Два компонента, которые он запросил, были Трава Духовного Накопления и Лошаньский минерал. Трава была основным ингредиентом для создания Пилюль Восстановления Духа. Стоила она недорого, около ста кан за стебель, но из-за своей способности восстанавливать реяцу находилась под строгим контролем Готея 13, что делало её практически недоступной. Лошаньский минерал, в свою очередь, был необходим для постройки личной лаборатории. Он не контролировался, но его цена была заоблачной — десятки тысяч кан.

Макино, по правде говоря, и не надеялся, что у клана Шиба найдётся хоть что-то из списка. Их финансовое положение в данный момент было несравнимо с тремя другими великими кланами.

Видя искреннюю радость юноши, напряжённое выражение на лице Шибы Куукаку немного смягчилось.

— Можете звать меня просто Макино, — сказал он, аккуратно убирая драгоценную траву. — Со второй вещью не торопитесь.

Заполучив ключевой ингредиент и зная, что Восьмой отряд уже взял его на заметку, Макино был в прекрасном настроении. В этот момент в комнату без стука ввалился Гандзю. Он пришёл поблагодарить своего спасителя.

— Ну, как ощущения? — спросил его Макино.

— Потрясающе! Мне даже кажется, я немного подрос! — с восторгом выпалил Гандзю.

— И это совсем нехорошо, — серьёзным тоном ответил Макино.

Гандзю уставился на него, его глаза округлились от недоумения.

— Мой сэндзу — это всего лишь прототип. Он отнимает часть твоей жизненной силы. Сейчас ты, по сути, постарел на несколько десятков лет, поэтому и вытянулся...

Несколько десятков лет в Обществе Душ были эквивалентны всего нескольким годам в мире живых, так что это была не такая уж и большая проблема. К тому же, в оригинальной истории, которую помнил Макино, Гандзю и так всегда выглядел старше своих лет.

Выслушав объяснение, Гандзю с озорной ухмылкой повернулся к сестре.

— Слышала, сестрёнка Куукаку? Теперь ты должна называть меня старшим братом Гандзю!

Эта дурацкая шутка была его особым проявлением нежности. Таким неуклюжим способом он давал сестре понять, что нисколько не расстроен потерей нескольких лет жизни. Ответом ему, разумеется, послужил увесистый кулак Куукаку.

Впрочем, это тоже было её проявлением заботы. Каждый её удар был шагом, приближавшим Гандзю к тому, чтобы стать настоящим мужчиной.

— Знаешь, тебе стоит оставить в покое оборотней, — с усмешкой вмешался Макино, наблюдая за семейной сценой. — Если так хочешь себе ездовое животное, поймай лучше кабана. Вот уж кто действительно выглядит брутально!

Слова Макино заставили Гандзю, уворачивающегося от кулаков сестры, на мгновение замереть с задумчивым видом. Похоже, он всерьёз воспринял этот совет. Этой секундной заминки Куукаку хватило, чтобы её кулак со всей силы врезался ему прямо в лицо, оставив на щеке внушительную вмятину.

— Ладно, раз уж с юным Гандзю всё в порядке, я, пожалуй, пойду. А недостающую вещь, госпожа Куукаку, вы сможете передать мне, когда я в следующий раз зайду в гости.

— Так быстро? Может, останетесь ещё на пару дней? Позвольте нам проявить гостеприимство!

— Да, братан Макино, оставайся! — поддержал сестру Гандзю.

— Не могу, — покачал головой Макино. — Послезавтра у меня экзамен в Академии. Если пропущу его без уважительной причины, меня отчислят.

Изначально он не питал никаких надежд насчёт этого экзамена. С его текущим уровнем реяцу результат был бы один — «главное не победа, а участие». Но теперь, с Травой Духовного Накопления в руках, всё менялось. Стоило ему потратить сто очков на разблокировку Пилюли Восстановления Духа, и расклад сил становился совершенно иным. Эта пилюля позволяла мгновенно восстановить значительное количество духовной энергии.

— Что ж, раз так... — на волевом лице Куукаку отразилось разочарование. — Кин и Гин, проводите господина Макино.

— Слушаемся, госпожа Куукаку!

Провожая взглядом удаляющуюся фигуру Макино, Гандзю не удержался:

— Сестрица, а как тебе братан Макино?

Куукаку молча отвесила ему ещё один сокрушительный удар по голове и, развернувшись, ушла.

Гандзю остался стоять в полном недоумении, почёсывая ушибленный затылок.

— А что... я не так сказал?

Из-за внезапного удара он так и не успел произнести фразу, которая вертелась у него на языке:

«Я обязательно стану таким же крутым мужиком, как братан Макино!»

Увы, до «крутости» Гандзю было ещё очень далеко.

• • •

Несколько часов спустя Макино вернулся в общежитие Академии шинигами.

Сотни лет назад Академия располагалась внутри Сейрейтея. Но в стремлении привлечь больше одарённых учеников её перенесли в Руконгай. Для Макино это было огромным плюсом. Во-первых, земля в Руконгае была дешёвой, поэтому общежитие было огромным, и каждый студент жил в отдельной комнате, что позволяло ему сохранять секрет своей системы. Во-вторых, в Сейрейтее было одно существо, которого он опасался больше всего на свете, и не хотел вступать с ним в контакт раньше времени. Этот человек мог видеть практически всё, что происходило в стенах города шинигами. Пока Макино не построит свою личную лабораторию, способную скрыть его способности, он не хотел их демонстрировать в Сейрейтее.

К несчастью, под давлением аристократических кланов, Палата Сорока Шести уже издала указ о скором возвращении Академии в Сейрейтей. Это значительно усложнит поступление для обычных душ из Руконгая.

Войдя в свою комнату, Макино немедленно погрузился в своё внутреннее пространство и активировал систему.

— Разблокировать Пилюлю Восстановления Духа!

【Разблокирована новая технология: Пилюля Восстановления Духа (LV2). Затрачено очков: 100. Каждое использование даёт +10 очков】

【Привилегия носителя активирована: приём Пилюли Восстановления Духа не имеет времени восстановления и побочных эффектов】

【Остаток очков: 31】

Почувствовав лёгкий голод, Макино достал и проглотил пилюлю «Хьёроган».

【«Хьёроган» использован. Получено очков: +1】

— Итак, приступим к производству!

Вскоре, пожертвовав одним стеблем Травы Духовного Накопления и множеством вспомогательных материалов, Макино создал пять Пилюль Восстановления Духа. Они материализовались прямо перед ним.

«Так вот они какие...» — Макино взял одну из пилюль, ощущая исходящую от неё плотную, концентрированную реяцу. Внезапно на его лице появилась хитрая ухмылка.

— А вот и мой денежный мешок пожаловал.

Дверь без стука распахнулась, и в комнату ввалилась массивная фигура. Вошедший был одет в форму Академии, но на этом сходство со студентами заканчивалось. Его волосы были уложены в причёску, как у борца сумо, шею украшала вульгарная золотая цепь, а на пальцах сверкали массивные золотые перстни. Казалось, он рискует получить отравление тяжёлыми металлами. Несмотря на свой нелепый вид, он вёл себя так, словно был иконой стиля.

Это был Омаэда Маречиё, будущий лейтенант Второго отряда.

— Господин Омаэда, приветствую!

Макино живо вспомнил те отчаянные дни, когда он в одиночестве стоял за своим прилавком в Руконгае, познавая всю холодность мира. Пилюли не продавались, бельё никому не было нужно, а прочие безделушки не вызывали никакого интереса. Он не то что не зарабатывал очки — он даже не мог окупить затраты на производство.

И в тот момент отчаяния... появился он!

Именно Омаэда дал Макино причину продолжать.

— Господин Омаэда, что желаете на этот раз?

Омаэда одарил его заговорщицкой улыбкой, огляделся по сторонам и понизил голос:

— Как обычно, таблетки для почек! В последнее время что-то зачастил в уборную.

Макино без лишних слов достал из кармана заветную упаковку и передал её Омаэде. Тот, в свою очередь, отсчитал и вручил ему пятьсот кан.

Пятьсот кан! Себестоимость таблеток едва достигала десяти кан, а продавал он их за пятьсот! Месяц тяжёлой работы на улице не приносил и десятой доли того, что он получал с одной сделки с Омаэдой. Что поделать, наследник богатейшего клана мог себе это позволить.

— Хе-хе-хе, теперь я снова в строю! — пробормотал Омаэда, сжимая в руке упаковку и погружаясь в приятные фантазии. — Спасибо, Макино, я пошёл.

— Одну минуту, — внезапно остановил его Макино.

Он подошёл к Омаэде, по-дружески приобнял его за плечо и прошептал:

— Господин Омаэда, у меня появилась новинка. Нечто, что поможет вам стать лучшим выпускником Академии!

Омаэда ошеломлённо уставился на него.

— И что же это?

Макино извлёк из кармана землисто-жёлтую пилюлю и вложил её в руку Омаэды.

— Это Пилюля Восстановления Духа. Моя последняя разработка. Всего одна такая — и ваша реяцу мгновенно восстановится.

Омаэда ощутил мощную духовную энергию, исходящую от пилюли, и его глаза загорелись алчным огнём.

— Неужели это правда?

— Разве я когда-нибудь вас обманывал?

Омаэда вынужден был признать, что все товары Макино были чудодейственными. И пилюли «Хьёроган», и таблетки для почек... разве что к антибактериальному белью он так и не привык. К тому же, он был наследником великого клана, а этот парень — простолюдин. Разве посмеет он его обмануть?

— Сколько стоит эта пилюля?

— Десять тысяч кан.

— Сколько?! — даже Омаэда, увешанный золотом, не смог скрыть потрясения. — Так дорого!

Десять тысяч кан! Это были его расходы за целый месяц!

— Господин Омаэда, с вашими способностями вы и так займёте призовое место. Но с помощью этой пилюли вы сможете побороться за звание лучшего выпускника. А став лучшим, вы сразу же получите офицерский пост в отряде! С вашим-то талантом вы легко дослужитесь до лейтенанта. А теперь представьте, какие подношения вам будут делать подчинённые...

Макино рисовал перед ним радужные перспективы, и мозг Омаэды уже наполнился дофамином. Он живо представил себе роскошную жизнь на посту лейтенанта.

— Беру! Но... только за восемь тысяч, — сказал он, даже перестав называть себя «господином».

— Что вы, что вы! Вы же наследник великого клана Омаэда, и торгуетесь? Если у вас действительно финансовые трудности, я, конечно, могу немного уступить, но не сильно, себестоимость ведь высокая, — с лёгкой издевкой произнёс Макино, демонстративно перейдя на «вы».

— Беру! Какие-то десять тысяч кан! — практически прорычал Омаэда сквозь зубы.

Сделка состоялась!

— Господин Омаэда, когда вы займёте высокий пост, не забывайте обо мне!

— Ха-ха-ха, само собой!

Боль от расставания с деньгами быстро прошла, и Омаэда уже снова погрузился в свои мечты. Глядя ему вслед, Макино не мог не усмехнуться.

«Этот жирдяй так легко ведётся на уговоры».

Хотя, нет. Это не обман! Это инвестиция Омаэды в его собственное будущее!

Себестоимость пилюли составляла всего двести кан. А он продал её за десять тысяч!

Как только Омаэда ушёл, Макино немедленно отправился в Руконгай за материалами.

«Десять тысяч кан... я могу купить ещё вспомогательных компонентов и превратить всю оставшуюся траву в пилюли!»

От одной этой мысли его охватило волнение. С таким запасом Пилюль Восстановления Духа какой-то экзамен в Академии казался сущей безделицей. Ну и что, что противник сильнее? Можно же просто постоянно есть таблетки!

http://tl.rulate.ru/book/148905/8326240