Готовый перевод From "black little fresh meat on the Internet to global idols" / Чтобы стать звездой, я решил захейтить сам себя: Глава 31. Легенда средней школы Улан-Маоду

Лю Фэйэр обычно держалась отстраненно, словно холодная богиня, и сестра Пин не понимала, почему сегодня она так не в себе, нет, точнее, так потеряла самообладание.

Она подошла и уселась прямо между ними, отодвинув Лю Фэйэр, и взяла разговор на себя: «Маленький Мэн, ты сейчас на пике популярности. Пусть даже и благодаря скандалам, но трафика у тебя уйма. Сценарий сериала «Убийство мужа», конечно, хорош, но кроме Сиси, остальные актеры не особо известны, так что раскручивать нужно именно нашу Сиси».

Парфюм сестры Пин приятно пах, не зря даже дядя Юань от него с ума сходил. Эта зрелая женщина, казалось, привлекала внимание таких молодых парней, как Мэн Лянчэнь, больше, чем Лю Тяньсянь.

Мэн Лянчэнь, цокнув языком и кивнув, рассказал Лю Фэйэр о своем реальном положении дел. Он поправил воротник и сказал: «Сестра Сиси, мы ведь старые знакомые, к тому же одноклассники. Раз уж вы так меня опекаете, я обязан говорить вам правду.

В сети идут ожесточенные споры, и я прекрасно знаю, что компания выбрала для меня путь «черного пиара», то есть сначала скандалы, потом слава. Этот путь довольно рискованный, мне приходится постоянно испытывать терпение фанатов, даже границы приличий, чтобы привлечь внимание.

Так что я, по сути, постоянно хожу по лезвию ножа.

Сестра Сиси, вы предлагаете раскрутить нас как пару, и я понимаю, что вы хотите мне помочь. Но мое будущее совершенно неопределенно. Если вас из-за меня начнут проклинать по всей сети, мне будет очень тяжело. Я думаю, вам, возможно, стоит сходить в храм Путо, помолиться, чтобы и вас это не затронуло».

Сестра Пин про себя отметила, что парень, в общем-то, неплохой, только языком болтает чересчур.

Лю Фэйэр тихо вздохнула. Ее безупречно белое лицо стало похоже на меланхоличный синий цветок. Она подперла щеку рукой, вытянув красные губы, и приняла вид милой юной девушки.

Мэн Лянчэнь не смел говорить, только смотрел на Лю Фэйэр.

Спустя долгое время Лю Фэйэр наконец сказала: «Мэн Лянчэнь, я верю тебе, ты обязательно станешь из «черного» «красным».

Увидев решительный взгляд Лю Фэйэр, Мэн Лянчэнь почувствовал необъяснимое волнение. Он уже собирался выразить свою преданность, как вдруг увидел, что Лю Фэйэр снова подперла щеку рукой. Ее белоснежная кожа сияла не болезненной бледностью европейцев, а какой-то притягательной белизной. Мэн Лянчэнь почувствовал, что снова готов пасть, и поспешно отвернулся.

Лю Фэйэр вдруг с любопытством спросила: «Черныш, ты правда набрал 99 баллов на вступительных экзаменах? По всем девяти предметам?»

Мэн Лянчэня слегка перекосило от ее хода мыслей. Как она умудрилась так резко свернуть с темы его всенародной ненависти на свои школьные «темные пятна»?

Сестра Пин тоже беспомощно почесала затылок. Лю Фэйэр часто так делала: говорила на отвлеченные темы, никогда не угадаешь, о чем она подумает в следующую секунду.

Мэн Лянчэнь на мгновение замялся. Это ведь черный пиар его прошлой личности, так что говорить можно. Вспомнив тот период, он сказал: «Правда. Тогда я целыми днями думал о криминальном мире, во сне мне снилось, как я подражаю Чэнь Хао Наню, Шань Цзи, У Я. Я хотел объединить преступный мир Улан-Маоду, а потом повести братьев на север в Хэйчэн, на восток в Байчэн, на юг в Тунляо, чтобы стать первым «пушечным мясом» Северо-Востока. Увы, увы! Небеса завидуют талантам! Не успел начать, как уже погиб».

Лю Фэйэр, прикусив губу, улыбнулась и спросила: «Как это – «не успел начать, как уже погиб»?»

Мэн Лянчэнь ответил: «Отец узнал, что я там шляюсь, и, опасаясь, что я когда-нибудь совершу глупый поступок под влиянием юношеского задора, отправил меня к своему другу на молочную ферму доить коров.

Потом я обнаружил, что не могу справиться даже со ста коровами, не говоря уже о ста – нет, ста особях, а, впрочем, и не сто, а ста подчиненных.

Когда я провел на ферме полгода и вернулся в школу, я понял, что на смену одному поколению приходит другое, каждый правит по несколько дней. У моих подчиненных появились новые покровители.

Тогда я понял, что мир уже не тот, что был раньше. Но я уже не был частью этого мира, хотя моя легенда в нем осталась».

«Какая легенда?» – с любопытством спросила Лю Фэйэр.

Взгляд Мэн Лянчэня стал глубоким, словно он заглядывал сквозь время. С интонацией Чжао Чжунсяна, комментирующего «Мир животных», он произнес бархатным мужским голосом: «Десять лет назад в средней школе Улан-Маоду ходила легенда. Говорили, что был здесь один парень, красивый, умеющий петь и танцевать, с превосходными боевыми навыками. Он полгода провел на молочной ферме, доя… После этого не только одноклассники смотрели на меня странно, но и одноклассницы стали меня избегать, боясь, что я извращенец».

Лю Фэйэр, будучи южанкой, не поняла, что значит «доить коров», и сразу спросила: «Что это значит? Доить коров?»

Сестра Пин, будучи северянкой, тут же наклонилась и прошептала ей объяснение. Лю Фэйэр так засмеялась, что свалилась на диван, даже не пытаясь прикрыть рот. Она снова показала свои зубы…

Когда Лю Фэйэр немного успокоилась, Мэн Лянчэнь снова сказал: «Сестра Сиси, как мне сыграть главного героя в сериале «Убийство мужа»? Я ведь никогда не играл главные роли и не исполнял подобные персонажи».

Лю Фэйэр серьезно ответила: «Играй самого себя. Главный герой – подлец, который обманывает девушек. Он хуже, чем альфонс, и хуже, чем Казанова. По крайней мере, альфонс предан одному, а Казанова богат. А этот герой и беден, и распутен, и с несколькими девушками одновременно».

У Мэн Лянчэня потемнело в лице. Что значит «играй самого себя»?

Он, Мэн, совсем не такой человек.

Лю Фэйэр, подперев щеку, прищурилась и снова улыбнулась: «Дело в том, что твой образ слишком хорошо подходит к персонажу».

«Я?»

Лю Фэйэр протянула свои прозрачные, как стекло, пальцы и начала перечислять: «У тебя есть все черты подлеца. Первое: ты красив и способен жить за чужой счет. У тебя есть такое?»

«Эм… Есть», – ответил Мэн Лянчэнь. – «Если вы так говорите, я даже горжусь».

Лю Фэйэр продолжила: «Второе: ты часто говоришь, не думая, и без причины ранишь других. Не отрицай. В сети все тебя чернят. Ты сам знаешь, почему, верно?»

«Я невиновен! Это делал тот Мэн Лянчэнь, а не я».

Лю Фэйэр уставилась на него своими большими круглыми глазами и недоверчиво спросила: «А ты разве не Мэн Лянчэнь?»

Мэн Лянчэнь серьезно сказал: «С сегодняшнего дня я меняю имя на Мэн Лян».

Лю Фэйэр, прикусив губу, хихикнула: «Третье: ты болтлив и умеешь очаровывать девушек. Можешь отрицать?»

«…» Мэн Лянчэнь. – «Раньше у меня не было выбора. Теперь я хочу быть хорошим человеком. Дайте мне шанс. Думаю, частный детектив – тоже неплохой вариант…»

Лю Фэйэр прикрыла рот рукой. Ее глаза, похожие на две спелые сливы, превратились в полумесяцы, а на щеках появились неглубокие ямочки. Ее белоснежная, сияющая кожа делала ее фигуру просто ослепительной.

Мэн Лянчэнь поспешно опустил голову и перевернул сценарий раскрутки, чтобы скрыть свое волнение. В сценарии были указаны требования и запреты. Затем он снова спросил о предстоящей кампании. Что ему следует учитывать, чтобы не перегнуть палку и не повредить ее имидж.

Лю Фэйэр улыбнулась и сказала, что все в порядке, ее имиджу это не повредит. Ведь чем больше его будут ругать, тем больше будут жалеть ее. Мэн Лянчэнь подумал, что это логично. Это называется контраст. Ее имидж уже такой, какой есть, так почему бы и не дать ему послужить ему во благо, заодно подчеркнув доброту Лю Фэйэр.

«Я буду делать все, что скажет сестра Сиси».

http://tl.rulate.ru/book/148776/8386421