Готовый перевод Endless running / Бесконечный бег: Глава 18: Возрастающая мощь

Алексей Крылов стоял в центре тренировочной зоны их подземного убежища, окруженный сложной системой датчиков. Прошел месяц с тех пор, как он в последний раз видел сестру. Месяц интенсивных тренировок, бесконечных калибровок стабилизаторов и постоянно растущей энергии, которая, казалось, заполняла каждую клетку его тела.

— Концентрация, — голос Призрака звучал жестко и бескомпромиссно. — Направь поток в правую руку, затем в левую, затем в ноги. Циклами.

Алексей закрыл глаза, сосредотачиваясь на внутренних потоках энергии. Его тело пульсировало голубым свечением, которое стало заметно даже при обычном освещении — верный признак того, что интенсивность квантовых флуктуаций продолжала расти.

Изумрудные линии на мониторах демонстрировали движение энергии внутри его тела — справа налево, сверху вниз, по спирали. Система стабилизаторов стала еще сложнее — к браслетам на запястьях, нагрудному диску, обручу и полосам на конечностях добавились тонкие нити по всему позвоночнику и миниатюрные генераторы обратной связи на висках.

— Уровень энергии растет, — констатировал Призрак, изучая показания. — Снова на двенадцать процентов за неделю.

Алексей почувствовал, как его тело начало вибрировать на молекулярном уровне — предвестник энергетического выброса. В такие моменты казалось, что атомы его плоти пытаются разлететься в разные стороны, словно внутри зарождается сверхновая. Он активизировал очередной модуль стабилизатора, перенаправляя избыток энергии в ноги.

— Сейчас, — прошептал он и сорвался с места.

Его движение было практически мгновенным — размытый голубой след пронесся по периметру большого подземного зала. Но даже максимальная скорость уже не приносила такого облегчения, как раньше. Энергия накапливалась быстрее, чем он успевал её израсходовать.

Спустя несколько кругов он остановился перед Призраком, тяжело дыша. Небольшие голубые искры срывались с его пальцев, падая на бетонный пол и оставляя микроскопические оплавленные следы.

— Стабилизаторы едва справляются, — констатировал Алексей. — Даже с последними модификациями.

Призрак молча изучал показания приборов, его белые волосы казались почти прозрачными в голубоватом свете, исходящем от тела Крылова.

— Мы вынуждены следовать за графиком твоей эволюции, — наконец произнес он. — В каждом из миров, которые я наблюдал, наступал момент экспоненциального роста. Похоже, мы подошли к нему.

Алексей опустил взгляд на свои руки — сквозь почти прозрачную кожу виднелись пульсирующие энергетические каналы. Еще несколько недель назад они были едва заметны, теперь же образовывали сложную сеть, светящуюся изнутри с интенсивностью неоновых трубок.

— Насколько мы близки к... — он замолчал, не в силах произнести термин "квантовый предел".

— Ближе, чем мне хотелось бы, — Призрак отложил планшет с данными. — Но у нас есть варианты. Завтра проведем очередной сеанс с Черновым. Его способность поглощать энергию может дать нам необходимый запас времени.

Крылов неуверенно кивнул. Встречи с "Пустотой" — как называл себя Чернов — всегда были тяжелым испытанием. Процесс поглощения энергии причинял физическую боль и оставлял ощущение опустошенности. Но выбора не было — сеансы с Черновым действительно помогали снизить критический уровень энергии на несколько дней.

— А теперь отдыхай, — Призрак направился к выходу из тренировочной зоны. — Завтра тяжелый день.

Ночью Алексей лежал на специальной кушетке, которая позволяла ему находиться в состоянии относительного покоя, не останавливаясь полностью. Его ноги продолжали совершать бесконечные движения, напоминающие бег на месте, в то время как препарат, который давал ему Призрак, погружал сознание в подобие сна.

Последнее время даже этот странный полусон не приносил отдыха. Каждую ночь происходили мини-выбросы энергии — незначительные, но достаточные, чтобы активировать аварийные системы стабилизаторов. Призрак установил в комнате Алексея сложную сеть поглотителей, которые не позволяли этим всплескам распространяться за пределы помещения.

Сегодняшняя ночь не стала исключением. Около трех часов ночи Алексей почувствовал знакомое нарастание дисбаланса — даже сквозь пелену искусственного сна. Его тело начало светиться интенсивнее, кончики пальцев заискрились, а стабилизаторы замигали предупреждающими огоньками.

Но вместо того, чтобы позволить системе справиться с всплеском самостоятельно, Алексей сделал то, что тайно практиковал уже две недели — активировал крошечное устройство, созданное Анной. Миниатюрный стабилизатор, спрятанный в специальном углублении на внутренней стороне запястья, мягко завибрировал, отправляя в его тело волны квантовых импульсов.

Эффект был совершенно иным, чем от стабилизаторов Призрака. Если те создавали ощущение сдавливания, словно пытались заключить энергию в невидимую тюрьму, то устройство Анны действовало иначе. Оно создавало резонанс с энергетическими потоками, как будто разговаривало с ними на одном языке, направляя, а не сдерживая.

Алексей почувствовал, как голубое свечение распределяется равномернее по его телу. Пульсация стала более ритмичной, искрение на пальцах прекратилось. Энергия не исчезла — она стала частью него, естественным продолжением его существа. На несколько драгоценных минут он испытал ощущение, которое почти забыл — гармонию.

В первый раз, когда он опробовал устройство Анны, это было спонтанным решением, продиктованным отчаянием. Его энергия достигла пика, а Призрак отлучился из убежища. Эффект от применения стабилизатора оказался настолько поразительным, что Алексей не мог поверить своим ощущениям.

С тех пор он использовал его тайно, только в моменты, когда был уверен, что Призрак не заметит. Он быстро понял, что должен дозировать применение — слишком частое использование могло вызвать подозрения, а слишком долгое — изменить его энергетическую сигнатуру настолько, что системы мониторинга обнаружили бы аномалию.

Постепенно Алексей научился тонко балансировать между стабилизаторами Призрака и устройством Анны. Для внешнего наблюдателя выглядело так, будто он просто лучше контролирует свои силы. Для него самого это был секретный источник надежды — доказательство того, что его сестра была права. Существовал другой путь, не тот, что предлагал Призрак.

Волна резонанса постепенно утихла, и стабилизатор Анны перешел в пассивный режим. Алексей закрыл глаза, позволяя препарату снова погрузить его в подобие сна. Впервые за долгое время ему не снились кошмары о разрушенных мирах и миллионах погибших людей.

Утро началось с внезапного пробуждения. Призрак стоял рядом с его кушеткой, изучающе глядя на показания мониторов.

— Твои энергетические уровни колебались ночью, — сказал он без предисловий.

Алексей осторожно сел, стараясь, чтобы его лицо не выдало тревоги.

— Обычные выбросы. Они случаются каждую ночь.

— Не такие, — Призрак провел пальцем по графику на экране. — Вот здесь и здесь — нормальные пики и спады. А вот это... — он указал на участок, где линия плавно изменяла амплитуду, — совершенно другой паттерн. Слишком ровный, слишком... гармоничный.

Алексей почувствовал, как сердце начинает биться чаще. Стабилизаторы немедленно отреагировали на изменение его эмоционального состояния, компенсируя возрастающую энергию.

— Возможно, это результат твоих тренировок, — ответил он, стараясь звучать спокойно. — Ты же сам говорил, что со временем я научусь лучше контролировать поток.

Призрак смотрел на него долгим, испытующим взглядом.

— Возможно, — наконец произнес он. — Но если здесь замешано что-то еще... что-то, о чем ты мне не говоришь...

Он оставил фразу незаконченной, но угроза была очевидной.

— О чем ты? — Алексей встал, делая вид, что недоумевает. — Что я могу скрывать? Я живу здесь, в этом бункере, под твоим постоянным наблюдением. У меня нет ничего своего, даже минуты уединения.

В его голосе прозвучала неподдельная горечь — часть правды, которая должна была скрыть ложь.

Призрак, казалось, слегка смягчился.

— Я не обвиняю тебя, — сказал он. — Просто хочу понимать, что происходит. Предыдущие... версии тебя не демонстрировали такого паттерна. Это что-то новое.

Крылов пожал плечами:

— Может, это значит, что на этот раз всё будет иначе? Что я не достигну квантового предела?

В глазах Призрака мелькнуло что-то сложное — смесь надежды и недоверия.

— Я хотел бы в это верить, — тихо сказал он. — Поверь, я действительно хотел бы.

Он отвернулся к монитору, словно пытаясь найти в данных подтверждение своим подозрениям.

— Собирайся, — сказал он, не оборачиваясь. — Чернов будет через час.

Когда Призрак вышел, Алексей позволил себе короткий выдох облегчения. Он был близок к раскрытию. Слишком близок. Отныне нужно быть еще осторожнее с использованием стабилизатора Анны. Возможно, активировать его только в крайних случаях, когда энергия становится действительно неконтролируемой.

Но где-то глубоко внутри Алексей понимал — несмотря на все предосторожности, время работало против него. Энергия продолжала расти экспоненциально. Рано или поздно ни стабилизаторы Призрака, ни устройство Анны не смогут сдерживать ее. И тогда ему придется столкнуться с выбором, который он откладывал все это время.

Встреча с Черновым проходила в специальном помещении, стены которого были покрыты материалом, поглощающим излишки энергии. Михаил Чернов, худощавый мужчина с лихорадочным блеском в глазах, выглядел еще более нездоровым, чем обычно. Его кожа приобрела сероватый оттенок, а под глазами залегли глубокие тени.

— Ваш уровень заметно возрос, Крылов, — сказал он, изучая показания приборов. — Боюсь, сегодняшняя процедура будет... интенсивнее обычного.

Алексей молча кивнул, усаживаясь в специальное кресло. Чернов надел свои перчатки — модифицированные устройства, позволяющие ему контролировать поглощение энергии. Без них процесс был бы смертельно опасен для них обоих.

— Начинаем, — произнес Призрак, наблюдая со стороны.

Чернов положил руки на плечи Алексея, и комнату наполнило голубое свечение. Тело Крылова напряглось, когда энергия начала покидать его, устремляясь к Чернову. Это было похоже на то, как если бы его кровь выкачивали через десятки невидимых игл — болезненно, истощающе, противоестественно.

Стабилизатор Анны, спрятанный на запястье, едва ощутимо вибрировал, словно пытаясь сопротивляться процессу, но был слишком слаб против целенаправленного поглощения Чернова.

Процедура продолжалась почти двадцать минут — вдвое дольше обычного. К концу Алексей был настолько истощен, что едва мог сидеть прямо. Его кожа побледнела, голубые энергетические линии потускнели.

Чернов, напротив, буквально светился. Его глаза сияли голубым светом, а кожа приобрела почти здоровый румянец. Он отнял руки от Алексея и глубоко вдохнул, как человек, только что получивший дозу наркотика.

— Феноменально, — выдохнул он. — Чистейшая квантовая энергия, которую я когда-либо поглощал. Она... меняется. Эволюционирует. Становится более сложной.

Призрак подошел ближе, внимательно изучая показания приборов.

— Насколько мы снизили уровень?

— На сорок процентов, — ответил Чернов, сверяясь с данными. — Но должен предупредить — регенерация ускоряется. В прошлый раз требовалось пять дней, чтобы восстановить прежний уровень. Теперь, я полагаю, хватит и трех.

Призрак нахмурился:

— Это быстрее, чем я ожидал.

Чернов осторожно снял перчатки, с видимым сожалением наблюдая, как голубое свечение в его руках постепенно угасает.

— Есть еще кое-что, что меня беспокоит, — сказал он, понизив голос. — В энергетическом потоке присутствуют аномалии. Небольшие, но различимые. Как будто на базовую волну накладывается второй сигнал, создающий интерференцию.

Алексей замер, чувствуя, как холодеет в груди. Чернов обнаружил влияние стабилизатора Анны.

— О чем ты говоришь? — резко спросил Призрак.

— Не уверен, — Чернов дотронулся до своей груди, где еще пульсировала поглощенная энергия. — Это как... эхо. Основной поток движется в одном направлении, но есть слабый, вторичный поток, который... как бы направляет его, создает структуру.

Призрак повернулся к Алексею, его глаза сузились:

— Что-нибудь, о чем ты хочешь мне рассказать?

Крылов медленно покачал головой:

— Нет. Я ничего не знаю о... эхе или вторичных потоках.

Он сделал вид, что пытается встать, но покачнулся — это не было притворством, истощение было реальным.

— Мне нужно отдохнуть, — произнес он слабым голосом.

Призрак и Чернов обменялись взглядами, но не стали настаивать. Вдвоем они помогли Алексею дойти до его комнаты и уложили на кушетку, подключив системы мониторинга.

— Завтра продолжим разговор, — сказал Призрак, выходя. — И на этот раз я хочу услышать правду.

Дверь закрылась, оставив Алексея наедине с мыслями. Он лежал, глядя в потолок, ощущая, как его тело медленно, но неумолимо начинает восстанавливать утраченную энергию. Процесс, который раньше занимал дни, теперь запускался почти мгновенно.

Он осторожно прикоснулся к запястью, где был спрятан стабилизатор Анны. Устройство еще функционировало, но слабее прежнего. Постоянное противодействие стабилизаторам Призрака и сегодняшнее столкновение с силой Чернова истощили его.

Алексей понимал, что оказался в тупике. Завтра Призрак будет требовать объяснений, и у него не останется выбора — либо раскрыть правду о стабилизаторе Анны, либо придумать убедительную ложь.

Оба варианта были опасны. Если Призрак узнает об устройстве Анны, он может решить, что она нарушила договор, и отправится искать её. Если же Алексей солжет, Призрак всё равно рано или поздно обнаружит правду — и последствия будут еще хуже.

Но самым пугающим было другое осознание — даже с помощью устройства Анны он не мог остановить рост энергии. Стабилизатор помогал лучше контролировать её, создавал гармонию вместо хаоса, но сам процесс генерации продолжался. И с каждым днем, с каждым часом он становился всё ближе к тому, что Призрак называл "квантовым пределом" — точке, где даже идеальный контроль становится невозможным.

"Что же мне делать?" — мысленно спросил он, зная, что никто не ответит. Анна была далеко, Призрак превратился из наставника в тюремщика, а собственное тело стало бомбой замедленного действия, способной уничтожить не просто город или страну, а, если верить Призраку, целый континент.

Энергия внутри него тихо пульсировала, постепенно нарастая. Стабилизаторы мягко светились, удерживая её в рамках, но впервые Алексей ясно ощутил, что их мощности не хватит надолго. Как бы он ни старался оттянуть неизбежное, рано или поздно ему придется встретиться лицом к лицу с судьбой, которой, по словам Призрака, не смогли избежать двадцать семь его версий в других мирах.

Если только... если только не существует иного пути, о котором не знает даже Призрак. Пути, который его сестра пыталась ему показать через своё устройство. Идеи квантового резонанса вместо подавления.

Алексей закрыл глаза, сосредотачиваясь на ощущениях внутри своего тела. Если суждено погибнуть вместе с этим миром, он хотел хотя бы попытаться понять тайну, которая была частью его существа — загадку квантовой энергии, текущей через каждую клетку, каждый атом его преображенного тела.

http://tl.rulate.ru/book/148421/8453686