Если уж помирать, то с размахом. Перси в это искренне верил. Последняя забава перед тем, как кануть в небытие. Оргия… ладно, давайте-ка притормозим. Он дважды моргнул, мысли с визгом затормозили.
Не в таком сумасшедшем смысле. Но если кому-то для счастья нужно именно это — флаг в руки.
Если уж собрался сыграть в ящик, пусть об этом услышат все.
Воздух пронзил высокий гул. Перси, слегка раздосадованный тем, что его прервали, поднял взгляд на двигатель, который только что запустили ведущие инженеры.
Хотя, конечно, это он сам попросил их запустить его, так что досадовать было нечестно. Он всмотрелся в панель, куда система управления выводила данные в ровном ритме. Его интересовали показатели температуры выхлопных газов — ТВГ.
Сначала все выглядело неплохо, но потом значения поползли вверх, превышая спецификации, заложенные при моделировании системы. Пора бы сворачивать запрошенный им тест.
Перси стоял, прислонившись к стене, облаченный в обязательное защитное снаряжение. Он поднял руку и начертил в воздухе круг.
Ведущие инженеры увидели его жест и начали глушить двигатель. Как только рев стих, он небрежно подошел к пульту управления.
— Ну, не задачка ли?
Дэвис, один из ведущих инженеров, так яростно закивал, что Перси испугался, как бы у него не слетели очки.
— Да, сэр. Температура на входе в турбину превышает расчетные значения на девятнадцать процентов. Еще несколько тестов, и мы рискуем повредить лопатки.
Перси наклонился над пультом, и спина предательски скрипнула. Он провел рукой по нескольким кнопкам на терминале.
— Сэр? — осторожно спросил Дэвис.
— Где я могу найти спецификацию? Мне нужна удельная теплоемкость нового термопокрытия, которое мы использовали. Не теоретическая, а фактическая.
Дэвис перегнулся через пульт и коснулся иконки на сенсорном экране, которая мгновенно вывела нужную информацию.
Перси картинно вздохнул.
— Теперь я чувствую себя тупым… и старым.
— Простите, сэр.
Перси повернулся к нему, удивленно вскинув брови.
— Ты извиняешься, потому что считаешь меня тупым? Или потому что ты каким-то образом стал причиной моей тупости?
Дэвис принялся мямлить что-то нечленораздельное, как золотая рыбка, хватающая ртом воздух, пока Перси не одарил его нахальной ухмылкой.
— Расслабься, парень. Ты новенький? Где Чен?
Дэвис попытался рассмеяться вместе с Перси, но вышло как-то натянуто.
— Чен в отпуске.
Перси кивнул и вывел на экран графики дельты ТВГ.
— Вот, температура выхлопных газов — ТВГ.
— Да, сэр. Я знаю, что такое ТВГ, — Дэвис склонился над монитором, изучая значения. — Они немного неравномерны, но…
Перси кивнул, полностью выпрямился и потянулся, разминая спину.
— Термопокрытие не справляется с рассеиванием тепла. Оно создает локальные очаги перегрева, что, в свою очередь, сбивает с толку вашу систему управления. Я бы посоветовал взять бороскоп и проверить внутренности на предмет деформаций. Когда вернется Чен, пусть перекалибрует все термопары.
Он развернулся и оставил Дэвиса одного. На сегодня у него были и другие дела. В темном коридоре за пределами диспетчерской его встретила ассистентка.
— Виола, почему ты просто стоишь здесь? Жутковато выглядит.
Пышное афро Виолы отбрасывало на ее лицо длинные тени, а на губах застыло глубокое разочарование.
— Директор Кеннет отклонил ваш запрос на дополнительное финансирование.
Лицо Перси напряглось, длинный коридор, казалось, стал еще темнее. Он просто развернулся и пошел прочь.
— Перси, подожди! — раздался вдогонку голос Виолы.
Он вышел из здания компании, доставая телефон и раздумывая, не заказать ли «Убер» до дома. Затем решил пройтись пешком и заказал билет на самолет. Что уже через две минуты показалось ему дурной затеей.
Годы нагоняли его, пока он брел домой. Он нашел скрипучую скамейку, чтобы немного посидеть. Колени пронзала жгучая боль, а до квартиры оставалось еще три квартала.
— Как люди вообще доживают до таких лет? Лучше бы я сдох до того, как меня подвели колени.
Он не мог понять, как мир может быть таким оживленным в эту холодную, серую погоду. Люди все так же сновали по улицам, машины лениво плыли по дорогам. Транспортный поток и шум мира казались какими-то приглушенными.
Звонок телефона прорвался сквозь туман окружающих звуков. Он даже не стал смотреть, кто звонит — наверняка Виола. Но возвращаться на работу не было смысла.
Финансирования для проекта нет, но идиоты из отдела маркетинга все равно будут обещать продукт, который невозможно создать. А потом, вероятно, спустят еще пару миллиардов долларов на выкуп акций.
«Может, взорвать здание компании? Вот это был бы способ уйти из жизни».
Он откинулся на спинку скамейки, раздраженно ероша седеющие волосы.
— Что-то я разнервничался, — криво усмехнулся Перси. — Откуда эти случайные мысли?
Первые капли дождя коснулись его лица, и Перси решил перестать лениться и встать.
— Ох, чертовы колени, — простонал он. — Полагаю, пришло время платить за весь стресс, которому я вас подвергал.
Дорога домой вела через разные районы города. Места, где он работал подростком, и другие, где трудился уже взрослым мужчиной. Хотя тогда он не был один.
Он и его старший брат, Томми, выросли в этом городе. Он видел все этапы их жизни: от самого дна до вершин. От сирот на улицах до подготовки к вступительным экзаменам во время подработок.
Перси тихо усмехнулся про себя. Томми, должно быть, трижды заваливал эти дурацкие экзамены, прежде чем его приняли в университет. Только для того, чтобы этот самодовольный ублюдок окончил его лучшим на курсе.
Для Томми бесстыдство было добродетелью. Он никогда не боялся брать то, что хотел, и совершать ошибки. Он не стал бы извиняться и никогда бы не признал, что был полностью неправ.
Перси вздохнул, все больше утомляясь от мыслей о старшем брате. «Как же мне не хватает наших споров».
В тот день, когда Томми умер, мир, по мнению Перси, стал чуточку тусклее. Ни в индустрии, ни в мире не осталось ничего, чего бы он ждал. И он нашел новый способ заполнить пустоту.
Чтобы скоротать время, он погрузился в видеоигры, онлайн-новеллы и игровые автоматы. Он ездил из города в город, чтобы участвовать в турнирах, прогуливая работу всякий раз, когда его присутствие не было обязательным.
Веб-новеллы стали его любимым развлечением. Они заполняли тишину его пустого особняка и привносили в этот унылый мир что-то интересное.
Ему нравились простые истории, амбициозные, пошлые, откровенно бредовые — все то, чему никто другой не дал бы шанса.
Его единственный критерий для книги был прост: должно было чувствоваться, что автор получал удовольствие от написания. Что он не сдерживал свои сумасбродные идеи, боясь растерять читателей.
В новеллах можно было делать практически все что угодно. Так почему бы не оторваться по полной?
Если бы у него был хоть один шанс сделать что-угодно, Перси клялся, что создал бы нечто, что изменило бы мир.
Но если это нельзя было сделать «завтра» и «за копейки», то финансирование никогда бы не пришло. Искусство ждать чего-то хорошего было давно утеряно в эту эпоху.
Дождь полил сильнее, поэтому Перси остановился у киоска, чтобы переждать под навесом и съесть хот-дог.
Поедая его, он наблюдал за машинами, проносящимися сквозь пелену дождя, и пытался вычислить, какой объем воды вытесняется на разных скоростях.
Это было невозможно и очень весело.
Но это также позволило ему заметить кое-что странное.
Воздух на участке дороги прямо перед ним исказился. Перси нахмурился — это было похоже на то, как дождевые струи стекают по замасленному стеклу.
Прямо на этот искаженный участок мчался черный седан. Перси поднял руку, чтобы предупредить водителя, но его проигнорировали.
Машину скрутило и изогнуло в умопомрачительную черно-серебряную спираль. У Перси отвисла челюсть при виде этого невозможного зрелища.
Внезапно седан с визгом сорвался с дороги и понесся прямо на него.
Резкая смена направления заставила его отпрыгнуть вперед, чудом увернувшись от машины, которая с оглушительным грохотом врезалась в витрину магазина.
Его осыпало стеклом и пылью. Перси прикрыл лицо рукой, отползая от места аварии.
Его тут же окружили голоса.
— Ты это видел?
— Эта машина чуть не сбила того парня.
— Какого черта с этим водителем? Он что, безмозглый?
Перси больше беспокоило то искажение, которое швырнуло машину в его сторону. Неужели никто больше не видел того, что видел он?
Искажение расползалось, отправляя в занос все новые и новые машины. Воздух наполнился криками, шум дождя прерывался грохотом аварий.
Искажение ползло прямо на него, словно краски реальности, стекающие с холста.
Он попытался подняться, но колени свело намертво.
Перси усмехнулся. «Похоже, мне действительно придется заплатить за все, чему я вас подвергал».
Искажение накрыло его. Мир погрузился во тьму, а разум заполнила ослепляющая боль, когда его тело скрутило в нескольких направлениях одновременно.
ХРУСТЬ!
Раздался тошнотворный треск, и это было последнее, что почувствовал Перси.
Он ждал, когда его сознание растворится в смерти, в какой-то мере удовлетворенный прожитой жизнью. В том разрушенном мире все равно не осталось ничего интересного.
Он ждал смерти, но Мрачный Жнец, должно быть, застрял в пробке.
Поэтому он открыл глаза и обнаружил себя в бесконечной черной пустоте. Вдалеке виднелись двенадцать разноцветных звезд: красная, оранжевая, синяя, зеленая и многие другие.
Эти звезды были единственным светом в далекой пустоте. Но Перси не чувствовал ни холода, ни дискомфорта.
Шокирует, правда? Мертвецы холода не чувствуют.
Он закатил свои несуществующие глаза.
— Это рай или ад? — спросил он у тьмы. — Судя по тому, как тут скучно, я бы поставил на ад. Причем как раз тот тип, которого я всегда боялся больше всего. А можно мне в буддийский ад? Еврейский ад тоже был бы неплох, но я знаю, что удача мне так не улыбнется.
Внезапно в пустоте раздался голос, и тьма содрогнулась.
— Это не ад.
Перси вскинул свою несуществующую бровь.
— А ты не бог? Раз уж мы отрицаем очевидное, могу ли я быть не мертвым?
— Я не бог, но ты совершенно точно мертв. Я — хранительница Пустот. Можешь звать меня Никс.
http://tl.rulate.ru/book/147751/9281062
Сказали спасибо 15 читателей