Готовый перевод The vicious female cultivator stopped pretending and started dating five Taoist companions. / Порочная женщина-культиватор перестала притворяться и начала встречаться с пятью даосскими спутниками: Глава 71

— Сердце демона Цинсюаня — это его мёртвые родители?

Система тяжело вздохнула и ответила:

— Да.

Е У молчала.

О ситуации Цинсюаня мать кое-что рассказывала.

Его подначили, заставив участвовать в состязании по алхимии, и юношеская безрассудность привела к тому, что он заключил пари.

В результате.

Он проиграл пари.

Проиграл своё будущее.

Проиграл жизни родителей.

А также проиграл всей семье Цин.

Отчаяние Цинсюаня заключалось в том, что, даже если он отомстит, его родители никогда не вернутся, и семья Цин никогда не станет прежней.

Более того.

В его сердце.

Родители ненавидели его.

Не из-за него ли они отправились в опасное приключение и погибли?

Не из-за него ли семья Цин попала в руки посторонних?

Он, должно быть, считал себя грешником.

Как с таким грузом вины он мог снова вернуться на свой истинный путь?

Раны тела исцелить легко.

Раны души исцелить трудно.

В оригинальной книге.

Е Лююнь тоже погибла из-за первоначального владельца, и тот стал совершенно истеричным, виня себя.

Но Е У понимала: ни Е Лююнь, ни родители Цинсюаня не стали бы винить своих детей.

Знать — это одно.

Но такие утешения казались слишком бледными.

Чтобы Цинсюань смог выбраться, нужны были другие методы.

Е У не стала торопиться, лишь мягко сказала:

— Цинсюань, тогда давай пока не будем заниматься алхимией. Скоро начнётся состязание на ринге, почему бы тебе в ближайшие дни не посмотреть на всё это веселье вместе с нами?

Цинсюань, собравшись с мыслями, тихонько кивнул.

Е У, подумав о задании с сокровищницей Цинсюаня, вздохнула.

Действительно.

Задание с бронзовой сокровищницей за 30 очков привязанности не так-то просто выполнить. Раньше, при силе Цинсюаня, приготовить ещё один котёл таблеток третьего ранга было пустяком.

Но теперь возникли непредвиденные трудности.

Е У не волновалась. До конца срока выполнения задания с сокровищницей ещё два месяца, у неё есть время подумать над решением.

Если... в итоге Цинсюань всё равно не захочет заниматься алхимией.

То в этом не будет ничего плохого, это будет просто другой образ жизни.

Пока они разговаривали.

Е У внезапно нахмурилась.

Кто-то передал ей талисман для передачи голоса.

Е У отключила защитный барьер пещеры, и талисман сгорел перед ней.

Из него прозвучал голос Лин Цзюэ:

— Друг Дао Е, завтра начнётся состязание трёх сект на ринге. Ты не забыла? Лин Цзюэ будет ждать твоего и друга Дао Хуо Мин прибытия.

Е У не могла не усмехнуться.

Этот Лин Цзюэ, боится, что она не придёт, и специально передал такое сообщение.

Выражение лица Хуо Мина тоже стало холодным.

Очевидно.

После прошлой неудачи.

Лин Цзюэ не смирился, в этот раз он явно нацелился на неё.

Он хочет восстановить своё достоинство за её счёт.

Ей же самой как раз нужен ряд поединков, чтобы овладеть своей концепцией!

Тогда!

Посмотрим, кто в итоге достигнет своей цели!

Пока Е У была в уединении в течение месяца.

Три секты, можно сказать, веселились от души.

Ведь.

Такой грандиозный праздник, как состязание трёх сект на ринге, давно не проводился.

Молодые ученики с нетерпением ждали возможности проявить себя на ринге.

Изначально говорилось, что на этом состязании будут только соревнования по мастерству владения артефактами.

Однако, из-за активной реакции молодых учеников.

В итоге были добавлены ещё два вида состязаний.

Первое — состязание духовной души.

Второе — состязание комплексных сил.

Три вида состязаний вместе давали каждому ученику шанс проявить себя. По сравнению с тем, что раньше соревновались только в мастерстве владения артефактами, теперь всё стало более всесторонним.

Ученики Цанмин Цзяньцзун и Цзяньцзун соревновались индивидуально.

Секта Хуаньхэ, благодаря своей уникальности, позволяла участвовать и слугам-котлам, с которыми заключили контракт ученики.

Совместными усилиями трёх сект.

Состязание на ринге торжественно началось.

В этот раз к участию допускались только молодые ученики в возрасте до пятидесяти лет.

Кроме того.

На ринге можно было выбирать только одно личное оружие или магический артефакт, использование талисманов, таблеток и тому подобного было полностью запрещено.

В этот день.

Солнце сияло.

Три секты специально выбрали целую гору и заранее установили десять рингов.

На возвышении.

Главы и старейшины трёх сект уже уселись, с улыбками наблюдая за регистрацией учеников.

Это состязание пришлось как нельзя кстати.

Три секты слишком долго пребывали в спокойствии, и молодые ученики растеряли боевой дух. Как раз сейчас, воспользовавшись состязанием на ринге, можно снова зажечь в них жажду борьбы.

Только через конкуренцию можно достичь прогресса!

Внезапно.

В небе раздалось давление.

Все посмотрели в небо, их выражения лиц слегка изменились.

Это состязание на ринге было лишь соревнованием между молодыми учениками. Кроме глав трёх сект и некоторых старейшин, которые любили понаблюдать за весельем, настоящих сильнейших фигур трёх сект не было.

Но эта аура...

Все поспешно встали.

В мгновение ока, меч пронзил пустоту.

Цинсяо Цзяньцзун без выражения появился на высоком помосте.

Позади него следовала Линь Хуаньхуань с бледным лицом.

— Цзяньцзун, — благоговейно крикнули все, уступая ему центральное место.

И какая разница, что Се Янь и другие были главами сект?

В мире бессмертных культиваторов, в конце концов, правит сила.

Для существования уровня Цинсяо Цзяньцзуна, хотя он обычно и не вмешивался в дела, стоило ему только заговорить, как каждое его слово имело огромный вес!

Цинсяо Цзяньцзун не стал отказываться, он спокойно сел в центре.

Линь Хуаньхуань послушно встала позади него.

Цинсяо Цзяньцзун спокойно сказал:

— Моя ученица раньше совершила некоторые ошибки. Я запер её в пещере на месяц и тщательно наставлял. В будущем она не совершит ошибок. О прошлом никто больше не должен упоминать.

Цинсяо Цзяньцзун равнодушно взглянул в сторону, где находился Лин Цзюэ, среди толпы.

Он не мог не фыркнуть.

Из-за Линь Хуаньхуань он уже испытывал недовольство к Лин Цзюэ.

Однако.

Ему всё ещё нужен был старший ученик, чтобы поддерживать репутацию среди своих последователей. Он, помимо того, что просто не обращал внимания на Лин Цзюэ, ничего больше не сделал.

Можно сказать.

У этого Лин Цзюэ были некоторые способности.

Хотя его авторитет и был подорван, но даже худой верблюд больше лошади. После этого, будь то дело Линь Хуаньхуань или дело Е У, он продолжал жаловаться, и в секте действительно нашлось немало людей, которые сочувствовали Лин Цзюэ.

Это позволило ему временно удержаться в секте.

Если он сможет добиться хороших результатов на этом состязании трёх сект, тогда в этом мире культивации, где правит сила, те мелкие дела наконец-то уйдут в прошлое!

Цинсяо Цзяньцзун повернулся, чтобы посмотреть на Линь Хуаньхуань, и увидел, что она рассеянно смотрит в направлении Лин Цзюэ. Он не мог не фыркнуть.

Что?

Неужели эта ученица питает какие-то чувства к Лин Цзюэ?

Если бы не личная проверка, Линь Хуаньхуань, последовав за ним, всё ещё была бы девственницей.

Он бы ни за что не стал так снисходителен к Лин Цзюэ сейчас.

Линь Хуаньхуань в страхе отвела взгляд. Она опустила голову, выглядя одновременно жалко и мило.

«Старший брат. Даже если младшая сестра совершила величайшую ошибку, она уже понесла наказание. То, как Учитель обращается с ней, действительно слишком сурово», — с болью в сердце проговорил Бай Юй, не в силах сдержать сочувствия.

Лин Цзюэ же, опустив голову, молчал.

Видя, что Лин Цзюэ не отвечает, Бай Юй мог лишь тихо страдать в одиночестве.

Линь Хуаньхуань, склонив голову, в глубине глаз всё же допустила проблеск мрака.

Цин Сяо Цзяньцзунь!

Он просто зверь!

http://tl.rulate.ru/book/147682/8183886