Готовый перевод I become a god by eating alchemical garbage. / Я становлюсь богом, поедая алхимический мусор: Глава 115. Уединение и прорыв. Наконец-то великий мастер Золотого Ядра!

Два дня спустя, после бесчисленных кругов бессмысленных допросов, накопившийся в душе Цинь Фаня гнев достиг невиданных доселе высот.

Но он не терял рассудка.

Он знал, что, поддайся он порыву, это будет именно то, чего добивался Цзинь Янь.

Когда установленный срок дознания истек, Цзинь Янь наконец вновь предстал перед Цинь Фанем.

Скрип!

С чашкой дымящегося духовного чая в руке и насмешливой ухмылкой на лице он толкнул дверь и вошел в каменную комнату.

— Как провел эти два дня, младший брат Цинь?

— Сносно. Когда привыкаешь, уже не так уж и плохо.

Хотя на душе скребли кошки, внешне Цинь Фань оставался спокоен как гладь озера.

— Вот как?

Цзинь Янь приподнял бровь. Увидев, как Цинь Фань сидит, закинув ногу на ногу, с видом «и что ты мне сделаешь?», в глубине его глаз мелькнула тень злобы.

«Хех, хрен ты меня доведешь, ублюдок», — мысленно усмехнулся Цинь Фань, заметив это.

Затем он поднялся, поправил одежду, подошел к Цзинь Яню и с безразличным видом произнес:

— Если больше дел нет, я пойду. А ты, брат-наставник, береги себя. Не помри там внезапно от чего-нибудь, а то я так буду скорбеть, что закачу пир на несколько дней.

Лицо Цзинь Яня мгновенно помрачнело.

— Щенок, да как ты смеешь говорить со мной в таком тоне? Жить надоело?

— А что, хочешь убить меня прямо здесь, в Павильоне Правосудия? Давай, давай, тронь меня, я посмотрю. Только посмей коснуться меня сегодня, и завтра мой наставник разнесет твой Павильон по кирпичику. Ну же, попробуй!

Цинь Фань вытянул шею и сунул ее прямо под нос Цзинь Яню, всем своим наглым видом показывая, что ему все нипочем.

Лицо Цзинь Яня стало таким мрачным, что с него, казалось, вот-вот начнет капать яд. В его глазах на мгновение вспыхнуло убийственное пламя.

— Не думай, что можешь творить все, что вздумается, только потому, что за твоей спиной стоит всемогущий наставник.

— Говорю тебе, эти два дня допросов были лишь легкой закуской.

— Отныне я буду следить за каждым твоим шагом. Молись, чтобы не совершить ни единой ошибки, иначе я покажу тебе вкус жизни, которая хуже смерти.

— И запомни, если ты попадешь в темницы Павильона Правосудия, можешь даже не мечтать, что наставник тебя вытащит.

— Павильон Правосудия — это закон Святой Обители, олицетворение ее высшей власти. Даже великие старейшины обязаны ему подчиняться.

Цинь Фань презрительно фыркнул.

— Кого ты пугаешь? Ты можешь только пакостить мне исподтишка. Если ты и впрямь посмеешь перейти черту, не верю, что ты не боишься мести моего наставника. Что, собираешься до конца жизни не выходить из Святой Обители?

— Могу.

— …

— Ладно, ты крут, признаю. Но и я тебя предупрежу: на всякого подлеца найдется небесная кара.

— Смотри, не натвори столько мерзостей, чтобы тебя однажды прибило небесным бедствием.

— Если бы у Небес и впрямь были глаза, они бы сперва покарали тебя, убийцу, — бесстрастно ответил Цзинь Янь.

— …

— Вижу, вы с братом-наставником Чжан Сяо были очень близки.

После короткого молчания Цзинь Янь, глядя прямо на Цинь Фаня, произнес:

— Он был мне самым близким другом, названым братом.

— Братом?

Услышав это, Цинь Фань невольно дрогнул.

Неужели их отношения были не такими, как гласили слухи?

— Чего-чего?!

— Духовные супруги?!

В Зале Отвергнутых Пилюль Цинь Фань во все глаза уставился на Мэн Сянхуэя, выслушав добытые им сведения.

— Именно. Эту новость я узнал от одного брата-наставника ступени Золотого Ядра. Информация стопроцентная, — уверенно кивнул Мэн Сянхуэй.

— Черт возьми! А я-то думал, этот старый извращенец такой верный и преданный друг, а оказалось, я просто помешал его… особым духовным практикам… — ошеломленно пробормотал Цинь Фань и откинулся на плетеное кресло.

— Брат-наставник Цинь, тебя не ранили в Павильоне Правосудия за эти два дня? — Мэн Сянхуэй оглядел Цинь Фаня с ног до головы, особенно выразительно покосившись на… определенное место пониже спины.

Лицо Цинь Фаня мгновенно почернело.

— Куда ты смотришь? Меня защищает всемогущий наставник, да и доказательств у него никаких нет. Думаешь, он посмел бы меня тронуть? Максимум, на что он способен — это действовать мне на нервы.

— А, ну да, это верно.

— Но, брат-наставник Цинь, то, что Цзинь Янь постоянно тебя донимает — это тоже не дело. Может, тебе стоит пожертвовать…

— Пошел ты! — взревел Цинь Фань и пнул его ногой.

— Ай! — вскрикнул Мэн Сянхуэй и, описав в воздухе дугу, шлепнулся на спину.

— Еще раз такую чушь понесешь, я тебя кастрирую, — свирепо зыркнул на него Цинь Фань.

Мэн Сянхуэй на этот раз не испугался, как раньше. Он лишь потер грудь и с обидой в голосе протянул:

— Я же просто беспокоюсь о тебе, брат-наставник Цинь.

— …

— А ну прекрати! Не надо меня тут тошнить. Говорю тебе, какой-то Цзинь Янь — это мелочь. У меня давно есть план, как с ним разобраться.

— Какой план? — глаза Мэн Сянхуэя тут же загорелись.

— Этого тебе знать не нужно. В свое время сам все увидишь. Твоя главная задача сейчас — достать мне книгу со всеми известными духовными травами мира культивации. Больше ни о чем не думай.

Цинь Фань до сих пор не выяснил происхождение Девятилистного Лотоса Крови Феникса и надеялся, что Мэн Сянхуэй сможет найти нужную информацию в книгах.

— Можете на меня положиться! Это дело я беру на себя! — Мэн Сянхуэй ударил себя в грудь.

Для него, старого тертого калача Святой Обители, достать какую-то книгу было проще простого.

Дав Мэн Сянхуэю поручение, Цинь Фань больше не мешкая полетел на мече к Пику Висящего Меча, чтобы уйти в уединение для прорыва.

Изначально он планировал отправиться в Павильон Высоких Небес на Рынке Облачной Долины, но опасался, что этот ублюдок Цзинь Янь может тайно напакостить.

Пришлось искать защиты у наставника.

На Пике Висящего Меча было множество пустующих пещер-обителей, созданных старейшинами прошлого поколения. Можно сказать, духовными дедами Цинь Фаня.

Тот старейшина надеялся, что число учеников на пике будет расти, но не ожидал, что его преемник, Фэн Уя, за столько лет примет всего лишь шестерых учеников.

Среди старейшин он был личностью крайне неординарной, вел себя очень скромно и целыми днями либо пил вино, либо играл в го сам с собой. Если бы не его громкая слава гения в юности, о нем, вероятно, давно бы все забыли.

Час спустя Цинь Фань сидел, скрестив ноги, в уединенной пещере для культивации.

Это место он выбирал тщательно — здесь была особенно густая духовная энергия. И хотя снаружи это была просто пещера в скале, внутри скрывался дворик с лотосовым прудом и изящным павильоном. Перед входом даже был небольшой участок земли для выращивания духовных трав.

Снаружи пещеру защищали две формации: одна — ловушка, другая — оборонительная. Обе были высокого ранга и способны остановить даже мастера Зарождающейся Души, причем для работы им не требовалась духовная энергия культиватора.

Если бы не нужда в пилюлях из Зала Отвергнутых, Цинь Фань с удовольствием остался бы здесь совершенствоваться до конца своих дней. Но увы… хоть обитель и была прекрасна, пилюли были ценнее.

Несмотря на защиту наставника, Цинь Фань все же активировал обе формации. Не ради чего-то, а просто чтобы насладиться ощущением полной безопасности.

Затем он достал больше дюжины партий пилюль, которые приготовил, и расставил их перед собой.

И это еще благодаря возросшему таланту его духовного корня. Раньше, без сотни партий пилюль, он бы и не посмел помыслить о прорыве.

Сделав глубокий вдох и приведя себя в наилучшее состояние, Цинь Фань без колебаний достал Камень Пяти Бессмертных и зажал его в левой ладони, а затем проглотил сразу несколько пилюль.

Мощнейшая комбинация эликсиров вновь вступила в игру.

http://tl.rulate.ru/book/147276/8194044