Готовый перевод I become a god by eating alchemical garbage. / Я становлюсь богом, поедая алхимический мусор: Глава 1. Запуск Печи Артефактов

Мир Созерцания.

Восточный край.

Святая Обитель Мерцающего Света.

— Между нами все кончено. С этого дня наш брачный договор недействителен.

— Если согласен, забирай этот кошель с духовными камнями и уходи из Обители.

— А если в будущем у тебя возникнут неприятности, то в память о былой дружбе наших семей я помогу тебе один раз.

Двор для разнорабочих. Девушка неземной красоты, чью фигуру скрывал черный плащ, протянула руку и положила пространственный кошель прямо перед Цинь Фанем.

Ее лицо было подобно лику бессмертной феи, глаза сияли, как звезды, а от всего ее облика веяло ледяным величием. Легкий аромат, исходивший от нее, окутал Цинь Фаня, мгновенно вырвав его из оцепенения.

«Что происходит?» — пронеслось у него в голове.

Он только что попал в этот мир, и его золотой билет в сытую жизнь, еще тепленький и ароматный, уже улетает из рук?

Какая чудовищная неудача!

Не желая сдаваться, Цинь Фань решил предпринять последнюю попытку.

— У меня… правда нет ни единого шанса? — с сомнением спросил он.

— Теперь я — Святая Дева нашей Обители. А ты — всего лишь ученик-разнорабочий с духовным корнем нижайшего, первого ранга. Мы люди из разных миров. Если говорить прямо…

— Шансов нет.

Янь Мусюэ отрезала без малейшего намека на сочувствие.

Эх!

Цинь Фань мысленно вздохнул. А он-то надеялся, что с ее помощью взлетит к вершинам, не ударив и пальцем о палец, и с легкостью достигнет своей великой цели — вечной жизни.

Что ж, похоже, все-таки придется бороться самому.

Ладно, раз уж так вышло, придется немного попотеть.

Он потрогал пояс. Да, талант никудышный, но у него припрятан козырь в рукаве. Шанс вознестись к бессмертию все еще есть.

— Хорошо, я согласен, — кивнул он. — Но я не покину Святую Обитель.

— Так что… кхм, — Цинь Фань бросил красноречивый взгляд на кошель, — камушки-то мне еще полагаются?

Янь Мусюэ нахмурилась и убрала руку.

— Почему ты хочешь остаться?

Попытка схватить кошель провалилась. Уголок рта Цинь Фаня дернулся.

— Я тоже хочу пройти путь к вечной жизни, — с досадой ответил он. — Разве это такое уж большое преступление?

— С духовным корнем первого ранга?

— И что с того?

Янь Мусюэ на мгновение замолчала.

— Через десять дней состоится аттестация для разнорабочих. Тех, кто окажется в самом конце списка, исключат. Ты ее не пройдешь.

Цинь Фань опешил.

— С каких это пор у разнорабочих ввели аттестацию на выбывание?

— Я предложу это моему наставнику. И еще одно. Я не хочу, чтобы о нас с тобой узнал кто-то третий. Если посмеешь прикрываться моим именем… Можешь пенять на себя. Береги себя.

С этими словами Янь Мусюэ развернулась и ушла.

Цинь Фань застыл в изумлении.

Это как понимать? Она ради него одного целый сыр-бор затеяла? Серьезно? Да еще и предостерегает, чтобы он не пользовался ее именем?

Цинь Фань криво усмехнулся.

— Отлично! Просто великолепно! И подумать только, мой предшественник считал тебя своей богиней, пылинки с тебя сдувал! А для тебя он, оказывается, просто ничтожество.

— Ну что ж, жди, дорогуша. Придет день, и я на глазах у всей Обители брошу тебя!

С силой захлопнув дверь, Цинь Фань стиснул зубы и направился к Залу Отвергнутых Пилюль, что стоял на полпути к вершине горы.

Как следовало из названия, это место служило складом для бракованных алхимических пилюль. Все неудачные эликсиры, созданные в Святой Обители, свозили сюда, чтобы уничтожить в пламени земного огня.

Это была самая тяжелая и грязная работа на пике разнорабочих. Удушающий жар, отвратительный запах, да еще и полное одиночество — за залом обычно присматривал всего один ученик, которому и словом перемолвиться было не с кем.

Цинь Фань достал ключ, отпер дверь и вошел внутрь. Жаркий, удушливый воздух ударил в лицо. Всюду, куда ни глянь, бушевало пламя, отбрасывая багровые отсветы. Настоящее огненное море.

— Цинь Фань.

В этот момент в зал вошел пузатый мужчина средних лет, наглаживая пальцами редкую козлиную бородку.

— Управляющий Мэн? — удивился Цинь Фань. — Какими судьбами вы сегодня здесь?

В Святой Обители было свое деление на внешний и внутренний дворы. Этот Мэн Сянхуэй как раз и заведовал разнорабочими внешнего двора. За глаза его звали не иначе как «старина Мэн-шкуродер». Взяточник и вымогатель он был от бога.

— Только что пришел приказ сверху. Через десять дней — аттестация. Самого слабого вышвырнут из Обители. Так что ты, парень, готовься как следует. Постарайся обойти того, кто на предпоследнем месте.

Мэн Сянхуэй многозначительно похлопал Цинь Фаня по плечу.

— И хотя ты тогда сунул мне всего сотню сребреников, можешь не волноваться. Я не злопамятен. Ты же знаешь, из двух худших я больше всего верю именно в тебя.

Цинь Фань мысленно хмыкнул. Еще бы, ведь тот парень с предпоследнего места дал ему взятку всего в пятьдесят монет.

Три месяца назад, когда он только попал на пик разнорабочих, учеников распределяли по работам после состязания в силе. Цинь Фань оказался последним, и его отправили в Зал Отвергнутых Пилюль. Но ему еще повезло — он отдал сто сребреников. А вот бедолага, занявший предпоследнее место, раскошелился лишь на пятьдесят. В итоге его сослали на рудники, кайлом махать вместе с простыми смертными. Печальное зрелище.

— Ладно, старайся усерднее. Я пошел, здесь слишком жарко, нормальный человек не выдержит, — Мэн Сянхуэй вытер пот рукавом и, переваливаясь с боку на бок, покинул зал.

Цинь Фань только молча проводил его взглядом.

Покачав головой, он запер дверь и уселся перед горой шлака — так выглядели бракованные пилюли. Рядом зияла яма для их сожжения, на дне которой виднелись руны огненного круга. Время от времени из глубины вырывались языки земного пламени, похожие на огненных змей. Ученики, которые долго работали здесь, через три-пять лет неизбежно заболевали огненным недугом. Профессиональная болезнь, мучительная и неизлечимая.

Конечно, если бы он смог достичь ступени Заложения Основ и обрести мощную духовную защиту, жар был бы ему нипочем.

Но Цинь Фань обладал не просто духовным корнем самого низшего, первого ранга — это был корень пяти стихий, наихудший из возможных. Скорость его развития была, пожалуй, самой медленной во всем мире бессмертных. В плане таланта он был на самом дне. Сравнивать его с Янь Мусюэ, обладательницей ледяного корня девятого ранга, было бы просто оскорблением для Святой Девы.

«Стоило ей уйти, как тут же нарисовалась аттестация. Когда женщина решает проявить жестокость, ее ничто не остановит», — с толикой восхищения подумал Цинь Фань. Сам бы он на такое точно не решился. В конце концов, если бы не помощь его семьи, клан Янь давным-давно вырезали бы под корень. О каком процветании могла бы идти речь?

— Да ладно, — вздохнул он. Что сделано, то сделано. Нет смысла об этом думать. Лучше сосредоточиться на том, как пройти эту чертову аттестацию.

Он сунул руку в пространственный кошель, влил в него слабую толику духовной энергии, доступную на первой ступени Очищения Ци, и извлек небольшую, с ладонь величиной, бронзовую курильницу. Она была вся покрыта патиной и ржавчиной, словно ее вытащили из кучи мусора. Древность ее не вызывала сомнений.

И хотя на вид это была безделушка, на самом деле все было иначе. Именно благодаря этой вещице душа Цинь Фаня смогла переселиться в это тело. Очевидно, это было сокровище.

На крышке курильницы были выгравированы два иероглифа: «Печь Артефактов».

Поначалу Цинь Фань не знал, для чего она нужна, но прошлой ночью он попробовал окропить ее своей кровью.

И все понял.

«Запустить Печь Артефактов!» — мысленно приказал он.

В его голове тут же раздался механический голос:

«Печь Артефактов запущена. Недостаточно энергии. Требуется пополнение демоническими ядрами. Недостаточно энергии…»

— Хм, какая современная штуковина. Кибер-культивация… докатился же я, — пробормотал Цинь Фань и усмехнулся.

Он понятия не имел, какой великий мастер создал эту печь, но одно знал точно: это был артефакт, способный перевернуть мир. Его возможности выходили за рамки обычного. Если выражаться научно, это был «импульсный декомпозитор частиц с последующей энергетической трансформацией и реструктуризацией».

А говоря по-простому: «превращение хлама в сокровища».

Для работы требовалось всего лишь положить в печь демоническое ядро. Ядро демонического зверя первого уровня могло превратить целую партию бракованных пилюль первого ранга в полноценные эликсиры.

Демонические звери делились на смертных и духовных. Двенадцать уровней смертных зверей соответствовали двенадцати ступеням Очищения Ци. Пилюли же имели девять рангов, по одному на каждую из девяти великих сфер совершенствования: Очищение Ци, Заложение Основ, Золотое Ядро, Зарождающаяся Душа, Преобразование Духа, Освобождение Духа, Слияние с Дао, Преодоление Испытания и Великое Вознесение.

Иными словами, если у него будет достаточно ядер зверей первого уровня, то о пилюлях для прорыва на ступени Очищения Ци можно не беспокоиться.

Ведь чего-чего, а бракованных пилюль в этом зале было в избытке.

«Демонические ядра, ядра, ядра…»

Глаза Цинь Фаня загорелись азартом. Если память ему не изменяла, в трапезной внешнего двора разводили целую стаю алоперых цыплят первого уровня, как раз за горой, где жили разнорабочие.

Денег на покупку ядер у него не было, как и сил, чтобы охотиться на зверей в диких землях. Но ведь не зря говорят, что голь на выдумки хитра.

Эти цыплята все равно были уродливы, и ученики внешнего двора их не особо жаловали. Так зачем зря тратить на них духовную энергию? Пусть лучше он, скромный разнорабочий, поможет их поголовью немного… сократиться.

Добру же не пропадать. Все мы ученики Обители, какая разница, кто съест?

http://tl.rulate.ru/book/147276/8089366