Готовый перевод Konoha Journal / Записки Скрытого Листа: Глава 42. Мечта бродячей собаки (Часть 3)

Глава 42. Мечта бродячей собаки (Часть 3)

Голод...

Ледяной, пронизывающий ветер швырял в лицо снежную крошку, словно тупым ножом сдирал кожу. Зрение расплывалось, ноги налились свинцом, каждый шаг тонул в снегу, доходившем до лодыжек. Желудок уже не был просто пустым — он превратился в жгучую, всепоглощающую чёрную дыру. Сознание под двойным натиском холода и голода погружалось в бездонную пропасть.

— Помираешь, сопляк.

Низкий, хриплый, как гравий, голос пробился сквозь вой метели. Тень накрыла его, защитив от ветра. С трудом приподняв тяжёлые веки, он увидел лишь высокий, расплывчатый силуэт с чем-то похожим на меч у пояса.

Голод...

Инстинкт выживания пересилил страх. Из горла вырвался нечленораздельный хрип, похожий на скулёж умирающего зверька.

— О? Так хочешь жить, значит... — в голосе послышалась нотка любопытства. — Тогда иди за мной. Если дойдёшь до следующего города — выживешь.

Голод...

Дзюбэй... Мёкуси... мой брат... мой наставник...

— А-а-а-а!!!

Реальность, словно разбитое зеркало, с силой вонзилась в сознание Генси. Острая, разрывающая боль пронзила его из самой глубины души. Обратный удар «Мечты бродячей собаки» ещё никогда не был таким отчётливым. Безумная жажда и жажда разрушения, которые он наслал на врага, через невидимую сенсорную связь с удвоенной силой обрушились на него самого! Словно бесчисленные голодные псы грызли его нервы!

Флуоресцентно-зелёные зрачки полностью затянула паутина кровавых сосудов. Прозрачная слюна неконтролируемо потекла из уголка рта, вытягиваясь в длинную нить и капая на грязную рясу. Два ряда белоснежных зубов с силой сжались, издав скрежет. Дёсны от чрезмерного напряжения начали кровоточить. Каждое дыхание отдавало раскалённым привкусом железа.

Убить его! Разорвать эту связь! Это единственное спасение! — рёв, искажённый и усиленный его собственной техникой, доносившийся из самой души, подавил последние остатки разума.

Генси с трудом, словно таща за собой неподъёмный груз, шаг за шагом двинулся к застывшему посреди улицы Сюдзи. С каждым его шагом каменные плиты под ногами, казалось, стонали. Его тело билось в конвульсиях от невыносимой боли и желания, но им по-прежнему двигала безумная одержимость, порождённая «Мечтой бродячей собаки», — одержимость уничтожить свою цель.

Над морем.

Оригинал Сюдзи мчался по волнам, ветер бил ему в лицо. С другого конца ментальной связи в его сознание хлынул яростный поток ощущений «Мечты бродячей собаки», который испытывал его деревянный клон.

— Кхм! — Сюдзи сдавленно простонал, и всё перед глазами внезапно окрасилось в красный! Чакра под его ногами тут же рассеялась! Его мчащаяся фигура, словно подбитая птица, рухнула в ледяную воду!

Буль-буль-буль... Ледяная вода обожгла нервные окончания. Сюдзи резко открыл глаза и с силой оттолкнулся ногами! Он вырвался на поверхность. Мокрые чёрные волосы прилипли к лицу, капли воды стекали по подбородку.

Гендзюцу?

Клон... попал в гендзюцу?!

Суть гендзюцу заключалась в том, что пользователь вторгался в тело цели своей чакрой, искажая её пять чувств и нарушая поток её собственной чакры.

Обычные способы противодействия:

Первый — если жертва понимала, что находится в гендзюцу, она могла попытаться с помощью техники «Снятие» восстановить порядок. Против мастеров гендзюцу этот способ, как правило, был бесполезен.

Второй, самый распространённый — третья сторона с помощью своей чакры, словно клинком, разрывала ментальную связь между жертвой и атакующим, помогая ей освободиться.

Но для ниндзя с большим запасом выносливости и чакры был и третий способ — техника клонирования. И теневые, и другие материальные клоны были продолжением духа и чакры создателя. Хоть они и имели форму, но не были настоящими живыми существами, у них не было в полном смысле этого слова ни «пяти чувств», ни «системы циркуляции чакры». Гендзюцу на них должно было действовать так же, как попытка поджечь пустоту.

Но его деревянный клон попался.

Тем временем, на другом конце.

Сюдзи стёр с лица морскую воду. Удивление было быстро подавлено. Он больше не просто принимал ощущения клона, а с силой обратил поток связи вспять — воля оригинала заменила искажённое гендзюцу сознание клона!

Глубоко вдохнув солёный морской воздух, он снова сконцентрировал чакру под ногами, вырвался из волн и продолжил свой путь к порту Идэка. Одновременно с этим он полностью сосредоточился на управлении своим деревянным клоном, находившимся далеко на улице порта.

На улице.

Генси уже подошёл вплотную. Его налитые кровью мутно-зелёные глаза были прикованы к застывшему Сюдзи. Он тяжело дышал, слюна капала на землю. Дрожащей рукой он вытащил из рукава кунай. Движение было медленным, скованным, словно он преодолевал невидимое сопротивление, но в нём была леденящая, непреклонная решимость.

— Х-х... сдохни... — хриплый, нечленораздельный звук вырвался из его стиснутых зубов.

Острие куная с ледяной жаждой убийства дюйм за дюймом приближалось к горлу деревянного клона Сюдзи, а затем медленно, но уверенно вошло в него!

Щёлк!

Раздался тихий, но отчётливый странный звук. Ощущение было неправильным! Не было никакого сопротивления плоти и костей, скорее, словно он вонзил нож в сухой, плотный корень старого дерева!

В глазах деревянного клона, до этого затуманенных первобытной яростью «Мечты бродячей собаки», — глубоко, под слоем искажённой гендзюцу иллюзии — словно рассеялся туман, и вспыхнул острый, холодный блеск! И в этом блеске отчётливо читалось восхищение оригинала Сюдзи!

— Вот оно что... — голос Сюдзи был ровным, без малейшего намёка на волнение, словно вонзённого в его горло куная и не было. — Двусторонняя сенсорная связь, значит? Навязываешь своё состояние цели. — Он медленно поднял глаза. — Даже бродячих ниндзя нельзя недооценивать.

Вслед за его словами на шее деревянного клона, в месте, куда вошёл кунай, симуляция «плоти» быстро исчезла, обнажив плотную, гладкую, с отчётливой древесной текстурой, сущность!

— Что?! — зрачки Генси сузились до точки! Как это возможно?! Его чувства ясно улавливали поток чакры и ауру жизни противника! Техника замены? Нет! Под действием «Мечты бродячей собаки» он бы мгновенно заметил любое аномальное движение чакры! Эта текстура... это марионетка? Нет! У марионетки не может быть такой реалистичной реакции чакры и связи с волей!

Генси инстинктивно попытался разорвать связь «Мечты бродячей собаки» и отпрыгнуть назад! Но было уже слишком поздно!

Хрусть!

Рука с древесной текстурой, бесшумно, но молниеносно, пронзила его незащищённую грудь! Вместо ожидаемого тепла и крови он ощутил холод, твёрдость и упругость, свойственные растениям.

— Кха! — тело Генси резко согнулось, от боли у него потемнело в глазах. Из пронзившей его грудь деревянной руки вырвались бесчисленные, тонкие, как волоски, но невероятно прочные древесные волокна! Словно живые, они мгновенно устремились в его тело, расползаясь по кровеносным сосудам, нервам, мышцам, пуская корни! Ледяное ощущение чужеродного вторжения, смешанное с чувством, будто из него высасывают жизнь, мгновенно охватило всё его тело!

— Отлично сработано, Генси, — голос деревянного клона был совсем рядом, холодный, как приговор. — Твой товарищ, тот ниндзя, что преследовал меня в море, тоже очень старался.

— Сёкуси... мёртв?! — Генси резко поднял голову, в его мутно-зелёных глазах вспыхнули неверие, отчаяние и безумие! То ли от этой жестокой новости, то ли от невыносимой боли, вызванной бушующими в его теле древесными волокнами, из его горла вырвался предсмертный хрип зверя.

Значит, точно из «Чёрной Язвы»! — мысленно отметил Сюдзи, находясь далеко в море. Сёкуси, Генси... двое уже есть. Был ли Дзюбэй одним из них? В любом случае, судя по странным техникам и силе этих двоих, остальные — тоже не простые противники.

Вот только этот деревянный клон, вместивший его волю, после того как выдержал обратный удар гендзюцу, контратаковал и применил Мокутон, был уже на пределе.

Деревянный клон Сюдзи смотрел, как в глазах Генси гаснет свет, и чувствовал, как через древесные волокна на кончиках его пальцев угасает последний пульс жизни. Он медленно вытащил руку, и из раны вырвался фонтан тёмно-красной крови, смешанной с мелкими древесными щепками. Тело Генси, словно из него вытащили позвоночник, мягко осело на колени, а затем рухнуло лицом вниз, подняв облачко пыли. Колокольчик с иероглифом «Еда», сорвавшись с его запястья, с глухим стуком откатился в сторону и затих.

Деревянный клон посмотрел на свою руку. Мелкие трещины, словно паутина, быстро расползались от кончиков пальцев вверх.

Поддержка семьи Васаби... похоже, на клона рассчитывать не придётся.

http://tl.rulate.ru/book/146859/8127329