Готовый перевод The Empress's Needle / Игла императрицы: Глава 21

Глава 21

К началу банкета на второй день Хильда стала активно общаться с различными аристократами. Она не знала, было ли это её воображением, но по сравнению с предыдущим днём их отношение стало менее тёплым. Нет, скорее, более осторожным.

Хоть её и представили как будущую наследную принцессу, у Хильды был настолько мягкий вид, что поначалу никто не воспринимал её как кого-то, к кому нужно относиться с опаской. Когда она стояла одна, от неё веяло нежностью, словно весенним ветерком.

Однако после того, как она подверглась оскорблению со стороны молодого графа и разобралась с ним по-своему, а не силой Реймонда, все изменили своё мнение.

«Видимо, чтобы быть рядом с наследным принцем, нужно быть именно такой».

Более того, во время банкета, благодаря непринуждённым разговорам Джерфела и Реймонда, всем стало известно, насколько трогательными были их отношения с Хильдой.

Если в первый день темой для разговоров было её платье, то со второго дня все обсуждали историю их любви. К тому же, начиная со второго дня, Реймонд часто отлучался от Хильды. Ему нужно было обсудить дела с высокопоставленными гостями из других стран, прибывшими на празднование Дня основания.

Оставляя её, Реймонд заботливо проявлял к ней внимание.

— Если устанете, можете уйти пораньше.

— Но ведь это моя обязанность, не так ли?

На эти слова Реймонд лишь улыбнулся. Она была поистине очаровательной женщиной. Ему казалось, что некая неведомая сила — будь то небеса или боги — привела её к нему ради него самого.

Хильда кивнула в ответ на его нежное выражение лица. Как только Реймонд отошёл, аристократы тут же окружили её.

— О боже, ваше сегодняшнее платье тоже великолепно, леди.

— Благодарю вас.

Хильда искренне ответила на комплимент знатной дамы. Платья для второго и третьего дня были несколько скромнее по сравнению с тем, что она надела на День основания. Из-за нехватки времени она просто прикрепила заранее сделанное кружево к платью, которое сшила раньше.

Однако именно эта относительная простота ещё больше подчёркивала её мастерство. Платье идеально сидело, изящно подчёркивая её фигуру без единой лишней детали.

Хильда переделала верх платья, скроенного по типу «принцесса». Она отрезала воротник, который раньше доходил до самой шеи, и сделала неглубокий V-образный вырез. Поверх она пришила кружевные оборки и украсила их жемчугом.

Юбку и талию она не трогала, лишь заменив ленту на поясе, но и этого было достаточно, чтобы придать платью совершенно новый вид.

— Это роскошное украшение на шее тоже вы сделали, леди? Кажется, вчера на вашем украшении для волос было что-то похожее.

Дама, казалось, вспоминала вчерашний день, кивая и спрашивая Хильду.

— Да, времени было мало, поэтому я использовала то, что сделала заранее.

— О боже… Как вам удаётся создавать такую красоту из нитей?

— Это немного похоже на вязание.

При словах Хильды все удивлённо посмотрели на неё. Вязанием здесь иногда занимались, но никто не создавал из него полноценные кружева. Отовсюду послышались вздохи восхищения.

С самого детства Хильда в свободное время плела кружева. Она думала, что это тоже может принести деньги. Но когда она пошла продавать их мадам Шерли, реакция той была такой же, как у этих аристократов.

Хотя из-за этого она чуть не попала в большую беду… Жадный взгляд мадам Шерли до сих пор стоял у неё перед глазами.

После этого она ещё несколько раз пыталась уговорить её продать кружева за смехотворно низкую цену, намеренно задерживала оплату, из-за чего Хильда чуть было не осталась без денег на лекарства для матери.

Реймонд же, напротив, не удивился, увидев перчатки Хильды; позже он сказал, что понял их ценность, когда Джерфел высказал своё восхищение. Он рассказал, что хоть и не разбирался в тканях досконально, но заранее знал о мастерстве Хильды, поэтому, хоть и был поражён, подумал, что такое вполне возможно.

— А мы смогли бы так научиться?

— О боже, госпожа, разве вы не говорили, что вам даже вышивать трудно?

— Хо-хо, но вязать у меня неплохо получается.

— Если вы не против, леди, хотелось бы устроить с вами чаепитие до вашей свадьбы.

Они смотрели на Хильду с огромным интересом. Не только дамы, но и мужчины-аристократы внимательно прислушивались к разговору. Все интуитивно чувствовали, что будущая наследная принцесса принесёт с собой большие перемены.

— На этом, пожалуйста, всё, дамы и господа, — вмешался кто-то.

— О, барон Джерфел.

«А?» — услышав слова дамы, Хильда поняла, что у него есть баронский титул.

«Ну конечно, он же помощник Его Высочества, это естественно».

Просто из-за его легкомысленного вида она об этом не задумывалась. Джерфел с сияющей улыбкой встал между Хильдой и дамами, создавая дистанцию.

— Если желаете договориться о встрече с будущей принцессой, прошу обращаться через меня, прекрасные дамы.

Благодаря его вмешательству атмосфера, на мгновение ставшая напряжённой, снова смягчилась. Они весело рассмеялись и сменили тему. Следующей темой стала история любви Реймонда и Хильды.

— Его Высочество глаз с неё не сводил!

— И не говорите, я и не знала, что Его Высочество такой романтик. Леди, он всегда так заботлив с вами?

— Хо-хо, мне кажется, он просто без ума от очарования будущей наследной принцессы.

— Это точно.

Даже в присутствии Хильды аристократы вовсю обсуждали их роман. Слушая их, она поняла, что выдуманная ими с Реймондом история любви уже превратилась в любовь века.

— Джерфел.

— Да, будущая принцесса.

— Ничего, что мы не будем это исправлять?

— Такие слухи чем пышнее, тем лучше, так что всё в порядке.

Джерфел весело рассмеялся, будто это его не касалось. Хотя так оно и было, Хильде стало немного не по себе. Она чувствовала себя героиней какого-то фильма.

— Вам весело на банкете, леди Бейли?

Хильда отошла на шаг от болтающих дам, чтобы выпить напиток, когда к ней подошёл Эйдан. Он был красавцем совершенно иного типа, нежели Реймонд.

Смуглая кожа, чёрные волосы, яркие зелёные глаза и выразительные черты лица. К тому же, в отличие от Реймонда, от которого веяло некой аскетичностью, у Эйдана была более открытая аура.

— Да, хотя немного суматошно, — ответила Хильда с улыбкой.

В этот момент чья-то рука естественно легла на её.

— Хильдегардт, мой отец желает вас видеть.

— Его Величество Император?

— Да.

— Ах, тогда… Прошу прощения.

Хильда извинилась перед Эйданом и направилась к императору. Эйдан искоса посмотрел на Реймонда.

— И вы так поступаете?

— Потому что это ты.

— Я ведь ничего не делал.

— Я просто остановил тебя до того, как ты успел что-либо сделать.

Реймонд улыбнулся. Эйдан тихо вздохнул.

В итоге за всё время банкета Эйдан так и не смог поговорить с Хильдой, не считая приветствий.

Сначала Хильда и вправду думала, что что-то случилось, и уходила, но в какой-то момент поняла, что Реймонд делает это намеренно.

Когда с ней разговаривали другие аристократы, Реймонд не вмешивался, но стоило Эйдану заговорить с ней, как он тут же звал её или подходил. Каждый раз она чувствовала, как лицо Эйдана искажается от недоумения.

«Совсем как детская ссора…»

Но никто не пытался их остановить. Хильде стало интересно, почему, и она осторожно спросила Джерфела. Он дал ясный ответ:

— Потому что это повторяется каждый год.

— Повторяется?

— В этом году кажется, будто Его Высочество немного давит, но в прошлые годы его самого чаще дразнили.

Слова Джерфела удивили Хильду ещё больше.

—…И это нормально?

— Такое можно увидеть только на Дне основания. Сложно представить, чтобы кто-то дразнил наследного принца, не так ли?

Хильда горько усмехнулась, глядя на Джерфела.

«Мне кажется, Джерфел постоянно дразнит Его Высочество».

Их противостояние, начавшееся, видимо, ещё в детстве, стало своего рода достопримечательностью Дня основания. И это было возможно лишь потому, что Тригло и Луминан были не просто союзниками.

И всё же оставлять всё как есть казалось ей неправильным. Она чувствовала, что это невежливо по отношению к Эйдану.

— Знаете, Рей.

— Да.

— Принц Эйдан всё-таки гость, это ничего?

— Вы беспокоитесь обо мне? — с радостным видом спросил Реймонд.

«Этот человек действительно мастер такой игры», — подумала она.

— Может, я лезу не в своё дело?

Реймонд покачал головой.

— Ваши опасения вполне оправданы.

Он отвёл Хильду на почти пустой балкон. По мере приближения к балкону Хильда почувствовала, как её сердце забилось сильнее.

Она знала, что балконы на таких банкетах часто служат местом для тайных свиданий. И хотя она понимала, что Реймонд не испытывает к ней никаких чувств, сама атмосфера этого места давила.

Реймонд слегка присел на перила балкона и посмотрел на неё снизу вверх.

— Помните, что я рассказывал вам о наших с Эйданом отношениях?

Хильда кивнула. Ей было так любопытно, что она даже расспросила об этом Джерфела.

— Как вы, наверное, заметили, аристократы и другие люди меня побаиваются.

— …Да.

Отвечая, Хильда почувствовала себя немного виноватой. Если уж она это заметила, то он не мог этого не чувствовать.

«Может, он заметил и то, что я его боюсь?»

От этой мысли ей стало и жаль, и немного неприятно.

— Наши отношения с Эйданом наполовину искренни, а наполовину — нет.

«Значит, наполовину он всё-таки искренен».

Словно прочитав её мысли, Реймонд мягко улыбнулся.

— Если тебя только боятся и опасаются, невозможно вести нормальный диалог с другими людьми.

Хильда удивлённо округлила глаза. Неужели он хотел сказать, что намеренно выставляет себя в нелепом свете?

— В этом смысле мы с Эйданом используем друг друга.

— Используете?

— Да. В основном Эйдан насмехается надо мной и дразнит, но в процессе мы отвлекаем внимание аристократов или, наоборот, привлекаем его. Так мы и продолжали эту перепалку из года в год. Но самое главное…

Реймонд улыбнулся с немного смущённым видом.

— Это способ показать, насколько близки отношения между Тригло и Луминаном.

Хильда понимающе кивнула. С самого начала союза Тригло и Луминан пережили бесчисленные войны, но их отношения ни разу не дали трещину.

«Это как отношения крокодила и птички-чистильщика?»

Симбиоз, который нельзя разрушить. При таких отношениях, вероятно, было много желающих вбить между ними клин.

— А ещё это нужно, чтобы постоянно давать Тригло уверенность. Уверенность в том, что даже дерзкое поведение не испортит отношения между нашими странами из-за таких личных дел.

— Принц Эйдан тоже об этом знает?

— Да. Но когда дело касается гордости или чувств, мы оба абсолютно искренни, это не игра.

Хильда рассмеялась. Реймонду нравился её чистый смех.

Он знал, что в её чувствах к нему был и страх. Но при этом она была одним из немногих, кто мог так искренне смеяться. Поэтому ему казалось, что поддерживать их контракт будет несложно.

С Эйданом всё было именно так. У обоих было своё положение, и им часто приходилось скрывать истинные чувства, поэтому, возможно, с тем, кому можно было их показать, они вели себя более по-детски.

— С ним трудно иметь дело, не выкладываясь на полную.

Это была чистая правда. Учась вместе в академии, они признавали друг друга. Но близкими друзьями стать так и не смогли. Ведь они оба постоянно соревновались за то, что могло быть только у одного.

«Несколько раз я уступал ему или проигрывал…»

Немногие могли заставить его почувствовать горечь поражения.

Реймонд крепко сжал руку Хильды. Поэтому он не хотел уступать Эйдану ни её мастерство, ни её саму. К несчастью, их вкусы были слишком похожи.

Именно поэтому на протяжении всего банкета Реймонд прятал её от его глаз. Он понимал, что не сможет скрывать её вечно, но, честно говоря, ему не хотелось делать то, чего хотел Эйдан.

Тем более что он нашёл её, приложив столько усилий.

Хильда мило улыбнулась ему. Её сияющая улыбка была обращена к нему. Но это была лишь любезность, которую она проявляла как партнёр по контракту. И в этом не было ничего плохого. Таков был их договор.

Он, в свою очередь, как партнёр по контракту, вёл себя так, будто испытывал к ней привязанность. Но она никогда не забывала, что это игра. Именно поэтому они оба могли поддерживать такой, словно нарисованный, нежный образ.

Реймонд вспомнил слова, сказанные Эйданом в середине банкета. Соперник, с которым его связывала давняя вражда, проницательно заметил неестественность в их с Хильдегардт отношениях.

«Хорошо поставленный спектакль».

Реймонд тогда отрезал, чтобы тот не делал поспешных выводов на одних догадках. Но это была правда.

«Ведь мы оба действуем не на эмоциях».

Однако что-то его беспокоило. Тревожное предчувствие. Если он, не дай бог, первым влюбится в неё, то ему определённо придётся столкнуться с величайшим врагом в своей жизни. Зная её характер, сложнее всего будет заставить её поверить, что это не игра.

«Нет, этого всё равно не случится».

Реймонд запер эту тревожную мысль на засов. Только так он сможет сохранять по отношению к ней идеальную рациональность.

http://tl.rulate.ru/book/146809/8565008