Готовый перевод Slow Chant of the River City / Медленная песнь о городе у реки: К. Часть 20

[Примечание автора]

Пожалуйста, добавляйте в закладки, спасибо!

— Разве ты не замечаешь?

Цюй Цю с удивлением посмотрела на Юй Чжи, которая остановилась у реки, лицом к сверкающим огнями небоскрёбам на другом берегу, и ждала продолжения.

— Возьмём, к примеру, то, что я знаю: наш дискуссионный клуб строго контролировался преподавателем, но ты заступилась за нас. Ты даже не представляешь, как благодарны тебе младшекурсники!

Клуб должен был управляться студентами, но один преподаватель постоянно вмешивался, вызывая недовольство многих. Однако никто не осмеливался противостоять ему, потому что он славился тем, что заваливал студентов на экзаменах, и никто не хотел рисковать оценками.

Позже Юй Чжи поговорила с преподавателем, и клуб вернул себе самостоятельность.

За это Юй Чжи получила самый низкий балл за всё время учёбы в университете C, но, к счастью, её репутация осталась непоколебимой.

— Ты также была самой активной старостой в нашем классе.

— А помнишь, как зимой у девушки из соседней комнаты поднялась температура, а её соседок не было рядом? Ты бегала между общежитием и университетской больницей, ухаживая за ней.

Цюй Цю помнила каждую деталь.

— И я, и твои одногруппники, и члены клуба: все мы получали от тебя помощь. Может, тебе это кажется незначительным, но я всегда была тебе благодарна, и уверена, они тоже.

Глаза Цюй Цю наполнились признательностью, но затем она надула губы:

— Просто ты часто ведёшь себя холодно и слишком выдающаяся, поэтому некоторые боятся к тебе подойти. Но все знают, что под этой холодностью ты добрая.

Юй Чжи часто помогала другим, но её выражение лица оставалось нейтральным. В последние годы оно стало чуть живее, но впечатление о ней уже сложилось.

Хотя её это не волновало.

— Даже наша дружба началась благодаря твоей доброте.

Цюй Цю вспомнила их первую встречу и почувствовала, как ей повезло. Её взгляд снова стал тёплым.

Но Юй Чжи по-прежнему оставалась невозмутимой.

Только и всего?

Она давно не стремилась помогать людям по собственной воле.

Просто эти ситуации возникали перед ней, и она не могла отвернуться.

С клубом: младшекурсники умоляли её, пока она не согласилась.

Они ловили её у столовой, у библиотеки, даже у женского туалета.

Ей это надоело, и она уступила.

А та девушка с температурой: чистая случайность.

Юй Чжи шла в общежитие и увидела, как та спотыкается на лестнице. Хотела пройти мимо, но та упала прямо перед ней.

Разве можно было оставить её?

Что до Цюй Цю... Юй Чжи взглянула на растроганную подругу и покачала головой. Никто не умел приставать, как Цюй Цю.

Она просто делала то, что должна была. Не ожидала, что это вызовет такие чувства.

Юй Чжи стояла у перил, и лёгкий ветерок играл её волосами, но её лицо оставалось бесстрастным.

Она думала: нынешняя Юй Чжи не та, что помогает другим.

То, что видела Цюй Цю, было не ею, а скорее прежней Янь Хуань.

Янь Хуань была доброй, отзывчивой, любила помогать и легко находила общий язык с людьми.

Совсем не такая, как она сейчас.

Мысли унесли её в прошлое, и давно забытые воспоминания всплыли, как кадры из фильма.

Юй Чжи нахмурилась, затем встряхнула головой, привычно отгоняя их.

Воспоминания бесполезны.

Внезапно зазвонил телефон Цюй Цю, нарушив тишину.

На экране горело слово Папа. Цюй Цю мгновенно заулыбалась.

— Папа! — радостно воскликнула она, но тут же вспомнила о Юй Чжи.

Смущённо кивнув, она отошла в сторону, повернувшись спиной.

Юй Чжи не различала слов, но слышала интонации.

Голос Цюй Цю то звенел от восторга, то взлетал от волнения: она рассказывала о своих делах и мелочах жизни.

В каждом слове чувствовалась любовь между отцом и дочерью.

Слово папа застряло в ушах Юй Чжи.

У неё не было ни папы, ни мамы.

Её ресницы дрогнули, в чёрных глазах мелькнула тень, но лицо осталось холодным.

Она положила руки на перила, кончики пальцев касались холодного металла.

Взгляд скользнул через реку к ярким небоскрёбам на том берегу.

Ночные огни превращали их в сверкающие драконценности.

Юй Чжи начала считать этажи.

Первый, второй, третий...

Она мысленно перебирала их, один за другим.

На двадцатом этаже Цюй Цю закончила разговор.

Она вернулась, шаги тяжёлые, брови нахмурены.

— Что случилось? — спросила Юй Чжи.

— Папа хочет, чтобы я после учёбы вернулась домой! — выпалила Цюй Цю.

Она уже говорила Юй Чжи, что любит город Цзянчэн и хочет остаться здесь, а потом перевезти родителей.

На самом деле отец говорил уклончиво и не настаивал, но его слова шли вразрез с её планами.

Когда твои мечты сталкиваются с ожиданиями родителей, это бесит.

Юй Чжи нахмурилась:

— Они не знают о твоих планах?

Цюй Цю опустила голову и сокрушённо ответила:

— Не знают, я ещё не знаю, как им сказать. Они боялись мешать мне писать диссертацию и до сих пор не поднимали эту тему. А сегодня вдруг заговорили, я просто в шоке!

Цюй Цю сделала несколько шагов и опустилась на скамейку, спрятав лицо в коленях.

Юй Чжи стояла позади неё, будто видя, как те самые кроличьи ушки на голове подруги сейчас уныло повисли, потеряв привычную живость.

Она подошла ближе, тихо села рядом и погладила Цюй Цю по голове.

— Цюй Цю, не расстраивайся, — мягко утешила Юй Чжи. — У тебя такие тёплые отношения с родителями, они обязательно поймут тебя.

Цюй Цю была яблоком родительского глаза, они буквально исполняли все её желания. По мнению Юй Чжи, сегодня они просто выразили своё мнение, но не станут её принуждать. В конечном итоге они последуют её выбору.

Цюй Цю подняла голову, глаза блестели от слёз. Она тихо кивнула:

— Фестиваль манги — вот что сейчас важно! А это дело подождёт!

http://tl.rulate.ru/book/146286/7927166