Готовый перевод Daily Life in Ancient Times / Быт древних людей: K. Часть 46

Обсудив вопрос об открытии лавки женой, Синь Чанпин спросил Синь Шэна:

— Шэн-гэ, завтра я поеду в Лишань, чтобы поздравить с Новым годом ректора и учителей. Ты хочешь поехать со мной?

Синь Шэн подумал о книгах, которые он переписал, и о том, что ему нужно вернуть их в академию, и спросил:

— Папа, как вы планируете ехать? Если на ослике, то можно заодно отвезти книги в академию.

Синь Чанпин кивнул:

— Конечно, на ослике. Но разве академия на Новый год не закрыта? Кто там будет?

Синь Шэн ответил:

— Она закрыта, но я могу поздравить учителя с Новым годом и попросить у него ключ, чтобы вернуть книги.

Синь Чанпин кивнул:

— Хорошо, тогда сегодня собери все книги, а завтра утром отправимся.

Услышав это, Сунь Ши спросила:

— Сейчас у нас не так много денег. Что вы возьмёте учителям в подарок?

— Ректор и учителя — люди высоких моральных качеств, и они знают, что наша семья не богата. Даже если мы купим что-то дорогое, они не примут. Давайте, как и в прошлые годы, возьмём вяленую курицу и мясо, которые прислали из деревни.

Сунь Ши подумала, вынула несколько вышитых картин с изображением четырёх благородных растений — сливы, орхидеи, бамбука и хризантемы — и спросила Синь Чанпина:

— Может, подарим эти вышивки?

Синь Чанпин с сомнением посмотрел на изысканные вышивки. Хотя, как говорили брат и жена Сунь Ши, в уездном городе сейчас в моде двусторонняя вышивка из Цзяннани, это лишь временное увлечение, вызванное новизной, а не то, что всё остальное стало бесполезным.

Эти четыре вышивки с их символическим значением как раз подошли бы в подарок ректору, но раз Сунь Ши собирается открыть лавку, их можно будет продать там. Даже если они не будут стоить прежних десяти лянов за штуку, вряд ли их цена упадёт вдвое, как говорила жена брата.

Синь Чанпин взял руку Сунь Ши и сказал:

— Учитель всегда был скромным и не любит, когда ученики соревнуются в подарках. Ты потратила столько сил на эти вышивки, лучше оставь их для продажи в лавке.

Сунь Ши, глядя на вышивки, над которыми она работала несколько месяцев, немного пожалела, но всё же настаивала:

— В этом году ты будешь сдавать экзамены, и тебе придётся часто обращаться к учителю за советами. Лишний подарок не повредит. К тому же это моя собственная работа, а не купленная за деньги. Ученики часто дарят учителям вышивки в знак уважения. Учитель не станет упрекать тебя за попытку выделиться.

Синь Чанпин, услышав это, взял руку Сунь Ши и посмотрел на неё с ещё большей нежностью, тихо сказав:

— Ты всегда так внимательна, моя мудрая помощница. Жениться на тебе — это самое большое счастье в моей жизни.

Сунь Ши покраснела и отстранилась от Синь Чанпина, упрекнув его:

— Шэн-гэ и Юэнян здесь, как ты можешь так себя вести при детях? Как тебе не стыдно?

Синь Чанпин, которого жена оттолкнула, не смутился, а, поглаживая короткую бороду, самодовольно улыбнулся:

— Когда родители живут в гармонии, это счастье для детей. На нашем примере Шэн-гэ научится хорошо обращаться с женой, а Юэнян поймёт, каким должен быть хороший муж, чтобы её не обманул какой-нибудь льстец.

— Опять! — Сунь Ши подняла руку, делая вид, что хочет ударить его, её лицо покраснело ещё сильнее. — Думаю, ты и есть самый большой льстец!

Синь Чанпин, увидев розовые щёки Сунь Ши, посмотрел на неё с ещё большей нежностью, словно его взгляд был пропитан мёдом. Он отвёл смущённую Сунь Ши за спину и сказал Синь Шэну и Синь Юэ:

— Вы что, не можете понять, что пора уйти? Разве дети должны быть такими бестактными?

Синь Юэ, которая с удовольствием наблюдала за этой сценой, конечно, не хотела уходить. Её отец, элегантный и учёный, и мать, изысканная и красивая, были идеальной парой, настоящей бессмертной четой.

Она любила смотреть, как они проявляют свои чувства, и хотела видеть это ещё больше.

Даже когда сдержанный Синь Шэн насильно увёл её, Синь Юэ всё ещё оглядывалась, прислушиваясь, чтобы услышать ещё пару слов.

Увидев, как сын закрыл дверь, Сунь Ши толкнула Синь Чанпина:

— Отпусти меня. Как я теперь буду поддерживать авторитет перед детьми после того, как ты так себя вёл?

— Ты никогда не была строгой с ними, всегда была самой нежной матерью, — Синь Чанпин не отпустил её, а, наоборот, обнял её, прижавшись головой к её шее, и с обидой сказал: — В последние дни дома было так много дел, что у меня не было возможности быть ближе к тебе, а ты даже не скучаешь по мне и хочешь, чтобы я ушёл.

Сунь Ши почувствовала, как её сердце забилось быстрее, и, убедившись, что Синь Нянь всё ещё спит, обняла Синь Чанпина:

— Что ты говоришь, муж? Ты несправедлив ко мне. Теперь, когда я порвала отношения с семьёй, ты стал самым близким человеке для меня в этом мире.

Сунь Ши слегка успокоила его, и Синь Чанпин сразу же смягчился, но всё ещё ревновал к детям, настаивая на том, чтобы быть первым, и спрашивая:

— Ты действительно ближе всего ко мне? А как же Шэн-гэ, Юэнян и Нянь-гэ? В последние дни ты всё время держала Нянь-гэ на руках, а только что обнимала Шэн-гэ и Юэнян, а меня пропустила.

Сунь Ши, услышав это, не знала, смеяться ей или плакать, и только обняла Синь Чанпина ещё крепче, успокаивая его:

— Ты уже взрослый человек, как ты можешь соперничать с собственными детьми? Конечно, ты мне ближе всех. Сколько я знаю тебя, а сколько их? Ты прав, не так ли?

— Конечно, конечно, — Синь Чанпин кивнул: — В будущем Юэнян выйдет замуж, Шэн-гэ и Нянь-гэ женятся и создадут свои семьи, но в конце концов только мы с тобой будем поддерживать друг друга до старости. Мы самые близкие люди в этом мире.

Сунь Ши спрятала лицо в груди Синь Чанпина, тихо смеясь.

Синь Юэ, которую Синь Шэн увёл во двор, получила лёгкий щелчок по лбу и наставление:

— Сегодня я научу тебя: не смотри на неприличное и не слушай неприличного.

— Эх, — Синь Юэ, прикрывая лоб, глубоко вздохнула, а затем, глядя на Синь Шэна, сказала: — Брат, ты такой скучный. Интересно, сможет ли твоя будущая жена вытерпеть твою занудность.

Синь Шэн снова дважды щёлкнул её по лбу, говоря:

— Ты всё ещё подшучиваешь над старшим братом, не уважаешь старших. В наказание ты сегодня выучишь это правило и напишешь его сто раз.

Синь Юэ закрыла рот, который навлёк на неё неприятности, притворившись послушной, но в душе всё ещё ругала Синь Шэна за его старомодность, ожидая, чтобы посмеяться над ним в будущем.

http://tl.rulate.ru/book/146283/7940682