Готовый перевод Viking: Overlord of the Frozen Sea / Викинг: Владыка Ледяного моря: Глава 3

От вида этой внезапной резни его сердце бешено колотилось. Наблюдая за схваткой, он почувствовал, как пересохло в горле, и повернулся, чтобы найти в доме воды.

Бульк, бульк.

В тот самый миг, когда он поставил кружку, сзади раздался оглушительный треск.

Два тела, проломив дверь, ввалились в дом и сцепились в яростной борьбе. Это были Рагнар и Олаф.

После тяжёлого боя силы Рагнара были на исходе. Они вцепились друг другу в глотки, и ни один не мог одолеть другого.

— Эй, вы, двое презренных крестьян! Помогите мне убить этого наёмника! Я вас щедро награжу! — крикнул Олаф.

Увидев, что оба парня остолбенели от ужаса, он был вынужден сосредоточиться на Рагнаре.

Вскоре, воспользовавшись преимуществом в весе, он придавил измотанного Рагнара к полу. Его левая рука потянулась к поясу, нащупывая богато украшенный кинжал.

— Будь ты проклят, наёмник! Пусть Ёрмунганд пожрёт твою душу!

Ярл занёс кинжал для удара. В этот момент Виг инстинктивно схватил из очага полено и швырнул его прямо в лицо Олафу. В следующее мгновение он взмахнул топориком, отрубив ярлу запястье, сорвал с него шлем и глубоко вогнал топор ему в череп.

***

Убедившись, что Олаф мёртв, Виг помог Рагнару подняться.

— Не благодари. Считай, это плата за мясо и выпивку.

На самом деле Виг и сам не понимал, почему он это сделал. Казалось, им двигала невидимая сила, словно ему было предначертано спасти этого человека.

Подавив тошноту, Виг отрубил голову ярла, вышвырнул её на площадь перед домом и прорычал воинам:

— Олаф мёртв! Продолжать бой бессмысленно!

Узнав о смерти своего предводителя, оставшиеся двадцать воинов сложили оружие. Увидев это, один из соратников Рагнара внезапно предложил:

— Олаф нарушил обычай и напал на гостя. Его род не достоин править Гётеборгом! Рагнар — лучший кандидат на место нового ярла!

Вслед за этим светловолосым крепышом остальные девять соратников принялись скандировать имя Рагнара. Выл холодный ветер, отблески огня плясали на их лицах, отбрасывая длинные, вытянутые тени.

***

Спустя полчаса под звуки рога семьсот жителей собрались на площади перед длинным домом ярла. На их лицах читались восхищение, страх, подозрение и ненависть — целая гамма чувств.

Обращаясь к своим людям, Рагнар прокашлялся.

— Кхм, Олаф был слишком жаден, и мы были вынуждены дать отпор. Как новый ярл, я клянусь, что буду хорошо относиться к жителям Гётеборга. Налоги на следующие два года будут снижены вдвое!

Эта новость заметно разрядила обстановку. Он с улыбкой кивнул, а затем посмотрел на уцелевших воинов Олафа.

— Если кто-то не согласен, я готов сойтись с ним в поединке перед ликом богов. Пусть они решат всё.

Толпа молчала, тем самым молчаливо признавая власть легендарного пирата над Гётеборгом.

Самое опасное было позади. Взгляд Рагнара обратился к его последователям. Первым он подозвал светловолосого крепыша.

— Гуннар, мой ближайший друг, благодарю тебя за помощь на протяжении всех этих десяти лет. Без тебя моё тело давно бы сгнило в земле Восточной Франкии.

— Ивар, мой старший сын. Враги боятся тебя и зовут «Бескостным», и я горд этим. Твоё существование — самый драгоценный дар, что преподнёс мне Один.

— Бьёрн, мой второй сын. Хоть ты только что достиг совершеннолетия, ты уже явил богам и миру достаточную храбрость. Никто, кроме тебя, не достоин прозвища «Железнобокий».

— Нильс, мой племянник. Твоё мастерство лучника — дар самого Улля. Желаю тебе никогда не сбиваться с цели.

Наконец, он посмотрел на юношу, которого знал всего ничего, и с трудом выдавил из себя несколько тёплых слов:

— Виг Хакансон, хоть мы и знакомы совсем недолго, я ценю нашу драгоценную дружбу.

По правде говоря, Рагнар сунул ему тот кусок баранины просто из жалости. Он всю жизнь совершал подобные поступки и никогда не ждал ничего взамен.

«Парень неплохо выглядит, и есть в нём что-то особенное, но боевого опыта, к сожалению, ноль. Ладно, пока возьму его в личную охрану. Надеюсь, за зиму он научится воинскому искусству».

Похвалив своих приближённых, Рагнар указал на длинный дом позади себя.

— Идите, мои любимые братья! Идите и возьмите всё, что пожелаете!

Под возбуждённые крики Виг последовал за ними в длинный дом.

Это было одноэтажное строение, сложенное из прочного и долговечного дуба, около сорока метров в длину и двенадцати в ширину. Высокая крыша напоминала перевёрнутый драккар викингов.

За входом располагался главный зал ярла. В центре находился длинный каменный очаг, прямо перед которым стояло кресло правителя. По обе стороны от очага тянулись ряды длинных столов для пиров.

В дальнем конце зала висели толстые шкуры, за которыми скрывалась спальня ярла и его жены. Комнаты по бокам зала предназначались для его охраны.

Самые дальние и холодные комнаты служили кладовыми. А поскольку Олаф был большим любителем медовухи, под складом был вырыт просторный винный погреб.

Спальня ярла.

— Этот длинный меч — мой! — Ивар снял со стены меч и с восхищением разглядывал сердолик, инкрустированный в рукоять.

— Неплохая кольчуга, только фасон какой-то странный, — сказал Бьёрн, облачившись в доспех, который сел на него как влитой.

Гуннар долго рылся в сундуке и наконец нашёл бычий рог с золотым наконечником.

— Ха-ха, я давно слышал, что Олаф любит пить из золотого рога. Эта штука моя!

Нильс забрал себе лук и стрелы. Остальные нахвататали по горсти серебряных монет и разбежались по дому в поисках других сокровищ. Только Виг, не взяв никакой добычи, продолжал что-то неутомимо искать.

Странное поведение нового соратника удивило Ивара.

— Эй, ты что ищешь?

***

Золото, женщин или драгоценные камни?

— Пять пергаментных свитков. На них нанесены все поля Гётеборга. Каждую осень по ним собирают налоги… Чёрт, куда же они подевались?

Эти свитки, своего рода реестр земель, были ключом к управлению Гётеборгом для команды Рагнара. Они были ценнее всех сокровищ в этом доме.

Прибрежные земли Северной Европы изобиловали фьордами. Местность была пересечённой, а условия для жизни — суровыми.

В окрестностях Гётеборга большинство хуторов стояли особняком, а деревни были большой редкостью.

Взять, к примеру, Вига: ближайший сосед Йорен жил в двухстах метрах от него, и порой они не перекидывались и словом по нескольку дней. По сути, он вёл жизнь отшельника.

Чтобы заставить разрозненных по всей округе крестьян платить налоги, самый первый ярл Гётеборга и создал эти пергаментные свитки. Если хозяин какого-либо надела отказывался платить, к нему немедленно отправляли воинов, что значительно увеличивало доходы земель.

http://tl.rulate.ru/book/146273/7933947