Готовый перевод Byzantine Empire in Greece / Византийская империя в Греции: Глава 89 Разгневанный султан

Глава 89: Разгневанный султан

То, что греческое правительство положило глаз на доходы от колоний в Центральной и Южной Африке и готовилось туда инвестировать, Оттона, по сути, радовало. В конце концов, это способствовало укреплению связей между метрополией и колониями и усиливало центростремительные силы в колониях.

Но конкретные условия, конечно, нужно было хорошенько обсудить. По крайней мере, нужно было дать возможность королевскому финансовому консорциуму поскорее вернуть свои огромные вложения в колонии.

Особенно эта волна иммиграции и огораживания земель в этом году. Королевский финансовый консорциум, можно сказать, из кожи вон лез, чтобы собрать средства и мобилизовать ресурсы, что даже сказалось на развитии самого концерна.

В ходе этой кампании королевского финансового консорциума, большое количество европейских беженцев было переселено Оттоном в Центральную и Южную Африку.

В глазах европейцев Африка была дикой землёй, полной эпидемий и людоедов. Большинство набранных Оттоном людей были беженцами, у которых ничего не было.

Именно потому, что у них ничего не было, и оставаться означало умереть с голоду, уж лучше было отправиться в Африку в погоне за призрачным будущим.

Те беженцы, у которых был хоть какой-то капитал, в основном уезжали в Новый Свет. С этим Оттон мало что мог поделать. Он мог лишь стараться нанимать из числа беженцев людей с техническими навыками для работы в Греции, предоставляя им ещё один выбор.

В конце концов, билет на корабль до Америки для этих беженцев, возможно, стоил столько, что даже продав все сбережения семьи, не всегда можно было его купить.

Малейшая неосторожность, шторм или пираты — и можно было пойти на дно. А можно было и вовсе быть обманутым, став кабальным слугой, ежедневно работающим на хлопковых полях.

В эти годы Оттон немало распространял в Европе «чёрный пиар» об Америке. Газеты, в которые он инвестировал, повсеместно сообщали о случаях, когда европейские иммигранты, отправившись в Америку, были обмануты и становились кабальными слугами плантаторов.

Уж лучше было остаться в Европе и попытать счастья в Греции. В конце концов, для людей с техническими навыками Греция напрямую оплачивала проезд.

Многие из этих людей рассчитывали вернуться на родину, как только бедствие пройдёт. Но всегда находились и те, кто оставался, что было выгодно для Греции.

И из-за этих действий Оттона, число беженцев, отправлявшихся в Америку, также значительно сократилось. Для этих людей это, возможно, было и к лучшему.

В конце концов, в это время экономика Америки ещё не полностью восстановилась, рабочих мест было мало. Если не удавалось найти подходящего заработка и влиться в местную жизнь, то оставался только один путь — на тот свет.

В то время в Греции уже были завершены четыре основные железнодорожные линии: Метони-Спарта-Коринф-Афины, Афины-Молос-Лариса-Катерини, Трикала-Лариса-Волос и Каналаки-Каламбака-Трикала.

Также была кольцевая железнодорожная линия на Пелопоннесе и линии Каналаки-Арта-Палерос-Термо, Афины-Этолико-Палерос.

Эти три железнодорожные линии в рамках предыдущего пятилетнего плана были завершены лишь частично. Кроме того, было множество железнодорожных веток, соединявших города страны, которые также предстояло достроить.

Как только эти линии будут завершены, железнодорожная сеть Афин, можно сказать, в общих чертах сформируется. Общая протяжённость железных дорог превысит тысячу четыреста километров, что будет вдвое больше, чем у нынешней Франции, в шесть раз больше, чем у Пруссии, и почти половина от протяжённости железных дорог Англии.

В то время Англия обладала самой протяжённой в мире железнодорожной сетью — три тысячи сто километров. И в будущем британские железные дороги вступят в период бурного роста. К 1850 году протяжённость железных дорог в Англии стремительно возрастёт до двенадцати тысяч километров.

В то же время в Америке, по историческим данным, протяжённость железных дорог достигнет четырнадцати тысяч километров. Это заложило основу для будущего экономического взлёта обеих стран.

У Оттона не было таких грандиозных целей. На самом деле, спроектированной на данный момент железнодорожной сети уже было достаточно для Греции, и даже с некоторым избытком.

Новые железнодорожные линии в новом пятилетнем плане были относительно сложными для строительства. Гористая местность, хоть и небольшая по протяжённости, требовала гораздо большего объёма работ.

Вместе с железными дорогами строились и многочисленные автомобильные дороги. Греческое правительство также намеревалось, воспользовавшись этим стихийным бедствием и дешёвой рабочей силой, полностью завершить строительство сети дорог, связывающих побережье и внутренние районы, чтобы стимулировать экономику горных регионов Греции.

Почеркав на карте некоторое время, Оттон наконец остановился и задумчиво посмотрел на Наташу.

Это заставило Наташу невольно вздрогнуть. Каждый раз, когда у Оттона было такое выражение лица, ей всегда казалось, будто он способен видеть всё насквозь.

Оттон, конечно, хотел бы действительно видеть всё насквозь, но, к сожалению, не мог. У него были лишь воспоминания из прошлой жизни, которые он сопоставлял с нынешней ситуацией и делал выводы.

Внезапно Оттон заговорил:

— Наташа, как ты думаешь, если Египет и Османская империя начнут воевать, кто в итоге победит?

— А? Почему ты вдруг об этом заговорил? Неужели Египет и Османская империя вот-вот начнут войну? — удивлённо спросила Наташа.

— Да. Даже если кто-то этого и не хочет, найдутся те, кто заставит их воевать, — сказал Оттон, глядя в сторону Константинополя, то есть столицы Османской империи — Стамбула.

В то время во дворце Топкапы, в столице Османской империи, нынешний султан Махмуд II вместе с великим визирем Фером Чаком ожидали своего гостя.

В будущих турецких учебниках истории эти двое будут названы печально известным дуэтом предателей.

Французы захватили Алжир, Тунис и Греция обрели независимость, Северная Сербия получила автономию, почти став независимой, Египет обрёл независимость и захватил Сирию.

Русские смогли расширить своё влияние на Валахию и Молдавию, получив право защищать православных верующих в этих странах, и так далее.

Всё это произошло во время правления Махмуда II и визирата Фера Чака.

Поражение за поражением во внешних войнах: сокрушительное поражение в восьмой русско-турецкой войне, в первой турецко-египетской войне, в Наваринском сражении, в греческой войне за независимость. Бесчисленные неравноправные договоры пригвоздили их к позорному столбу истории, с которого уже не было возможности подняться.

В этот период Османская империя подписала бесчисленное количество соглашений с европейскими странами. Четыре главные европейские державы получили бесчисленные привилегии.

Но на самом деле, эти двое не были похожи на ту старую Будду из Дальневосточной империи. Они постоянно пытались изменить судьбу своей страны. Многие реформы, проведённые Махмудом II, позже были заимствованы Кемалем.

Едва взойдя на престол, Махмуд II расправился с янычарами Османской империи и тем самым полностью захватил власть.

Янычары когда-то были самым мощным оружием Османской империи, но ко времени Махмуда II они уже давно превратились в самую страшную силу консерваторов и реакционеров внутри страны.

Командиры янычар выступали против любых перемен. Они контролировали сильнейшую армию в стране и даже, чтобы противостоять реформам, убили предыдущего султана, отца Махмуда II.

Не уничтожив их, невозможно было изменить страну, оставалось лишь позволить Османской империи и дальше стремительно катиться под откос.

Махмуд II, извлекши урок из судьбы своего отца, заранее подготовился.

В 1807 году, когда янычары с воинственным видом двинулись к султанскому дворцу, намереваясь повторить сценарий предыдущих мятежей, их встретила тайно обученная Махмудом II армия нового образца.

Через полчаса эта армия, некогда наводившая ужас на Европу, окончательно сошла со сцены. Махмуд II полностью уничтожил янычар, упразднил уже не соответствовавшую времени систему улемов.

Затем Махмуд II начал реформу армии, пригласив в качестве советника прусского офицера, будущего знаменитого в Европе «старого Мольтке».

Именно с этого времени Османская империя и Пруссия начали обмениваться курсантами и офицерами, и османская сухопутная армия постоянно училась у Пруссии.

Затем Махмуд II упразднил отсталые тимарную и откупную системы, издал новый свод законов, значительно укрепив центральную власть и доходы османской казны, отделил религию от государства и поощрял развитие промышленности и торговли.

С 1824 года в Османской империи уже начали вводить обязательное образование, восстановили многие закрытые университеты, отправляли студентов на учёбу в Англию, Францию, Пруссию и другие страны.

После поражения в первой турецко-египетской войне от Мухаммеда Али, Махмуд II быстро восстановил османский флот и начал, по примеру Европы, строить военные заводы, разрабатывать новые виды ружей и пушек.

Из всего вышесказанного можно понять, что Махмуд II ни в коем случае не был посредственным монархом и не был правителем с устаревшими взглядами.

Столкнувшись с кризисом Османской империи, он постоянно пытался изменить ситуацию. Но по мере углубления его реформ, он сталкивался со всё большим сопротивлением.

И с распространением национализма, национальное самосознание различных народов внутри страны начало пробуждаться, что также ввергло Османскую империю в сложную национальную проблему.

Англия, Франция и Россия постоянно посягали на интересы Османской империи в разных областях. Внутренние и внешние проблемы не давали передышки. Невозможность обеспечить стабильную внешнюю обстановку также не позволяла Махмуду II сосредоточиться на решении внутренних проблем, и реформы шли с большим трудом.

В этот момент британский министр иностранных дел, Палмерстон, принёс новость, которая ещё больше разгневала Махмуда II.

http://tl.rulate.ru/book/146156/7964742