Готовый перевод Guide to Taming a Mad Dog / Руководство по дрессировке бешеного пса: К. Часть 34

Раздались шорохи, и через мгновение послышался хриплый голос Дуань Иньбина:

— …Мисс, как защита?

Горло Ло Янь сжалось, но в хаосе мыслей мелькнула ясность.

Перед уходом он говорил ей: что бы ни случилось, она должна просто спокойно защититься.

Он даже предупредил мать, чтобы та спряталась.

Он предвидел это.

Так почему же позволил себя схватить? Может, это часть его плана?

Пальцы Ло Янь побелели от напряжения.

— Всё в порядке, — прошептала она.

Она должна довериться ему.

— Да, всё в порядке, — его голос звучал отстранённо. — После защиты идите домой и отдохните. Вы слишком устали…

Шумы, затем звонок прервался.

Индекс аномального поведения превысил 50%. Ей нельзя было колебаться.

Она должна была отбросить все переживания, с холодной головой и сладкой улыбкой развернуться и войти в аудиторию.

Так и надо поступить.

Ло Янь глубоко вдохнула и улыбнулась ассистенту:

— Извините, мне срочно нужно в больницу. Можно перенести защиту?

Тот растерялся, но согласился:

— По правилам — на неделю, со следующей группой. Но если и тогда будут проблемы, придётся отложить выпуск. И принесите справку.

— Хорошо, спасибо.

Кивнув, Ло Янь бросилась к выходу.

К черту все эти «должна»! К черту все эти «верить в него»!

* * *

Отель «Хунду Наньфу» — самый дорогой отель Личэна, место, где Ся Чжучэн и Линь Фуцин праздновали свадьбу.

В главном зале гости поднимали бокалы, обменивались улыбками и поздравлениями.

В VIP-кабинете на втором этаже Дуань Иньбин лежал на полу, его взгляд туманно скользил по стене, украшенной пышными цветами.

По традиции личэнских свадеб банкетный зал украшают цветочными композициями. Красные и белые розы, словно призраки, мелькали в его помутневшем сознании, то и дело превращаясь в Ань И, который вводил ему тот самый препарат, не в силах скрыть ненависть в глазах.

Тело Дуань Иньбина было мокрым от пота и слёз.

Искусственно спровоцированный период чувствительности бушевал в нём с удвоенной силой. Он чувствовал себя мешком, наполненным водой, который вот-вот разорвётся.

А этот мешок собирались разорвать окончательно.

Голос Ся Сюаня звучал сквозь туман, даже злоба в нём терялась:

— Учитель Дуань, я не для этого позволил вам поговорить со старшей мисс.

Он сделал паузу и усмехнулся:

— Хотя, пожалуй, так даже лучше. После ваших слов она, возможно, проникнется ещё большей жалостью.

В сознании Дуань Иньбина осталась лишь одна мысль — животное желание.

Это была звериная сущность.

Та самая, что отличала зверолюдей от обычных людей, не подвластная разуму, низводящая до состояния первобытного зверя.

Раздался другой голос:

— Ло Янь и правда придёт? Раньше я считал её скользкой бессердечной змеёй, но кто бы мог подумать, что она способна испытывать чувства к псу.

Голос смеялся, злобно и надменно:

— В прошлый раз в больнице я уже удивился. В таком случае жениться на ней будет куда интереснее.

Он схватил Дуань Иньбина за мокрые от пота волосы и приподнял его голову.

Дуань Иньбин невольно издал стон, его расфокусированный взгляд упал на лицо говорящего.

Цзян Янь.

Тот злорадно ухмыльнулся, сжимая пальцами его щёки:

— Покупаешь одного — получаешь второго в подарок. Выгодная сделка. Дуань Иньбин, как тебе удалось завоевать расположение старшей мисс Ло? Может, у тебя есть чем-то выдающееся достоинство?

Дуань Иньбин пристально смотрел на него, потом вдруг усмехнулся. Его губы шевельнулись, выдавив едва слышный шёпот:

— Когда-то... я поймал тебя на списывании. Ты до сих пор не можешь этого забыть?

Всё, что связывало их, ограничивалось лишь этим. Несколько лет назад, когда Дуань Иньбин ещё учился в аспирантуре Ли-да, он работал ассистентом преподавателя.

Цзян Янь тогда был его студентом и на экзамене списывал настолько откровенно, что закрывать на это глаза было невозможно.

Всё, ничего больше. Так же, как и его отношения с Ло Янь сводились лишь к тому, что она написала настолько ужасную, почти антигуманную курсовую работу, что он поставил ей неуд.

Он всегда просто делал то, что должен был делать — как студент, как преподаватель.

Лицо Цзян Яня потемнело.

— Ты ещё смеешь вспоминать, — прошипел он. — Если бы не ты, ублюдок Цзян Ли никогда бы не получил шанса выслужиться перед дедом.

В его глазах вспыхнуло удовлетворение:

— Но, пожалуй, ты сам нарвался. Раз уж ты решил связаться сначала со мной, а потом ещё и с Ло Янь. Если бы не она, мне вряд ли удалось бы достать препарат из лаборатории Молин. Зато теперь я разом избавлюсь и от ублюдка, и от тебя. В роду Цзян останется только один наследник. А такие, как ты, должны провести всю жизнь на цепи у моих ног.

Он наступил ногой на руку Дуань Иньбина и медленно увеличивал давление.

— Кажется, если зверолюда трахнуть в период чувствительности и вживить ему жетон питомца, он навсегда признает хозяина, верно? — Цзян Янь расстегнул рубашку Дуань Иньбина. — На тебе даже нет жетона. Видимо, Ло Янь и правда не считает тебя своей собственностью.

Зрачки Дуань Иньбина сузились, его лицо побелело от боли.

— Но не переживай, я не Ло Янь. Я вживлю жетон в самое красивое место на твоём теле, — Цзян Янь рассмеялся. — Вот только интересно, сможешь ли ты понять, кто твой настоящий хозяин.

Услышав это, Ся Сюань поспешно вышел из комнаты. Несколько мужчин и женщин, ждавших у двери, с весёлыми возгласами вошли внутрь. Увидев Дуань Иньбина, они на мгновение замерли, поражённые.

Цзян Янь повернулся к ним, широко раскинув руки:

— Свадьба внизу — сплошная скука. Я приготовил для вас развлечение. Здесь хорошая звукоизоляция, главное — не убивайте, а в остальном делайте что хотите. Развлекайтесь, а потом приходите на мою помолвку с Ло Янь.

В ответ раздались одобрительные возгласы.

Дуань Иньбин закрыл глаза.

Когда он вновь услышал имя Цзян Яня, когда из записи Ся Сюаня узнал, что его зверолюдство, возможно, вызвано препаратом, он уже предвидел сегодняшний исход.

Это был его выбор, и он готов был заплатить за него.

Человека, уже разбитого вдребезги, не жалко использовать до конца.

Под воздействием препарата и периода чувствительности Дуань Иньбин, не в силах сдержать слёз, вдруг рассмеялся — тихо, безумно.

Все действующие лица собрались, как он и планировал.

А она была далеко, ей не нужно было участвовать в этом, не следовало участвовать.

http://tl.rulate.ru/book/146005/7879667