Готовый перевод One Piece: Rob Lucci Unchained / Ван Пис: Роб Луччи на Свободе: Глава 2: Кулак императора

«Каково это — умереть?»

Когда Трака-кун с рёвом сирены понеслась на него, Луччи мог бы поклясться, что слышит приглушённые всхлипы маленькой девочки, прижатой к его груди.

— У-у-у... Все пытаются украсть мой слот для трансмиграции...

Тьма поглотила его целиком. А когда он снова открыл глаза...

Он был не более чем младенцем, спеленутым в грубую ткань.

Мужчины в чёрных костюмах нависали над ним, бормоча неразборчивую чушь. Только позже Луччи понял: Мировое Правительство знало, что промывка мозгов работает лучше всего, если начать пораньше.

К счастью, его разум был достаточно крепок, чтобы сопротивляться. Их слова пролетали сквозь него, как ветер по пустым залам.

И так дни тянулись — мрачные, удушающие, но достаточно безопасные.

Пока он не научился ходить.

С тех пор всё резко, безжалостно ухудшилось.

Первая тренировка сломала его усталостью.

Первое убийство заставило блевать.

Первая пытка вырезала боль в его костях.

Он приручил Хаттори. Подружился с Каку, Калифой и другими. Но никакое товарищество не притупляло бесконечные муки, грызущие нервы. Ненависть, усталость и онемение подкрадывались, медленно разъедая его.

Со временем сердце Луччи затихло. Ни волн. Ни тепла. Мёртвое море.

Убийства стали рутиной. Пытки — тем, что терпят с каменным лицом. Одноклассники звали его машиной. Инструкторы — вундеркиндом.

Но только Луччи знал правду — он тосковал по безбрежному морю. Он выжег это обетование в себе: «Я должен вырваться из клетки Мирового Правительства».

И вот, наполовину в оцепенении, он дошёл до этого дня.

Перед казной.

Внезапный удар обрушился на него, как кулак бога. Тело взмыло, словно воздушный змей с обрезанной нитью, и врезалось в толстую каменную стену. Удар погреб его глубоко, а затем обрушил в дождь из пыли.

Когда пыль осела—

Его глаза закатились, конечности вывернуты в гротескных позах, грудь ввалилась внутрь. Он выглядел как разбитый труп.

И всё же слабо шевельнулись губы. Дыхание прошептало, как последний трепет угасающего пламени.

Этот единственный удар толкнул его на грань самой смерти.

— Гугугу! Луччи! Луччи! — Перья Хаттори были в беспорядке, пока он отчаянно клевал щёку. Слёзы катились, когда он увидел приближающуюся громадную фигуру.

— Проснись, ку-ку... Ку-ку! — Нефритовый клюв голубя вцепился в воротник Луччи, крылья бились яростно, пытаясь утащить его прочь.

Но голубь есть голубь.

Умный, да. Верный, да. Но слабый. Клюв кровоточил от усилий, но тело Луччи не шелохнулось.

Мгновения растянулись в вечность.

— ... Улетай, Хаттори. Спасайся.

Голос Луччи хрипел, словно стекло, трущееся о камень, но Хаттори отказался. Он только тянул сильнее.

— Вороророро...

Голос прокатился сквозь пыль, грубый и насмешливый.

— Теккай не может заблокировать мою Хассаикай. И всё же... Пробудить Хаки Вооружения в твоём возрасте? Ты на лиги опережаешь мою глупую дочь.

Дым рассеялся. Вырисовался силуэт возвышающегося Они, сжимающего шипастый канабо.

Зрачки Луччи сузились.

Это лицо невозможно было спутать.

Кайдо из Пиратов Зверей.

«Так не везёт... Это плата за вызов судьбе?»

Аура, навалившаяся на него, душила, первобытная. Тело отказывалось вставать, каждая кость кричала о бунте. Всё, что он мог, — сидеть у стены, сломанный, но собранный, и смотреть в ответ.

— Интересно. — Улыбка Кайдо растянулась широко.

Страх — он видел его каждый день. Но спокойствие? Спокойствие у врат смерти? Редкость. Забавно. Стоит сохранить.

— Малец, — прогремел он, — будь моим подчинённым.

Это не было просьбой. Это был указ короля, уверенного, что мир склонится.

Луччи хрипло усмехнулся, кровь запятнала губы.

— Кайдо из Пиратов Зверей... Губернатор Пиратов Зверей... Император Нового Мира... завоеватель Вано три года назад, с Кингом, Куин и Джеком подле себя.

— Воророро... Ты и правда знаешь обо мне немало!

Кайдо загрохотал смехом, обнажив пасть, полную острых белых зубов, на спокойные слова Луччи.

Но только Хаттори, следовавший за Луччи дольше всех, понял — сейчас наступит настоящий кульминационный момент.

И, как и ожидалось...

— Но я отказываюсь.

Даже когда тело дрожало на грани краха, Луччи выдал отказ с бесстрастным, отстранённым выражением.

Ему было плевать на своё состояние.

Даже если жизнь висела на одной хрупкой нити.

Смех замер на губах Кайдо.

— Малец... Ты не боишься смерти?

— Боюсь, — признался Луччи, голос ровный, — но в этой жизни есть вещи, что тяжелее страха. После стольких лет в клетке иногда... Я просто хочу расправить крылья и улететь.

— ... Вот как.

Кайдо опустил Хассаикай с плеча и крепко сжал в огромной ладони. Глаза сузились на избитом убийце, распластанном перед ним. Затем, без колебаний, он начал замах.

— Тогда покажи, сколько в тебе настоящего стержня!

С рыком Кайдо высвободил силу. Хассаикай запылал красной аурой, земля треснула под его траекторией. Молнии хлестнули по полю битвы, пока ударная волна мчалась к Луччи.

На плече Хаттори давно перестал тащить его. Голубь сидел неподвижно, смирившись, как любая обычная птица, ждущая неизбежного.

— Ты даже оружие покрываешь Хаошоку против такой мелочи, как я? Довольно расточительное погребение.

В угасающем зрении Луччи массивная дубина замедлилась, каждое движение растянулось в вечность. На миг показалось, что если бы он смог лишь повернуть талию, то увернулся бы от смертельного удара.

Но он знал лучше.

Тело было разбито безнадёжно.

В этот момент поднять даже палец — фантазия.

«Если бы у меня был ещё один шанс... Я бы снова бросил вызов судьбе?»

Глаза Луччи закрылись. В этой неподвижности всё обострилось в жестокой ясности — воющий ветер удара Кайдо, тяжёлое дыхание Хаттори, агония раздавленных костей и вопящих органов... И удушающий вес самой смерти.

— Я сдаюсь...

Затем, в следующее же мгновение, глаза распахнулись.

Взгляд пылал вызовом. Разрушенные ноги напряглись, треща и скрипя, пока адреналин топил боль, заставляя встать.

Скрип... Скрип...

Направляясь навстречу падающей дубине, у Луччи осталась лишь одна мысль.

— Но я никогда не приму свою судьбу!

БУМ!

Чёрные и красные молнии взорвались яростно из-под его ног, взревев против небес.

...

...

«Эта аура...»

Буря ветра и обломков утихла, явив бессознательное тело Луччи, всё ещё стоящее прямо, полное вызова даже в беспамятстве.

Кайдо уставился в молчании. Затем, с ворчанием, отодвинул Хассаикай, остановив её в дюйме от мальчишки.

— ... Я передумал. Я хочу тебя в своей команде. Но сперва — не смей умирать на меня, щенок.

— Воророро...

Когда дыхание Луччи стало прерывистым и слабым, Кайдо снова рассмеялся. Из-под плаща он вытащил маленькую деревянную шкатулку.

Хрясь!

Шкатулка легко раскололась в его огромной руке, явив странный Дьявольский Фрукт, чисто-белого цвета.

— Как только примешь мой подарок, ты мой.

— Воророро!!!

http://tl.rulate.ru/book/145987/7833323