Готовый перевод Unintended Immortality / Бессмертие, что пришло нежданно: Глава 74. Горный рынок духов и нечисти

Вот уже два дня, как Сун Ю был в Пинчжоу. Сидя со скрещёнными ногами среди величественных гор, он не мог сдержать восхищения.

— Какая здесь духовная сила!

Впрочем, обилие духовной силы не обязательно ускоряет самосовершенствование, но делает его приятнее. Тело расслабляется, на душе воцаряется покой. Даже если не заниматься практиками, а просто жить в таком месте, можно обрести умиротворение, радость и продлить свои годы. Обычные животные и растения, пробыв здесь достаточно долго, тоже с большей лёгкостью могли обрести разум и принять иной облик.

Даже просто сидеть здесь было приятно.

Особенно когда вдали на глазах меняют очертания облака, когда не нужно никуда спешить, не страшит закат, не ждёт никаких дел, а в лесу для тебя собирает грибы маленькая кошка-ёкай.

В такой час, в таком месте, под таким небом и без всяких дел – чем не маленький бессмертный?

Сун Ю шумно выдохнул и обернулся. Маленькая девочка с дорожной сумкой через плечо с самым серьёзным видом собирала грибы.

Вовсе не Сун Ю попросил её об этом. Просто она видела, как он собирал грибы вчера и с каким удовольствием их ел. А может, и ей самой это показалось забавным, поэтому, как только они сегодня остановились, она тут же с энтузиазмом бросилась в лес.

— Даос!

Маленькая девочка подбежала к нему. Её дорожная сумка была набита до отказа всевозможными грибами, среди которых хватало и разноцветных.

Маленькими ручками она распахнула сумку, хвастаясь:

— Я столько набрала!

— Достаточно, — ответил Сун Ю, но девочка лишь молча смотрела на него, и он добавил:

— Ты молодец!

— Да, — согласилась она.

Они обменялись недоумевающими взглядами.

— Просто отдай её мне, — снова попробовал Сун Ю.

Она лишь склонила голову набок.

— Спасибо, Трёхцветная Госпожа.

— Пожалуйста, — с этими словами девочка наконец великодушно протянула ему сумку.

Сун Ю взял сумку и принялся перебирать её содержимое. Он выбрасывал на землю все грибы, которые знал как несъедобные, а также те, что видел впервые.

Главное правило грибника — есть только те грибы, в съедобности которых ты уверен.

Однако, выбрасывая гриб за грибом, он заметил, что чья-то рука тут же подбирает их с земли. Девочка не произносила ни звука. Стоило ему выбросить гриб, как она тут же его подбирала и прятала в карман. Когда карман наполнялся, она подбегала к нему, вставала на цыпочки и молча высыпала всё обратно в дорожную сумку.

Сун Ю поднял на неё глаза. Она тоже посмотрела на него. Их взгляды встретились: его — недоумевающий, её — серьёзный.

— Ты что делаешь?

— А ты что делаешь?

— Я их выбрасываю.

— А я их подбираю!

...

...

Ну и диалог. Какая честная маленькая кошка-ёкай.

Они по-прежнему смотрели друг на друга, и, что самое странное, Сун Ю не мог прочесть в её глазах ни единой эмоции.

Пришлось терпеливо объяснять:

— Дело не в том, что мне не нравятся грибы, которые собрала Трёхцветная Госпожа. Просто некоторые из них ядовитые, их нельзя есть. Мы можем есть только безвредные.

— Ядовитые?!

— Да.

— А что будет, если их съесть?

— От одних будет тошнить, от других помутится разум, от третьих начнутся видения, появятся малыши. А от некоторых можно и умереть.

— Ох!

Только тогда девочка осознала всю серьёзность положения. Она широко распахнула глаза, отступила на несколько шагов и спрятала руки за спину, показывая, что больше ничего подбирать не будет.

Лишь после этого Сун Ю продолжил перебирать грибы.

Они один за другим летели на землю.

Стоявшая в нескольких шагах девочка во все глаза смотрела на это, изо всех сил подавляя желание снова броситься и всё подобрать. Сердце её сжималось от боли.

«Ведь она с таким трудом их собирала!»

«Какая жалость, какая жалость...»

Перебрав всё, он оставил лишь несколько видов съедобных грибов. Сун Ю отнёс их к ближайшему горному роднику, промыл, набрал полкотелка воды и вернулся. Пока он сооружал очаг, маленькая девочка уже успела набрать хвороста. Лишь Гнедой конь безмятежно щипал траву неподалёку.

Как раз начало темнеть.

Он разжёг огонь и поставил вариться суп.

Солнце село, на землю опустилась ночь. Тысячи гор превратились в тени, меж которых пополз туман. Лишь на горизонте алела тонкая полоска заката да здесь, в горах, теплился огонёк костра.

Когда Сун Ю сварил суп, девочка уже снова обернулась трёхцветной кошкой. Свернувшись калачиком на своей же оставленной одежде, она спала у костра и казалась совсем крошечной.

Сун Ю не стал её будить, а просто налил себе супа.

В горах было холодно, и выдох тут же превращался в облачко пара. Один глоток — и по всему телу разлилось тепло.

Грибы отличаются от большинства других постных блюд тем, что для насыщенного вкуса им не нужно ни мясо, ни животный жир.

— А-ах, — выдохнул он очередное облачко пара.

В горах снова раздались призрачные вопли и волчий вой, и было неясно, ни что это, ни откуда доносились звуки.

Сун Ю лишь мельком взглянул вниз... Кошечка спала без задних ног.

Когда на сердце покой, какое дело до горных ёкаев и прочей нечисти?

...

Неизвестно, сколько прошло времени.

Может, костёр начал остывать, и трёхцветная кошка, почувствовав холод, сжалась в комок ещё сильнее. Это непроизвольное движение разбудило её. Сначала проснулись уши, потом хвост, и лишь затем она подняла голову и стала осматриваться в ночной тьме.

Она увидела даоса. Он сидел неподалёку спиной к ней и, казалось, смотрел то ли на далёкий горный склон, то ли на звёзды.

— Даос.

— М-м?

— Что ты там делаешь?

— Трёхцветная Госпожа проснулась. Иди сюда.

— О-ох... — на одежде было так тепло и уютно, что кошке совсем не хотелось вставать. Но она всё же с трудом поднялась, потянулась и не спеша побрела к нему.

— Что такое?

— Трёхцветная Госпожа, посмотри на горизонт. Видишь там свет?

Трёхцветная кошка изо всех сил вглядывалась вдаль, её зрачки расширились и стали круглыми.

— И правда, светится.

— Вот именно.

Сун Ю повернулся к ней и с улыбкой сказал:

— А я уж было подумал, что пропустил ядовитый гриб и у меня начались видения.

— Грибы, что я собрала, вкусные были?

— Очень вкусные.

— Очень вкусные! — с гордостью повторила она.

— А если бы туда добавить немного ветчины или курицы, было бы ещё вкуснее.

— В следующий раз Трёхцветная Госпожа поймает тебе пару мышей, с ними тоже будет вкусно, вот увидишь.

— Ценю твою заботу.

— А что это там?

— Не знаю.

— А почему светится?

— Не знаю.

— Ты туда пойдёшь?

— Хочу. А Трёхцветная Госпожа?

— Трёхцветная Госпожа пойдёт с тобой.

— Тогда идём.

С этими словами Сун Ю тут же поднялся на ноги.

Котелок и миска уже были вымыты и убраны, так что собирать было почти нечего. Он сложил войлочную подстилку, на которой сидел, подобрал одежду Трёхцветной Госпожи, запихнул всё в дорожную сумку и двинулся по горной тропе в сторону огней.

Прошёл почти час.

Трёхцветная кошка по-прежнему семенила впереди. Они уже подходили к перевалу, и она, не удержавшись, ускорила шаг. Не оборачиваясь, она на бегу выкрикивала:

— Тут яма!

— А тут камень!

— Палка!

— А здесь...

Выбежав на перевал и взглянув вниз, она замерла. Её тоненький голосок оборвался на полуслове.

Сун Ю, не меняя своего неспешного шага, подошёл к ней.

Свет шёл откуда-то снизу, с другого склона горы. С высоты перевала, куда они поднялись, источник света постепенно открывался их взору.

Это был целый посёлок!

И не просто посёлок, а оживлённое торжище, раскинувшееся на склоне горы. Оно занимало немало места, было залито светом огней, а в центре полыхал огромный костёр.

Трёхцветная кошка посмотрела вниз, потом перевела взгляд на него.

— Да, — кивнул ей Сун Ю.

Ближайший город или военный пост находился по меньшей мере в сотне ли отсюда — такому посёлку здесь было не место. К тому же, рынки не работают по ночам, да ещё и в такой глуши.

— Сходим в гости, — сказал Сун Ю и продолжил спускаться по склону.

Тропа была узкой. Днём по ней ещё можно было идти, но ночью требовалась особая осторожность.

Они спускались по тропе. Огни казались близкими, но путь был долог. В кромешной тьме они то и дело входили в клубы холодного тумана, отчего возникало странное, зыбкое чувство.

Дорога оказалась длиннее, чем представлялось. Они всё шли и шли, и вскоре появилось необъяснимое чувство, будто это уже не та тропа, что они видели с перевала. Непонятно, куда она их завела. Дорога становилась всё шире, пейзаж по сторонам менялся: появлялись большие деревья, которых не было видно сверху, и развилки, которым здесь было не место. Зато огни, что они заметили с горы, становились всё ближе и ярче.

Наконец им стали встречаться прохожие.

Первый был ещё ничего, ничем не отличался от обычного человека.

У второго лицо было мертвенно-бледным, глаза вылезли из орбит, а язык вывалился изо рта — то ли призрак повешенного, то ли, скорее, удавленника.

Третий был невероятно огромен, а вместо головы у него была кабанья морда.

Повстречался им и горный олень, что брёл в тишине.

Все они несли или держали в зубах фонари самых разных форм и размеров.

Сун Ю разглядывал их, не выходя за рамки приличий, с невозмутимым и естественным выражением лица, продолжая идти в том же направлении.

Трёхцветная кошка больше не забегала вперёд, а жалась к его ногам так близко, что он несколько раз едва на неё не наступил.

Постепенно «людей» становилось всё больше.

Некоторые шли в том же направлении, что и они, выходя на главную дорогу с разных тропинок и направляясь к свету. Другие шли им навстречу, сворачивая с главной дороги на те же тропинки, которые терялись в ночном тумане, и было неясно, куда они ведут.

У каждого без исключения был фонарь — всевозможных форм и размеров. Кто-то нёс его в руках, у кого-то он висел на шее, а кто-то держал в зубах. Каждый фонарь отбрасывал пятно света, и эти огоньки, сливаясь на окутанной туманом горной дороге, сплетались в подобие светящегося дракона. Зрелище было по-своему прекрасным.

Некоторые заметили и Сун Ю. В этот миг главным отличием Сун Ю от них было, пожалуй, его даосское облачение. А может, некоторые духи и нечисть могли унюхать и что-то другое.

Поэтому все эти существа уставились на него.

Трёхцветная кошка занервничала и прижалась к нему ещё сильнее.

Но Сун Ю не обращал на них внимания и продолжал свой путь.

Наконец он вошёл в посёлок, и всё вокруг залил яркий свет.

В Даяни ночная жизнь била ключом, а Иду был третьим городом Поднебесной, но даже там обычными вечерами не бывало так светло. Такое освещение можно было увидеть лишь на храмовых ярмарках, в Новый год или на Праздник середины осени.

Сун Ю шёл, смотрел по сторонам и размышлял.

«Этот рынок, очевидно, работает не каждый день. Должно быть, как и у людей, он открывается раз в несколько дней, а может, и вовсе как ярмарка — раз или несколько раз в году. Этим и объясняется такое скопление горных духов и ёкаев».

Некоторые духи и ёкаи полностью приняли человеческий облик и выглядели как люди — либо невероятно красивые, либо весьма диковинные. Другие сохранили черты своего истинного вида или вовсе остались животными. Третьи выглядели, скажем так, небрежно или сохранили облик, который имели в момент смерти. А некоторые горные духи были и вовсе такими причудливыми, каких обычный человек никогда не видел. Сун Ю за годы своего обучения на Горе Инь-Ян не раз имел дело с разной нечистью, но такого разнообразия никогда не встречал.

Что до самого рынка, то он был увешан фонарями, в которых особенно ярко горел огонь. В этом свете повсюду виднелись торговые ряды и даже старинные дома с открытыми лавками. И среди всего этого сновали бесчисленные духи и нечисть.

Товары, которыми они торговали, не отличались особой диковинностью — в основном это были обычные вещи. Особой популярностью пользовались котлы, миски и ковши. Продавали также одежду из разных тканей, металлические ножи, свежие лесные ягоды и только что собранные грибы, связки диких кур, рыбы и кроликов, овощи, мясо и всевозможных насекомых. От обычного человеческого рынка это отличалось, но не сильно — суть была та же.

Это был очаг жизни посреди диких гор, насущный хлеб иного народа.

Сун Ю вёл под уздцы Гнедого коня, рядом с ним шла Трёхцветная кошка, и так они неспешно прогуливались по рынку.

Но куда бы он ни шёл, вокруг становилось тише, словно на человеческий рынок забрёл монстр. Все поворачивали головы, молча пялились на него, а когда он проходил, начинали шептаться за спиной.

До него доносились обрывки их разговоров:

— Человек!

— А кошка-то, похоже, ёкай.

— И конь не простой.

— Как сюда попал человек?

— И почему он не боится?

— Опять случайный путник забрёл? Что-то в последние годы их слишком много. Что происходит?

— Боюсь, это кошка его привела. Нарушила правила.

— Может быть! Да он же даос!

— Даос?

— Смотри, в даосском облачении...

— О-о-о...

Стоило Сун Ю обернуться, как все тут же замолкали и поспешно отводили взгляды, а когда он уходил, снова начинали пялиться ему в спину.

Трёхцветная кошка у его ног легонько потянула его за штанину.

— Ничего страшного, — мягко сказал ей Сун Ю и пошёл дальше.

Вот уж действительно диковинное зрелище.

http://tl.rulate.ru/book/145490/8872675